Эмоциональные триггеры. Как понять, что вас огорчает, злит или пугает, и обратить реакцию в ресурс

Я так благодарна своей матери за ее жизнелюбие и неунывающий нрав, за ощущение укорененности, за уверенность в том, что с прочным фундаментом можно радоваться жизни, что бы она нам ни готовила. Марион Ромбоер Беккер, «Радость кулинарии»
Вопросы для исследования
Второй метод – ответить на двенадцать вопросов, поразмыслить над ними и записать ответы в дневник. Уделите им внимание, и вы увидите, как некоторые особенности воспитания до сих пор влияют на отношения с людьми. В принципе, главный вопрос один: насколько наша нынешняя жизнь отражает истинное «я».
1. С какими нерешенными проблемами я надеюсь разобраться?
2. Как мое детство и отношения в семье влияют на мои мышление и поведение?
3. Как отношения с родителями влияют на отношения с другими людьми?
4. Насколько в моем сознании отпечаталось мировоззрение родителей и как теперь оно влияет на способность принимать людей такими, какие они есть?
5. Как в детстве я выражал следующие чувства: печаль, гнев, страх и радость?
6. Насколько мне комфортно или некомфортно наблюдать проявление этих четырех чувств в других людях?
7. Насколько мне комфортно или некомфортно замечать эти чувства в самом себе?
8. Умею ли я заявлять о своих личных границах и удерживать их?
9. Как предрассудки моей семьи мешают мне принимать людей с другими политическими или религиозными взглядами?
10. Какое поведение вызывает у меня такое осуждение, что мне сложно сопереживать бедственному положению другого человека?
11. Какого мастерства я добился в самовоспитании или воспитании моих детей?
12. Насколько моя личность отражает мои собственные нужды, ценности и желания и в чем это проявляется?
Ответив на эти вопросы, я задумался, что мне больше всего нравится в моей жизни. И ответил так: «Мне нравится, что у меня была возможность стать таким, каким я стал».
НАСКОЛЬКО Я – ЭТО Я?
Каждый ищет чужого одобрения… Тайно, стыдливо он ждет подтверждения, которое наполнит ценностью его существование. Только от одного человека к другому, подобно манне небесной, передается ощущение самости. Мартин Бубер, «Дистанция и отношения»
Триггеры указывают на нерешенные конфликты. Ресурсы помогают выстоять и исцелиться. Как триггеры и ресурсы связаны с детскими переживаниями? Вот какой детский опыт обеспечивает здоровое взросление: наши чувства и личные качества ценятся, поддерживаются; наши родители – превосходные люди, и мы идеализируем их, считая гениальными; мы настолько близки с ними, что тоже чувствуем себя сильными и способными. По мере того как мы сами начинаем выполнять их функции – от способности завязывать шнурки до умения утешить себя в период трудностей, – мы поднимаемся на их уровень. Мы переходим от зависимости к самостоятельности, от эгоцентризма к здоровой самооценке, от недоверия своим чувствам и интуиции к готовности доверять себе все больше и больше.
Наши внутренние ресурсы существуют не в вакууме. Их источник – в руках и сердцах любящих людей. Нам легче пользоваться внутренними ресурсами, когда мы понимаем, кто мы есть. Поскольку всех нас связывают многолетние отношения с родителями, мы автоматически несем в себе их черты характера и мировоззрение, вложенные в нас с детства – во благо или во вред. Невозможно стать индивидом без прошлого опыта, влияющего на становление личности. «Я подражаю своей матери, когда сужу других людей? Я подражаю отцу, когда реагирую именно так?»
Мы освобождаемся от влияния наших родителей и других людей, когда наши с ними отношения больше не мешают принимать решения, не понижают самооценку, не вклиниваются в социальное взаимодействие, не нарушают душевное равновесие, не определяют наше поведение. И только тогда мы можем стать самими собой, а это лучший ресурс. Свобода быть тем, кем мы хотим быть, ослабляет влияние прошлого. Когда одна за другой рушатся могучие твердыни, навязанные церковью, учебными заведениями и родителями, это счастье, потому что теперь мы можем исследовать свой внутренний, настоящий мир.
