Погружаясь во тьму (СИ)

- И какой твой ответ?
- Прежде чем дать его, я хочу уточнить пару вещей, - сказал я, облокотившись на стол. – О том, что мы встречаемся и что-то делаем, рано или поздно станет известно. Мне плевать, что обо мне думают гриффиндорцы: их мнение мне безразлично. А вот у тебя могут быть проблемы.
- Отнюдь, - усмехается она. – От общения с тобой проблемы у меня будут минимальны. Во-первых, ты уже официально изгой своего факультета, потому неприязнь ко всем Львятам на тебя не распространяется. Во-вторых, твои отношения с сестрой не очень. Ты в ее свиту не входишь. Ну и в-третьих, Слизерин к тебе чуть более благосклонен, чем к остальным гриффиндорцам.
- Правда? – приподнял я бровь.
- Ты сам поставил себя против всех, потому ничего удивительного, что это запомнили. А на четвертом курсе ты свою выдержку доказал, несмотря на все неприятности, что это тебе принесло. 
Я ничего не сказал на это. 
Хаффлпаффцы могут казаться весьма мирными, но если они что-то вдолбят себе в головы, то бьют всей толпой. Гриффиндорцы хоть по одному предпочитают подходить, а не пинать все сразу, да и по лицу особо не били, чтобы следов не оставлять. А вот Барсуки куда более жестокие, чем может показаться, особенно отличился этот мудак Джастин Финч-Флетчли, который был практически во главе этого… движения. Благо, голову мне тогда защитить удалось, да и мадам Помфри, войдя в мое положение, следы на лице убрала. 
Не важно…
- Ну, и на Слизерине не принято лезть в чужие дела, потому на меня могут косо смотреть, но запрещать мне что-то никто прав не имеет.
Не особо убедительно, но, предположим, я поверю.
- Если директор следит за мной, то его может заинтересовать, с чего я начал общаться со слизеринкой. В такое время — это может стать проблемой.
Да, не будь в стране угроза гражданской войны, все можно было бы списать на «дружбу между факультетами» и прочее. А сейчас могут начать меня в «предательстве» подозревать. 
- Тут несложно кое-что придумать, - пожала она плечами. – У меня есть несколько идей, как все это устроить, потом расскажу.
- Ты так уверена в себе?
- Полностью, - заявляет она.
Я лишь хмыкнул на ее уверенный тон.
- Ну, тогда я согласен, - со вздохом говорю я.
Да, я понимаю, что все не так просто, как мне кажется, и везде есть двойное, а то и тройное дно. Знаю, что она хочет меня использовать, но у меня реально сейчас нет иного выхода.
Она мой единственный шанс хоть как-то разобраться, что со мной происходит.
Девушка встала и, подойдя, протянула мне руку.
- По рукам?
- По рукам.
Пожимаю ее руку.
«Ты хочешь использовать меня? Хорошо. Но тогда я тоже использую тебя». 
Вот это мой единственный путь. Использовать ее, быть внимательным и не поддаваться на провокации и попытки меня контролировать.
Формальности соблюдены.
- Итак, что будем делать? 
- Ну, сегодня никто из нас не настроен на умные мысли, потому предлагаю перенести этот вопрос на завтра. Обменяемся идеями и подумаем, как быть дальше. Спешить нам некуда.
- Хорошо, - киваю я.
Девушка двигается к выходу, а я с грустью понимаю, что все же серьезно попал и теперь уже не уверен, что сумею выкарабкаться. Но обратного пути нет.
- И еще, Эванс, - неожиданно сказала она у двери. – Если ты так сильно хочешь пялиться на мой зад, то просто попроси, а не делай вид, что не смотришь, - сказала она, хитро улыбнувшись.
И, не дав мне возможности как-то отреагировать на ее слова, тут же скрылась за дверью.
Я же остался стоять красным до кончиков ушей. 
Черт, она ведь специально тогда нагнулась за упавшим листком, а я… 
Да и кто бы удержался от такого? Вид был и правда хорош, отрицать глупо. 
- Кошмар…
  
Глава 18. Проект.
 
Новый день в Хогвартсе для Горация Слизнорта проходил весьма хорошо. Ученики исправно трудились на уроках, радуя старого преподавателя своими успехами и старанием, а он отмечал для себя потенциальных претендентов в свою коллекцию. Он даже жалел теперь, что так долго отказывал Альбусу с возвращением к преподаванию. Ведь работа вновь разожгла старый интерес и жизнь в дряхлом теле, отчего он чувствовал себя просто прекрасно. Ну и, разумеется, относительная безопасность стен школы тоже давали о себе знать. А то за последние месяцы он забыл, что такое спокойствие и отдых, а тут можно расслабиться и ни о чем не волноваться. Гораций даже почти простил то, как Альбус с Блеком прижали его к стенке полгода назад. Почти.
 
