Фальшивое счастье (СИ)

Мой план был прост — перекрыть девочке кислород. Сначала по плану была потеря работы, потом бюджетное место в университете, я бы сделал так, что ее даже в бордель не приняли бы полы мыть. А если вздумала бы побежать под крылышко к своему сопляку Корнееву, то и ему бы досталось знатно.
— Ты совсем умом тронулся, Костян? — шокировано уставился на меня Антон, после того, как я отдал подробные распоряжения относительно Риты.
— Не забывайся, Тоха. Дружба дружбой, а я твой начальник.
— Да пошел ты на хер с такой работой! Я начбез! Мои обязанности — это обеспечить тебе и компании безопасность, я не нанимался маленьким девочкам жизнь портить.
— Я ей все возмещу. Потом. И тебе.
— Можешь уволить, но я такой ху*ней страдать не собираюсь.
— Не тебе так Вовану поручу, если такой сердобольный лучше возьмись сам. Знаешь же Вован и перегнуть может.
— Больной ублюдок, — выплюнул Тоха и ушел громко хлопнув дверью.
Когда уже все было готово, Тоха лишь ждал моей отмашки. Но я медлил. Мне регулярно докладывали о Рите. За ней следили. К счастью для Корнеева он нигде не засветился рядом с ней, а значит не ошивается вокруг нее. Глядя на фотографии сделанные во время слежки невольно любовался этой девочкой и счастливое выражение ее лица вызывали смешанные чувства.
Горящий взгляд, не сползающая с лица улыбка неприятно покалывали в груди. Грело лишь то, что косвенно я все же причастен к ее хорошему настроению. Ведь особенно воодушевленной она выглядела после занятий в студии.
Понимание того, что эта красивая девочка, с чистой душой и добрым сердцем будет страдать по моей вине вызывала болезненные уколы совести. Но я упорно заглушал укоряющий внутренний голос — я все ей возмещу. Не поскуплюсь.
Но шли дни, недели и незаметно пролетели месяцы, а я так и не решился дать отмашку. Тоха же в свою очередь собрал мне подробное досье на дюжину девушек, которые по его мнению могут заменить Риту в моем плане. Ни внешне, ни по характеристикам, они ни чуть не уступали Рите, но все мое существо упорно отвергало саму мысль заменить ее кем-либо.
— Что такое, Тоха? Говори, — мы обсуждали вопросы безопасности в новом филиале, где недавно произошла утечка внутренней информации, но друг хоть и участвовал в разговоре, время от времени бросал на меня задумчивый взгляд.
— Даже не знаю, боюсь пожалеть. В общем, слежку за Васильковой мы давно отменили, но тут кое-что случайно выяснили, — Тоха говорил с чрезвычайно скорбным лицом.
— Говори уже.
— Беда у нее.
Тоха отлично выполняет свою работу. Прежде чем рассказать мне досконально пробил всю информацию о произошедшем. В очередной раз убедился насколько я паршивый человек. Услышав подробный отчет почувствовал не только сочувствие к девушке, которую жизнь нещадно бьет, но и эгоистичное, безжалостное торжество.
Сейчас в моих руках все козыри. Все как я хотел. Она не сможет отказаться от моей помощи и примет мои условия игры. Хорошая девочка Рита сделает все, чтобы ее мать не доживала свои дни в тюрьме.
Рано утром я уже был во дворе ее общаги. Знаю, что она уже успела съездить в родной городишко с подругой и Корнеевым. Но каким бы не был талантливым этот парнишка, рановато ему тягаться с местной мафией. Набрал ее со второго телефона, который используется только для личных связей. Трубку взяла быстро, голос звучал сонно.
— Здравствуй, Рита! — мы не общались три месяца, но она узнала мой голос безошибочно и сразу.
— Здрасьте, — промычала в ответ раздраженно, — извините, Константин, вы не вовремя. Мне сейчас не до вас.
— Я понимаю, но дело в том, что я в курсе твоей проблемы и могу помочь. Если интересно, то выходи. Обсудим.
— Откуда вы знаете?
— У тебя пять минут. Жду. — и просто отключился.
Ради интереса засек время — три минуты ей потребовалось, чтобы выбежать ко мне. Растрепанная, в пижаме, накинутом поверх кардигане и домашних тапочках. Кажется проснулась она от моего звонка, но взволнованный вид говорил о том, что вся сонливость улетучилась, а в глазах страх, перемешанный с надеждой.
