Фальшивое счастье (СИ)

— Ты напугал. Ну, не прям весь день. Просто я волнуюсь. Но я выучила все на зубок, можешь меня протестировать, — с гордостью сообщила мне.
— Рита, угомонись. Экзамен сдавать не придется. Твой непосредственный начальник в курсе, что ты студентка инфака, знаешь два языка. Задачи, которые тебе не по силам никто поручать не будет.
— Я не хочу, чтобы все думали, что я получила эту возможность, только, потому что … эм… ну, я с тобой. Хотя, это так и есть, но я хочу…
— Рита, — перебил этот несвязный поток слов, — даже если ты проявишь себя гением, все равно найдутся те, что будут утверждать обратное. Расслабься.
— Наверное ты прав, — кивнула она, мягко улыбаясь и убирая бумаги со стола. — Садись, я разогрею ужин. Алиса Витальевна приготовила просто божественную запеканку. Знаешь, она мне сначала не понравилась, но сегодня мы пообщались. Она прикольная, — задумчиво делится Рита.
— Да, к Алисе Витальевне нужно привыкнуть, — поддакиваю ей, думая о том, что давно не слышал от людей в своем окружении слово «прикольная». Забористые маты и то слышу чаще. Заставляет улыбнуться еще и то, что вижу — Рита начинает чувствовать себя комфортно рядом со мной. И это ей к лицу. — Сразу после ужина мне придется уехать на пару дней. Проблемы на одном из заводов.
Улыбка сползает с лица Риты, она неловко переминается с ноги на ногу. Неужто будет скучать по мне?
— Я буду одна? То есть. Я сегодня полдня провела в доме и мне было временами страшно одной. Он слишком большой и пустынный, — ее ответ вызывает легкое разочарование, но быстро прогоняю это чувство.
— Пригласи подругу с ночевкой. Хотя бояться тебе нечего, ты же в курсе, что на территории три охранника.
— Я правда могу пригласить Камилу? — настороженно уточняет она. С одной стороны хорошо, что она спрашивает разрешение, с другой это раздражает.
— Рита, уясни наконец! Ты моя невеста, не пленница, не прислуга, не игрушка для утех. Мы планируем создать семью. Ты вправе приглашать гостей. Согласовывать со мной конечно нужно, но не с таким видом, будто я за это тебя прибью.
На самом деле я еще тот тиран. Ни одна из моих женщин не имела права приглашать в мой дом кого бы то ни было. Но понимание того, что я до сих пор монстр в глазах Риты на удивление задевает. Я ведь стараюсь быть мягким и чутким. Что еще мне надо сделать?
От моей раздражительности Рита теряется, но по лицу вижу, что в ее мозгу идет активный мыслительный процесс.
— Хорошо, — улыбается мягко и как ни в чем не бывало начинает раскладывать еду.
Вещи я собрал сам, давно привык к самостоятельности. Да и одежду на подобные случаи всегда беру одну и ту же. Спускаюсь с дорожной сумкой на перевес, ищу Риту, так как не нашел ее в спальне. Но она сама вышла ко мне в холле.
— Проводить решила? — усмехаюсь, бросая сумку на пол. — Ну, давай, — раскрываю руки для объятий. Рита неспешно, но уверенно подходит и оказывается в плену рук. Разве что не рычу от злости, эта ночь должна была пройти совершенно иначе. Смотрю на ее губки, челюсть сводит от желания впиться в них, сожрать, но не шевелюсь. Жду от нее инициативы и она понимает все без слов.
Приподнимается на цыпочках, в сантиметре от моего лица, прикрывает глаза и ее реснички трепещут. Чувствую, как мягкие, пухлые губки накрывают мои. Она нежно обхватывает сначала верхнюю губу, потом нижнюю. Но мне мало.
— Смелее, моя девочка, — хриплю в губы и она опять слушается меня. Обнимает за шею и со стоном углубляет поцелуй. А у меня срывает планки, подхватываю под ягодицами, сажаю на узкий столик на ножках, что стоит у входной двери. Стоящая на ней ваза падает и с громким звоном разбивается, но мы оба игнорируем это.
К поцелуям я в целом равнодушен, да и в принципе к любым прелюдиям. Будь моя воля, обходился бы и без этого. Но женщины не могут без поцелуев и ласк. То ли понимание того, что главного я сегодня опять лишаюсь, то ли ее губы действительно столь сладки, но неоспоримый факт в том, что меня реально ведет. С остервенением пожираю ее губы, кусаю их, оттягивая и вновь целую, переплетая наши языки.