 
Кроме того, мы по-настоящему взрослеем, когда проблемы с родителями уже не нужно отрабатывать вместе с ними. Появляется время для семейной терапии. Будем надеться, что в этих условиях родители услышат нас и в идеале извинятся за грубости и унижения, которым подвергали нас в детстве. Но даже если этого не случится, с годами мы сами можем решить проблему своей обиды на родителей. Мы взрослеем, когда перестаем винить маму или ждать, когда папа скажет волшебные слова, которые «все исправят». Остались только мы – как Али-Баба перед пещерой с сокровищами, которые обеспечат его до конца дней.
Возможно, иногда тихими спокойными вечерами мы будем размышлять о родителях: «Что бы вы ни сказали и что бы вы ни сделали, вы не нарушите моего душевного равновесия и не заставите ненавидеть себя».
В комедийном фильме 1942 года «Я женился на ведьме» Дженнифер – ведьма, а ее отец-алкоголик – ведьмак. Он не одобряет ее выбор мужа, постоянно к ней придирается и всеми силами старается разбить их союз. Дженнифер хитростью заставляет отца залезть в бутылку с алкоголем и закрывает пробкой, чтобы тот больше не вмешивался в ее отношения. Интересно, что она ставит эту бутылку на камин в гостиной своего супружеского дома. Так отец остается в доме, но уже не может вредить дочери и ее мужу. Это отличная метафора наших отношений с родителями. Мы никогда не освободимся от связи с ними, хорошо это или плохо. Но когда родители теряют влияние над нами, то перестают придираться и навязывать свое мнение, и в своем доме мы можем строить отношения самостоятельно. Родители все еще присутствуют в нашей жизни, но на безопасном расстоянии; они больше не смогут навредить.
В то же время, повзрослев, мы видим, что наши проблемы нельзя объяснить поведением родителей, за исключением случаев тяжелых травм, которые до сих пор так или иначе оставляют свой след. Отношение к себе и другим не определяется характером наших отца и матери. Триггерные реакции опираются на детские воспоминания, за которые мы держимся. Так, один из способов освободиться от родительского влияния – посмотреть своими, а не материнскими глазами, на то, кем мы были на самом деле и кем стали теперь. Этим мы занимаемся на психотерапии. Мы задаем такие вопросы: «У меня была возможность быть собой?», «Меня принимали таким, какой я есть, или пытались добиться соответствия какому-то образу?», «Родители контролировали меня или ограничивали?», «Родители ценили только мои достижения или меня как личность?», «Сейчас я вижу себя глазами родителей или тем, кто я есть на самом деле?».
Представьте, что наше прошлое – школа, где преподавали такие предметы:
Кто ты есть.
Как строить отношения.
Деньги.
Секс.
Еда.
Учителя были очень строгими и так активно вкладывали знания, что они отпечатались в каждой клеточке нашего организма. Это так же, как правила орфографии и таблица умножения. На вопрос «Сколько будет шестью шесть?» мы не задумываясь отвечаем: «Тридцать шесть». Точно так же мировоззрение, унаследованное от родителей, влияет на самооценку, отношение к людям, деньгам, сексу и еде. Менять правила орфографии мы не можем, да и не хотим. Но мы способны анализировать и постепенно менять то, что усвоили. Это медленный и достаточно тяжелый процесс, потому что мировоззрение уже приняло характер машинальной реакции, в основном бессознательной. Тут вам помогут психотерапия и методики самосовершенствования.
Большинство не привыкло к истинной свободе – ни в детстве, ни во взрослой жизни. Любящая семья позволяет и поощряет нас быть такими, какие мы есть. Это условная и безусловная любовь одновременно. Любящие родители устанавливали ограничения – определенные условия, но при этом любили нас безусловно, и мы знали это. Постоянная поддержка и одобрение поддерживали нашу самооценку. Периодические запреты прививали навыки самодисциплины.