 
— Прошу, — открыл для нее дверь, но она вдруг резко замотала головой и попятилась назад. Рита жадно хватала воздух через рот и оттягивала ворот пижамы, хотя очевидно, что нехватка кислорода у нее по другой причине. Я не стал принимать ее реакцию на свой счет. Все-таки девочка переживает сильный стресс, но самолюбие вновь было задето. Неужели настолько неприятен девочке, что у нее началась паническая атака.
— Можем прогуляться. Кажется тут есть парк за углом, — да, она сейчас в безвыходном положении, но еще рано ее продавливать.
— Можно, — кивнула она. Я обошел машину с другой стороны и взял с собой папку.
Мы присели на первой же скамейке.
— Сожалею о том, что произошло, — начал я, — уже ознакомился с подробностями дела. Несправедливо, что на твою маму вместо самозащиты хотят навесить предумышеленное, и еще несколько дел впридачу. Да и старушку эту зря запугивают, вместо того, чтобы извиниться.
— Что? Какие еще дела?
— Пару висяков. Они просто добьются от твоей мамы признательных показаний по делам, к которым не имеет отношения. Вот взгляни.
Я протянул ей папку с бумагами. Рита нетерпеливо их выхватила, пробежавшись по ним беглым взглядом непонимающе уставилась на меня. Видимо она решила, что я принес ей бумаги по делу матери, но это не так. Зачем загружать ее излишними деталями задачи, когда можно сразу дать решение сложного уравнения. Там были брошюры реабилитационного центра «Новая жизнь» и брачный договор.
— Одно твое слово и к концу недели твоя мама будет устроена в этот центр, ее оправдают, а когда реабилитация закончится будет абсолютно свободным человеком. Я смогу перевести ее сюда и разместить в одной из своих квартир. У нее будет ежемесячное содержание, но все же специалисты рекомендуют для эффективного закрепления курса увлечь человека работой, хобби. С этим я тоже помогу.
— Что это? — ошарашено вчитываясь в бумаги, с огромным количеством пунктов и условий.
— Это брачный договор, ключ к решению всех твоих проблем.
— Константин, вы сумасшедший?
— Сделаю вид, что не слышал этого.
— Но зачем вам это? Почему я?
Хороший вопрос, сам уже который месяц задаю его себе, но ответа так и не нашел.
— Я уже говорил тебе почему выбрал когда-то тебя.
— Да, я помню. Молода, красива, здорова и умна. Но таких, как я много. Миллионы таких в этом городе.
Лить девочке мед в уши я не намерен, уверять, что воспылал к ней любовью не стану, но быть полностью откровенным не могу. Врать я тоже не собираюсь, поэтому лучший вариант — это открыть лишь часть правды.
— Через пару лет я планирую активно заняться политической карьерой. Общественность охотнее поддерживает семейных.
— Тогда тем более не логично. Женились бы на ком-нибудь из своих. Я ведь однозначно порчу картину. Дочь наркоманки и убийцы.
— Мои пиарщики обставят все так, что даже конченный скептик поверит в сказочную историю любви. Это только сыграет мне на руку.
— Вы понимаете насколько странно и ненормально это все выглядит со стороны? Вы и раньше меня пугали, а сейчас я просто в ужасе.
— Потому, что ты оцениваешь происходящее, как маленькая, наивная девочка. А теперь взгляни на ситуацию иначе. Это выгодная сделка. Смело выброси из своей головы все, что нарисовало твое воображение. Ничего общего с Синей бородой у меня нет. Более того, если по истечению пяти лет тебя не устроит подобное положение дел ты сможешь подать на развод. Получишь отступные и кое-какие бонусы. Это прописано в договоре.
— Здесь есть пункт о детях, — возмутилась Рита вчитываясь в бумаги.
— В семье порой случаются дети, это лишь подстраховка.
— А что, если я действительно захочу развода, а у нас будет ребенок, вы его отберёте?
— Рита! — процедил я сквозь зубы. — Хватит видеть во мне монстра. Я никогда не лишу своего ребенка матери. Я делаю это предложение не для того, чтобы мучить и истязать тебя. Мне нужна семья, тебе помощь. Все, чего я хочу получить от этой сделки — верную и покладистую жену, которая создаст иллюзию счастливого, образцового брака для общественности и моей семьи, в свою очередь гарантирую тебе надежный тыл и безбедное существование, даже в случае развода.