Фальшивое счастье (СИ)

Аккуратно накидывает фату на лицо и сгибает руку в локте, предлагая ухватиться за него.
Меня немного потряхивает, когда мы выходим через террасу на задний двор, где царит праздничная атмосфера. Музыкальная группа начинает играть песню «Can`t help falling in love», под которую мы идем к цветочной арке. Люди встают со стульев. Их так много, из-за волнения не могу никого разглядеть, картинка перед глазами смазанная. Оборачиваюсь назад, Мила уверенно улыбается мне, давая безмолвную поддержку. И тут же недовольно закатывает глаза, когда Карим насильно удерживая ее руку, кладет на сгиб своего локтя.
— Посмотри на право, — слышу шепот Кости. Стоило перевезти взгляд и ноги подгибаются. В первом ряду справа стоит мама. Такая красивая, нарядная, свежая. На ней элегантный брючный костюм небесно-голубого цвета, волосы собраны в изящную прическу. Улыбается и плачет, глядя на меня.
Дойти до арки, где нас за украшенной тумбой ждет женщина-регистратор удается только с помощью Вересова. Она начинает торжественную речь, но я не вслушиваюсь. Перед глазами проносится вся моя жизнь. Одни воспоминания отзываются теплом, другие болью.
Но мое сознание выдает и другую картинку. Воображение ярко рисует мое будущее. Я вижу себя Маргаритой Вересовой. Женой Константина Вересова. И это больше меня не пугает. Теперь все происходящее между мной и Костей кажется таким правильным. Словно все действительно было предопределенно.
За эти несколько недель мы не стали по-настоящему близки. Мы не проводим время вместе, как пара. Все наше общение сводится к приему пищи, совместным поездкам на работу по утрам и посещению мероприятий.
Мы не держимся за руки, не ходим на свидания. Мы даже не обнимаемся. Мне очень не хватает тактильного контакта, и простого общения в наших отношениях. Наверное только это меня отрезвляло все это время и не давало погрязнуть в самообмане. Наши отношения лишь фальшь. Временные декорации.
Но сколько бы не взывала в доводам рассудка я получаю особое удовольствие от выходов в свет или когда мы вместе приезжаем на работу. На публике он всегда приобнимает за талию, касается меня по-особенному.
Только во время интимной близости он компенсирует не хватку тепла. Мое женское нутро ликует и млеет, когда я вижу голод в его глазах, чувствую жадность и потребность во мне в прикосновениях рук. Константин с изощренной ненасытностью ласкает и исследует мое тело. В его омутах вспыхивает триумфальный пожар каждый раз, когда он находит новую эрогенную зону, видит и чувствует мой отклик. Меня сводят с ума его хриплые стоны, жаркое дыхание и звериное рычание. Его властность и бескомпромиссность больше не пугают, не угнетают и не ломают, они дают ощущение безопасности.
После знакомства с его отцом его холодность обрела смысл. Костя рос без матери, а отец такой же ледяной айсберг. Но Лиле удалось пробить броню Вересова старшего. Может и я смогу вызвать в Косте потребность в простом человеческом тепле. Но я пока не знаю как.
— Рита, — пробивается сквозь мысли его голос. Фокусирую на нем взгляд и теряюсь. Челюсти сжаты, а взгляд требовательный. Бросаю взгляд в сторону гостей, их лица тоже напряжены, а в глазах мамы настороженность.
— Маргарита, согласны ли вы взять Константина Вересова в мужья? — немного растеряно спрашивает регистратор. Видимо она задает этот вопрос повторно.
— Да! Да! И еще раз да! — выпаливаю нервно, но с искренней улыбкой.
Кажется все 200 с лишним гостей выдохнули, а в глазах Вересова пылает недобрый огонь, обещающий мне суровое наказание. Это заставляет меня лукаво улыбнуться в ответ. Я не против. Я знаю, что он меня не обидит, не навредит. Его наказание будет жестким, беспощадным, но обязательно принесет мне неземное удовольствие.
Словно прочитав мои мысли, он щурит глаза, уголки губ приподнимаются в подобии ухмылки.
Как только одинаковые кольца оказались на своем положенном месте, Костя не дожидаясь разрешения регистратора, хватает меня за шею у затылка, вторая рука уже на талии и толкает к нему.
