Карат. Чёрное сердце (СИ)

А потому что в том, как он произносил это, было что-то откровенное и чувственное.
Как секс. Но на словах.
Я и не собиралась отвечать, а хотела только одного – как можно быстрее оказаться дальше от этого мужчины, его кусающей и затягивающий в омут энергетики, от которой было просто невозможно отмахнуться и переступить так легко, как хотелось бы.
- Я хочу пройти, -  сухо и слишком сосредоточенно отозвалась я, глядя исключительно на его руку, где под упругой кожей с черной порослью волос выступали тугие вены и лоснились выпирающие мышцы.
Сегодня он был облачен в простую черную рубашку, расстегнутую на груди, и не менее простые темные джинсы. Но даже в этом виде едва ли можно было отыскать во всем клубе кого-либо более соблазнительного и желанного для всей женской половины.
Карат смотрел на меня, склонив голову, поскольку мое лицо было на уровне его мощных плечей, и я скорее почувствовала кожей, чем увидела сквозь пелену ресниц, что он улыбнулся.
Томно, обволакивающе своей гипнотической аурой, когда каждую секунду казалось, что он играет с тобой в какую-то хитрую игру, правила которой знает только он, пока ты идешь по минному полю, не представляя, где тебя поджидает опасность.
Рядом с ним она поджидала на каждом шагу. Каждом вздохе.
Молча и неторопливо он все таки убрал руку, открывая небольшой просвет в рамке косяка, но не торопясь отодвинуться, чтобы освободить место, и я быстро прикинула за сколько смогу протиснутся мимо него, чтобы сбежать как можно скорее. И как можно дальше.
Доля секунды!
Мне была нужна всего лишь доля, чтобы стать свободной от его гнетущего и совсем нежеланного присутствия рядом, когда я сделала резкий выпад вперед, сосредоточившись на одной точке противоположной стены, но наивно полагая, что я смогу быть быстрее того, в чьих жилах текла не просто чистая огненная кровь наших предков, а еще и королевская!
И моя доля секунды ровнялась мигу для него, чтобы поймать меня посреди одного резкого молниеносного выпада, зажав теперь обеими руками и смещаясь так, что стена оказалась за моей спиной.
Он продолжал играть, делая это легко и не напрягаясь.
А я была в ловушке!
Замерев и зазвенев внутри натянутыми нервами, готовая обороняться и даже кусаться, я слышала его кружащий голову голос, что мурлыкал и подбирался ко мне хищником, который только с виду был такой плюшевый.
- В этом зале по меньшей мере четыре пары занимаются сексом. Если быть совсем точным – шесть, -  мужчина сделал паузу, словно давал мне шанс убедиться в этом самой и посчитать, что я делать совершенно не собиралась, а затем продолжил все так же мурчащее-лениво, заманивая в свои бесконечные игры, -  Могу предположить, что две, те, что чуть левее, ты могла не заметить в силу своей увлеченности ими.
Он потянулся вперед ближе ко мне подчеркнуто медленно, показывая, что он не собирается нападать.
По крайней мере, не в эту секунду.
Но конечно же отмечая, что теперь я была готова к любому его выпаду, даже если для этого мне придется разнести весь первый этаж этого чертова заведения, где за каждым углом и в каждой комнате был только разврат и слепая похоть.
- Так сказать тебе, почему ты обратила внимание именно на них, детка?
Едва ли он хотел услышать от меня ответ, прекрасно видя, как я пождала губы, не собираясь идти на поводу у его голоса и этой игры, суть которой пока не понимала, как и того, к чему он клонил.
Карат замечал все и всегда.
Порой даже то, что казалось незначительным и мнимым.
И в этом он был еще более опасным, чем это могло показаться на первый взгляд.
- Эти люди похожи на нас, -  промурлыкал он, склоняясь еще ближе и подув легко на мою щеку, чтобы убрать выбившуюся прядку волос, отчего я вздрогнула, заставляя его глаза полыхнуть возбужденно и хищно, -  На тебя и меня.
- Бред! -  рыкнула я, понимая, что начинаю постепенно краснеть, потому что Карат был прав.
Черт бы его побрал!
