Погружаясь во тьму (СИ)
В воздух тут же поднялся лес рук. И выбрать что-то тут было весьма непросто. Каждый хотел о чем-то спросить, и каждый наверняка придумал весьма интересную тему, но не каждая тема подойдет. Ребята с его факультета явно хотят поговорить о чем-то научном, и будь это урок только их, то Филиус с радостью бы поболтал, но другим такое явно будет не интересно. Слизеринцы точно хотят что-то про политику или какие-то старинные исторические факты о магах прошлого. Любят молодые люди тешить своё самолюбие, узнавая, какие невероятные вещи творили их предки. В этом нет ничего плохого. Да, там есть, о чем говорить, но это точно породит какой-нибудь конфликт. Гриффиндорцам и хаффлпафцам точно интересно его дуэльное прошлое и то, как он завоевывал титул лучшего дуэлянта страны. Это можно и обсудить. Подобная тема всех устроит…
Неожиданно для самого Филиуса среди тех, кто поднял руку, был и… Гарри Эванс…
Флитвику было очень жаль этого мальчика. Он не заслужил такой жизни и явно не по своей воле стал таким, и Филиус стыдился, что решил не влезать в это дело. Да, он не обязан был и никак с этой семьей особо не связан, но все равно порой думал, что стоило бы поговорить о подобном. Слишком уж сердобольным является немолодой полугоблин.
Кто же без слабостей?
Ну и вот сейчас, пожалуй, впервые за все года обучения Гарри сам тянет руку и хочет что-то спросить. Обычно он всегда сидел тихо и старался не отсвечивать. Мальчик явно талантливый, способности есть и письменные работы он всегда сдавал блестящие, но тотальная неуверенность в себе и комплексы мешают ему раскрыться. И, пускай к нему он всегда старался относиться хорошо, мальчик сам никогда на дополнительные уроки не приходил и всячески сторонился больших компаний, а потому профессор не трогал его.
С недавних пор мальчик стал куда активнее и живее, что не может не радовать. И вот он сам решился что-то спросить.
- О, мистер Эванс, не часто вы хотите о чем-то поговорить, - улыбнулся Филиус. – У вас есть какая-то тема для обсуждения?
Окружающие неодобрительно заворчали и были недовольны выбором преподавателя, но профессор проигнорировал их, решив не обострять конфликт.
- Да, сэр, - кивнул Гарри. Ему явно было неловко быть в центре всеобщего внимания, но он не стал зажиматься или мямлить. Держит спину прямо и внешне расслаблен. – Я хотел спросить у вас про одну вещь, о которой недавно узнал.
- Осознал свое отсутствие мозгов? – пошутил мистер Уизли, чем развеселил большую часть студентов.
Поднялся смех, и некоторое время только это и было слышно. Смеялись далеко не все, но те, кто молчали, четко показывали, что они подобные «шутки» не поддерживают.
- Достаточно, - повысил голос Филиус, став куда строже. – Я, кажется, просил конфликты ваши оставлять за дверью.
Дети тут же умолкли и стыдливо опустили головы.
Флитвик умел быть строгим, и расстраивать любимого учителя никто не хотел. Гневался он редко, очень редко, так как был человеком сдержанным и серьезным, но не стоит его злить.
- Прошу, мистер Эванс, продолжайте, - кивнул профессор.
- Что такое… «феекровки»? – прямо спросил он.
Ученики поначалу неодобрительно отозвались о его вопросе, но все они моментально затихли, увидев реакцию самого профессора…
Более напрягающего и сложного вопроса он и не мог ожидать, и все это отразилось на его лице.
Несколько секунд полной тишины, и все, кто сидел слишком близко к Эвансу, тихо отползали подальше.
- Кхм, - пришел в себя Флитвик. – Могу ли я узнать, мистер Эванс, где вы узнали это слово?
- В книжке было написано, кто-то рукой написал, - ответил мальчик.
- И где же вы взяли эту книгу?
- У профессора Слизнорта была.
М-да… стоило ожидать, что старый коллега не подумает о том, что может содержаться у него. Как всегда.
- Ну, что ж, - с этими словами Филиус взмахнул палочкой и запер дверь, а также наложил чары от прослушивания.