 
Поцелуй жесткий, собственнический и многообещающий. И даже сотни рук, аплодирующих нам, торжественная музыка, задающая атмосферу не способна и на сотую доли выразить все эмоции, которые бурлят внутри.
Маме пришлось уехать через пару часов. Но я была рада и этой возможности. Вересов сам до конца не был уверен, что ему удастся организовать ее присутствие. Мальцев до сих пор пытается добиться ее заключения в СИЗО.
Это стало причиной очередного прилива безграничной благодарности. Отец Кости и организаторы настаивали на том, чтобы свадьба прошла в Италии, на острове Комо. Но мой МУЖ категорически отказывался и только сейчас понимаю почему. Присутствие мамы на нашей свадьбы — это главный свадебный подарок от него. За границу ей бы точно не позволили выехать.
Это понимание только подкрепляет мысль — за коркой льда, за внешней эмоциональной скупостью — скрывается человек с сердцем и душой.
— А теперь первый танец четы Вересовых! — объявляет ведущий и известный шоумен, при виде которого баба Валя чуть не упала в обморок.
Надо было видеть лицо Кости, когда организаторы свадьбы предложили нам станцевать микс вальса и танго, с подтанцовкой. Это было смешно. Естественно он одним взглядом дал понять, что думает о подобной задумке. Поэтому сейчас мы просто медленно двигаемся в обнимку под «The book of love».
Эмоции бьют через край, а эта песня всегда вызывает трепет до пощипывания в носу. Слезы сами стекают по щекам.
— Что не так? — недовольно хмурит брови мой МУЖ.
— Я просто… мне кажется… как будто все будет хорошо. Обещай, что мы будем счастливы! — улыбаюсь сквозь слезы.
Костя даже замирает на миг, вглядываясь в мое лицо, в то время, как его эмоции, как всегда скрыты от меня.
— Обещаю, — говорит тихо, но уверенно.
— А теперь обними меня крепче и поцелуй, — прошу требовательно.
Плевать на то, как началась наша история. Плевать на контракт. Наш брак не будет просто красивой картинкой для общества. Мое счастье не будет фальшивым.
Прошу прощения за задержку с продами. Простуда свалила с ног((постараюсь максимально нагнать график на этой неделе.
29
Константин
— И потом мистер Лейф сказал, что сам проверял договор и ошибок быть не может. Еще так высокомерно плечом дернул, — морщится Рита, — ты бы видел его лицо, когда я деликатно пальчиком указала на ошибку.
Ее лицо светится гордостью за себя, при этом она жмурится от удовольствия, очень эротично поедая пасту вилкой. Черт, она даже ест сексуально.
Поверить не могу, что уже месяц, как женат. У меня были опасения, что штамп в паспорте и смена фамилии могут не лучшим образом отразиться на ее поведении. От этого никто не застрахован. Но она кажется и не осознает, какие возможности и привилегии ей теперь доступны благодаря новому статусу.
— Я тебя утомила разговорами, да? Извини, — ее взгляд потухает и она полностью сосредотачивается на еде. Я вижу, как она старается привнести в наши отношения легкости и… человечности. Я ценю это. Более того, мне приятно осознавать, что она уже не видит во мне монстра, купивший ее свободу. При этом Рита не нарушает мои границы, не надоедает и понимает, когда ко мне лучше не подходить. Но молчу я не потому, что устал ее слушать, а потому что зол. На нее. Одну ошибку Рита все же совершила. Терпеливо жду, когда она доест. Не хочу портить ей аппетит.
— Дело не в этом. Просто не могу понять, чего тебе не хватает, Рита? — спрашиваю вкрадчиво, когда ее тарелка пустеет.
— Ты о чем? — заметно напрягается она.
— Я о работе в холдинге?
Рита тяжело вздыхает, отодвигает тарелку и хмурится.
— Как ты узнал? Ты следишь за мной?
— Не говори ерунды. В отдел кадров позвонили из «ГлобалБет», чтобы подтвердить твои рекомендации и характеристику.
— Ксения Александровна обещала, что это останется между нами! — громко возмущается Рита, почти кричит.
— Тон сбавь, — осаживаю ее, — Ксения в первую очередь работает на меня. И от меня зависит ее дальнейшая карьера. Ты правда думала, что она не сообщит мне? Мне кажется мы уже обсудили и решили, что работать ты будешь только здесь.