Я бы никогда не подумала об этом, пока не услышала из его уст, но действительно тот мужчина отдаленно напоминал самого Карата.
 
А девушка….боже, у нее были черные длинные волосы.
Почти как у меня.
Карат хмыкнул снова, в этот раз еще более воодушевленно, когда пришлось себе срочно напомнить, что он не чувствует моих эмоций, как и я его.
Просто не может чувствовать, как бы не блестели хитро его чертовы глаза, в которых могло затянуть, как в воронку!
- Я. Хочу. Пройти.
Прорычала я, чувствуя слишком остро его присутствие рядом в свете того, что происходило прямо за мощной спиной мужчины, когда неоновый свет падал ему через плечо, деля образ просто демоническим, а блеск глаз почти адским.
Медвежьи боги и святой Праотец!
Со всех сторон нас окружали люди, которые занимались сексом, не сдерживаясь, отчего их стоны и вскрики вперемешку с музыкой, создавали прочный порочный кокон, из которого я хотела вырваться как можно скорее, коря себя за то, что вообще решила войти!
- Нравится, что они делают? Как двигаются?
Карат просто издевался, делая вид, что не слышит моих слов, но не собираясь отодвигаться и выпускать из плена своего тела и этого жуткого, темного, непередаваемого обаяния.
- Нет! – рявкнула я в ответ, понимая, что там, где ярость и смятение – там масса ошибок.
В том числе в бою и самообороне.
- Вреееееееешь, -  Карат обладал не просто завораживающим тембром, а музыкальным голосом. Таким, которому невозможно было не покориться, когда он окутывал тебя сладостно и терпко.
- Вы не можете ощущать моих эмоций! – прищурила я глаза, видя, как его в ответ полыхнули жаром.
- Я все вижу в твоих глазах, детка.
- Боюсь, что в вашем возрасте зрение может подводить!
Он рассмеялся. Низко, чувственно, но весело, пока я начинала злиться еще сильнее, оттого что он не воспринимал меня равной себе, а продолжал играть и развлекаться, разнообразя  свою жизнь, и казалось бы совершенно не думая о том, что в этот момент могу чувствовать я, зажатая им без права на спасение.
Прав был папа, когда называл его хитрижопым жуком, тюленьей язвой желудка и королем членистоногих! Точнее просто и не скажешь!
Он умело выводил на эмоции любым способом, не кичась совершенно ничем в своем стремлении познать чью-то душу себе в угоду. Вороша ее, словно гнездо, чтобы разорить и оставить в нем пустоту и ярость. А ярость сбивала с толка. Она толкала на неправильные поступки и действия, которые не всегда были во благо.
«Если ты зол – значит ты проиграл» - так говорил мой старший брат Свирепый, когда учил меня тактике боя. И как же отчаянно я не хотела проигрывать Карату! Но чувствовала, что уже на пороге этой огненной бездны, над которой он будет стоять победителем, глядя своими проклятыми лукавыми глазами на то, как я лечу вниз.
Он ждал этого.
Своим отточенным чутьем втягивал жадно мое низкое поражение, отчего его глаза начинали полыхать ярче и задорнее, заигрывая, насмехаясь, подталкивая меня сделать последний шаг к бездне, где я сорвусь и позволю ему стать победителем.
А я отчаянно пыталась сохранить ясность ума и твердость в каждом движении, мысленно прикинув, хватит ли мне скорости и прыти, чтобы выскользнуть из-под его рук.
Первый раз был провальным, и зажал меня в тисках его рук, даже если они касались не меня, а холодной стены за моей спиной, но сдаваться так просто я не собиралась.
- Ну так что дальше? – промурчал Карат, склоняя голову к плечу, глядя на меня через пелену своих черных ресниц и словно наслаждаясь тем, что мог видеть в моих глазах или на лице. Мои  тщетные попытки убраться от него как можно дальше.
- Прошу вас в последний раз уйти с моей дороги, - тихо и твердо проговорила я, заранее зная каким будет ответ, когда мужчина улыбнулся томно и очаровательно, молча покачав головой и глядя теперь с тем прищуром, в котором расплескалась ядовитая зелень ожидания продолжения игры, которая была для него такой увлекательной.