Его действия очень сильно напрягли учеников, и они начали волнительно переглядываться.
- Итак, - он посмотрел на студентов после завершения всех процедур. – Пожалуй, эта тема неплоха для сегодня, - он покачал головой. – Оговорюсь сразу, данный вопрос не является чем-то запрещенным или секретным. Это вполне себе обычная вещь, но в наше сегодняшнее время многие стараются его не поднимать, и Министерство потребовало, чтобы любые упоминания о нем были изъяты.
- Если это не секретно и не запрещено, то зачем столько тайны? – нахмурился Гарри.
- Беда этой темы в том, что она порождает другие вопросы, на которые… никто не хочет знать ответов.
Мертвая тишина прокатилась по классу, и все даже дышать перестали. Навострив уши, они приготовились жадно поглощать интереснейшую тему.
Да, ее давно стоило поднять. Обычно об этом говорят на седьмом курсе, но можно и сейчас. В текущих реалиях это будет даже полезно.
- Как вы уже догадываетесь по самому слову – Феекровки, – они имеют некоторое отношения к таким, как я, полукровкам. К тем, в ком есть человеческая и нелюдская кровь. Но самим словом «феекровки» называют не полукровок, а потомков, таких, как я. А если быть точным… то все старые чистокровные семьи – это феекровки.
Чистокровные со всех факультетов застыли от подобного откровения. Печально осознавать, что все те, кто так кичился чистотой своей крови, но в итоге оказались самыми «нечистокровными».
- В старые времена, в средневековье и дальше, когда маги жили открыто и войны между семьями были обычным делом – тот, у кого есть сила – выживал, а слабый умирал. Потому не удивительно, что ради своего усиления многие волшебники были готовы пойти на все, даже на кровосмешение с магическими существами, - продолжил он рассказ. – Гоблины, вейлы, великаны, даже существа запределья, такие, как настоящие феи, демоны или ангелы – неважно кто, если он даст силу выжить и победить других, то это того стоит. Поскольку происхождение большинства магических существ восходит к их предкам, пришедшим из Земель Фей, к плодам подобных браков и их потомкам прикрепилось прозвище «феекровки». Через пару поколений феекровки лишаются практически любых внешних признаков нечеловеческой крови, однако у этих семей остаются… врожденные таланты и способности…
- Парселтанг… - сказала мисс Грейнджер. – Вы ведь про это?
- Да, искусство змееустов – это такой дар, но есть и не такие явные таланты. Например, род Принцев, к коим относится профессор Снейп, издревле были хорошими зельеварами, и подобные таланты часто проявлялись в потомках. Род Малфоев всегда имел эльфоподобную внешность, несмотря на то, что ради интересов семьи им порой приходилось брать совсем неэльфоподобных жен…
Все мгновенно посмотрели на единственного представителя этого семейства тут, который с огромными глазами слушал все это. Тот, не растерявшись, взмахом палочки наколдовал иллюзии лиц Нарциссы Малфой и Астории Гринграсс и развел руками, как бы показывая, что «совсем неэльфоподобных жен» знать не знает и это все дела давно забытого прошлого.
- Ну и Блэки, что некогда заключили союз с дьяволами, имеют отличное родство с темной магией.
- Ха, ну тогда ясно, почему Министерство не любит данную тему, - хихикнула мисс Паркинсон, чем тут же привлекла всеобщее внимание. – Учитывая политику против магических народов, тема того, что мы кровно связаны с ними, будет очень негативно смотреться. Это будет выглядеть так, будто мы пилим сук, на котором сидим, что, впрочем, так оно и есть.
- Но постойте, - нахмурилась мисс Поттер, которая старалась сидеть как можно подальше от мисс Паркинсон и очень нервно на нее поглядывала. – Что тогда тут запрещенного или сложного? Вроде как пусть откровение, но вполне себе ожидаемое.
- Да это так, - согласился Филиус. – Но как я уже сказал, проблема не в самой теме, а тех вопросах, которые она порождает, а точнее, один… «Чья кровь породила волшебников?»
Дети непонимающе переглянулись. Никто точно не задавался таким вопросом среди студентов.