 
Рита уже в голос стонет, когда начинаю зацеловывать шею и ключицы, кусаю мочку уха. Она в мягких, домашних штанишках, которые легко мне поддаются, когда просовываю руку, чтобы добраться до трусиков. Глажу между ног, сдвигаю их в сторону и понимаю, какую совершил ошибку.
Нужно было обойтись невинным поцелуем и уезжать. Она же мокрая, вся течет, для меня. Ерзает, сама трется своими складочками о мои пальцы, уже не стонет, а жалобно скулит. Мой телефон разрывает наше единение отвратительным звуком входящего звонка. Знаю, что это мой зам, который приехал за мной.
— Сейчас выйду, подожди, — рявкаю и швыряю телефон в сторону. Рита неверно понимает мои слова, пытается отстраниться. — Куда, — не сбавляя тона, рычу и на нее. Быстрым движением стягиваю с нее кофту, срываю лифчик и обрушиваюсь влажными поцелуями на грудь. Обхватываю соски губами, облизываю их, кусаю. Второй рукой вновь залезаю в трусики, собираю влагу, которая сочится мне на пальцы, вызывая не только возбуждение, но и злость от того, что не смогу насладиться этим вдоволь. Но сейчас мне хочется, чтобы Рита кончила со мной. Мысль, что она сама доведет себя до пика ласками в кровати или в душе, когда уеду, выбешивает. Растираю набухший клитор. Как бы самому с позором не кончить в штаны.
Все это время моя девочка жмется ко мне, прижимает к себе, хватая меня за волосы у самых корней. Понимаю, что она близка к разрядке. Ее стоны становятся все чаще, громче, протяжнее, а хватка рук в моих волосах все сильнее.
— Костя, — всхлипывает громко, отпускает мои волосы, теперь уже хватаясь за плечи, прогибается назад, закатывая глаза. Ее лицо искажается от оргазма, и это просто пздц! Я хочу прочувствовать это. Погружаю в нее пальцы, и блть чувствую, как ритмично сокращаются мышцы и разве, что не вою, уткнувшись ей в шею. В штанах все дымится. Блть!
Очередная трель звонка возвращает в реальность не только меня. Взгляд Риты проясняется и она тянется ко мне за поцелуем. Запускаю руку ей в волосы, сжимаю в кулак у самых корней, останавливая ее порыв.
— Я вернусь в пятницу вечером или в субботу утром. И лучше тебе в этот момент быть дома. Иначе, где найду тебя, там же и трахну. Поняла? — она прикрывает глаза и едва кивает, сглатывает, облизывает губы, пытаясь отдышаться.
— Подожди, а ты? — тянет руку к моему паху и сжимает член через брюки.
— Рита! У меня нет времени, — усиливаю хватку в ее волосах.
— А мы быстро, очень. Ты же хочешь, — ее не пугает ни мой предостерегающий взгляд, ни моя грубость. Она смотрит мне в глаза, расстегивает ремень брюк. Ее рука уже в моих боксерах. Нежная ручка обхватывает каменный член, а я невольно делаю несколько толчков. Не церемонясь отшвыриваю ее руку, пока она расстегивает рубашку на мне, припускаю брюки и боксеры, подтягиваю ее к самому краю, стягиваю с нее штанишки и трусики и врываюсь одним толчком.
Рычу от кайфа, а моя малышка вскрикивает. Замираю, но не за тем, чтобы она привыкла ко мне внутри себя, скорее это нужно мне. Слишком туго, мокро, горячо. Я сейчас на таком взводе, что мне и пары минут хватит. Запрокидываю голову, дышу сквозь зубы и чувствую горячее дыхание на своей шее, поцелуи пухлых губ.
Опускаю взгляд на Риту, она отстраняется, проводит ладошками по моим плечам и груди. Поднимает на меня свои красивые серо-голубые глаза.
— Ты такой… — шепчет восторженно, но не договаривает. Сука, приятно видеть этот блеск восхищения в ее глазах. Делаю первый толчок. Рита хватается за мою шею, нахожу ее губы и уже двигаюсь не сдерживая себя. Пожираю ее стоны. Вколачиваюсь в обжигающую тесноту. Где-то на задворках сознания слышится звук очередного входящего звонка. Но мне плевать.
Прерываю поцелуй, хочу смотреть на нее. Наши тела уже лоснятся от пота, ее груди охренительно сексуально колышутся от моих толчков. У меня секса всего неделю не было, а ощущения такие же, как в период моего юношества, когда только познавал премудрости секса и знакомился с женским телом.