Вот и сейчас, уроки закончились, котлы убрали дежурные, домовики позже приберутся в кабинете, а он, после того как проверит записи учеников, сможет вернуться к себе в комнату и как следует отдохнуть в тепле и уюте, попивая горячий шоколад за недавно купленной книгой. 
Да, жизнь идет весьма неплохо.
Тук-тук-тук!
Постучались в дверь кабинета.
- Да, входите, - сказал он, отрывая взгляд от стола.
Дверь открылась, и в класс вошла молодая девушка с галстуком и нашивками Слизерина.
- Здравствуйте, профессор Слизнорт, - улыбнулась Панси Паркинсон. – Я не мешаю вам?
- Нет-нет, все в порядке, - добродушно улыбнулся он. 
Дочь семьи Паркинсонов оказалась куда интереснее, чем он думал о ней ранее. 
Изначально он посчитал ее просто одной из студенток, которым Северус поставил хорошую оценку чисто потому, что она с его факультета, что она весьма посредственный зельевар и малоперспективная особа, но вскоре понял, что ошибался. Пусть мисс Паркинсон и не проявляла особых талантов, но на уроках показывала себя весьма достойно, видно было старание и даже нераскрытый потенциал. Одно то, что она вполне могла победить в его маленьком конкурсе, уже о многом говорит. 
«Ох, Северус, похоже, ты плохо разбираешься в людях и не даешь им развиваться» - мысленно покачал он головой.
Юный Снейп воистину потрясающий зельевар и настоящий гений, но как преподаватель явно плох. Ясно, почему Альбус держит его в замке, но ученикам от этого не лучше. Одни не выдерживают давления и издевательств, а другие из-за просто так поставленных и завышенных оценок не стараются, губя свои таланты. 
Печальная, очень печальная перспектива у Магического Мира с такими учителями.
И Панси Паркинсон - один из таких возможных бриллиантов, которых губил своим отношением Северус. Благо, девушка и сама начала понимать, куда катится, и старается на уроках. Если она продолжит такое, то он вполне может пригласить юную леди в свой клуб. 
- Чем могу вам помочь, мисс Паркинсон? – спросил он.
- Я хотела бы попросить у вас разрешение на собственный проект, - сразу заявила она, чем очень удивила старого преподавателя. О таком его редко просили, предпочитая просто учиться, да и свои проекты обычно начинают, когда есть какая-то важная тема. – Начав учиться у вас, я осознала, как мало знаю о зельеварении и хочу наверстать упущенное.
- Весьма достойная цель, - кивнул он.
- Я хотела бы исследовать противоядия. В моей семейной библиотеке есть по этой теме несколько книг, и меня в целом заинтересовали эти знания. В наше время не знаешь, что может пригодиться.
Гораций задумался.
В целом это была неплохая идея.
Он и сам думал о чем-то подобном: выдать ученикам определенные темы, чтобы они сами поискали ответы и проявили себя. Тогда же у него будет основание пригласить тех или иных студентов к себе в клуб, и это будет выглядеть вполне себе естественно. Можно даже и остальным такое предложить, по желанию, разумеется.
Профессор только собирался ответить, как в дверь снова постучали.
Тук-тук-тук!
- Да, входите, - отвлекся он.
Дверь снова открылась, и там показался… Гарри Эванс. 
Брат-близнец Избранной слегка неуверенно вошел в кабинет и скромно поздоровался.
Да, брат Генриетты Поттер, сын Джеймса и Лили.
К нему у Горация было двоякое отношение. 
С одной стороны, он был разочарован, что сын таких талантливых родителей не унаследовал ничего от них, да и его статус среди сокурсников был, мягко говоря, невысок. Но, с другой, мальчик тоже из тех, кого коснулась рука Северуса. Не просто же так зелья, что он готовит, оказываются в разы лучше того, что находится в записях прошлого учителя. Возможно, у него тоже есть потенциал, и из него может выйти толк, стоит лишь немного помочь. Прошло еще слишком мало времени, чтобы узнать всех детей здесь достаточно хорошо, но у мистера Эванса может быть будущее, и вполне неплохое.