Счастье, помноженное на три (СИ)
«У тебя сейчас появился шанс начать нормальную жизнь, Дима! Учись, подрабатывай, развлекайся! Веди себя как молодой человек твоего возраста…»
Митька распахнул шкаф: мать из последних поездок привезла много летних брендовых вещей, которые этим летом парню просто некогда было носить, а зимой смешно. Он вынул голубые джинсы, щедро разорванные на коленях, и изумительную футболку с рисунком облачного неба. Небесная ласточка! Юноша переоделся: в едва протопленной квартире, на обнажённой коже тут же дыбом встали все светлые волоски. Митька достал пять тысяч рублей из заначки, которую хотел потратить на новый картридж и карту памяти.
До круглосуточного супермаркета юноша бегом добежал: голые колени кусал мороз, и уже пробирался под куртку. Девушка и парень уже закрывали цветочный бутик. Митька умоляюще уставился на них своими голубыми глазищами. Теперь осталось решить какие цветы выбрать в подарок. На помощь пришла девушка, которой явно не терпелось уже уединиться со своим напарником. Она и предложила роскошный браслет на руку с большой живой орхидеей: очень популярное украшение. Красота потянула на две тысячи. Митя спрятал за пазуху коробочку и первый раз за день улыбнулся от души.
В такси, пока ехал до клуба, Митя даже согрелся. «Джамбо» призывно горел огнями, но мрачный бритый мужик, охраняющий вход, буркнул, что вечеринка закрытая. Юноша набрал Злату, почему-то надеясь, что она не ответит. Но девушка в норковой шубке выскочила едва ли не через несколько секунд. И втащила парня в горячее жерло клуба. Там и в самом деле гремела музыка в стиле ламбада. Шикарно полуодетые молодые люди босые крутились на танцполе. Кругом лианы, большие белые попугаи какаду с дрессировщиками. Пока Митя растерянно оглядывался, Злата в коротеньком цветастом пляжном платьице уже стягивала с него куртку.
— Погоди! — Дима протянул девушке коробку, она округлила глаза, жадно и быстро открыла и запрыгала, как маленькая.
Оказывается, именно эту заморочку ей не успели купить к празднику. Злата повисла на шее Митьки, и в уголок его рта ткнулись губы, пахнувшие клубничным блеском. На юношу с интересом воззрилась вся приглашенная публика. Злата шустро его представила, таская за собой за руку, как младшего брата, и при этом каждому хвастаясь подаренным браслетом. Музыка оглушала, молодые люди, приблизительно одного возраста с Митькой, казались парню жителями неизвестной планеты Кураж. Они выглядели сыто и дорого. Прикид Зайко неожиданно высоко оценили, а внешний вид просто облизали неприличными взглядами. Девчонки пищали, какой он милашка, а парни странно усмехались.
Потом Злата с нежнейшей улыбкой сунула Мите какое-то спиртное в коктейльной рюмке с оливкой на дне. Алкоголь приятно обжёг нёбо, язык и ухнул в пустой желудок юноши, согревая нутро. Через десять минут глаза Митьки заблестели, голова опустела и наполнилась светомузыкой и кучей незнакомых образов. Злата висла на нём, кормила кусочками банана и ананаса, ещё какой-то экзотической вкуснятиной. Девушка вела себя непринуждённо, так как была знакома с Митей довольно близко.
Злата подтащила Диму к дрессировщику в костюме пирата Джека-Воробья с большим вздорным попугаем на плече. Возбуждённая птица должна была таскать огромным клювом бумажки с предсказаниями из коробки, а на деле уже истошно вопила и рвала их в клочья. Когда Митя подошёл к пирату, то какаду воззрился на парня круглым чёрным глазом-бусиной и раскрыл шикарный хохол на голове. Юноша протянул руку, и совершенно очарованный попугай неожиданно спокойно вынул для него заветный рулончик. Митя развернул. Надпись была на латыни и гласила: «Si vis amari, ama! — хочешь быть любимым — люби сам!» Парень немного задержался взглядом на прекрасной фразе и сунул бумажку в карман джинсов. А если нельзя? Непозволительно и неправильно? Юноша опрокинул в себя ещё пару стаканчиков-тумблеров с коктейлями, крепостью, как ему показалось, намного выше первой рюмки. Весь мир вокруг словно танцевал ламбаду.
Слегка опьяневший юноша плюхнулся на низенький дутый диванчик и потёр лоб. Златка села рядом, водя тонким шаловливым пальчиком по его груди, как бы ненароком задевая соски.
— А Саша где? — спросил Дима, пытаясь чуть отодвинуться от манящей вкусным ароматом духов и фруктов девушки.
— Какой, Саша, зая? Ах, Саша! Так он уже давно «bye-bye»! Скряга и грубиян, не то что мой милый скромный зая! — Злата обвила Митину шею руками.
Диванчик стоял немного в тени, в искусственном экзотическом гроте, поэтому ничего не мешало и не стесняло. Злата внезапно ловко оседлала тонкие бёдра юноши и немного хищно впилась в полуоткрытый рот Мити. Тот замер, потом обнял гибкий стан девушки и отдался поцелую с головой. Но чем больше прижимались их тела и сплетались в чувственном танце языки, тем больше Дима осознавал, что ему чего-то не хватает. Руки парня поглаживали совершенное тело красавицы, губы точно вкушали спелую землянику, а сердце не обрывалось, не трепетало…
Внезапно словно тумблер щёлкнул в голове. Уплывающий Митькин разум вспомнил первый поцелуй с Николаем, когда ноги подкосились и острое возбуждение свилось пружиной внизу живота. Юноша отстранил именинницу одним движением, в её глазах мелькнуло непонимание:
— Что не так, зая? Не нравлюсь? Значит, прав был Сашенька, когда говорил, что ты из этих! — девушка пьяно хихикнула. — Ну и ладно! Член-то на месте! Неужели не хочешь? — она положила ладошку на ширинку Митиных штанов, погладила с нажимом.
Парня передёрнуло от этой распущенности: безо всяких искренних чувств лезть к мужику в штаны, целоваться только из любопытства… Митька резко встал — она упала на бок, сверкнув аппетитным задиком.
— Придурок! — взвизгнула Злата. — Чего тебе надо?! Вон, выбирай! Мальчиков полон зал!
Многие повернулись полюбоваться этой истерикой, но ноги уже несли Митьку на выход, поскорее покинуть это шумное экзотическое безумие, в котором стало ещё неуютнее, чем в пустой холодной квартире. Получая куртку в гардеробе у симпатичной кореяночки, юноша нащупал в кармане сотовый. Посмотрел на тёмное стекло и включил — губа прикусилась сама собой. Нескончаемая череда пропущенных звонков от НЕГО. Глупая счастливая улыбка выползает на лицо парня, словно разом сбылись все его заветные желания. А девушка-метиска любуется красивым светлым лицом мальчика-ангела.
Митька, еле дыша, в ожидании отборной словесной трёпки, набирает Колю и выходит на улицу в ночь. Ровно один гудок, и тут же подключение вызываемого абонента.
— Ты где? — в неожиданно спокойном и гулком тембре юноша растворяется без остатка.
— Я около клуба «Джанго». — И голос Митьки предательски глохнет.
— Что ты там забыл?
— Последовал совету и попытался пожить жизнью нормального молодого человека, найти девушку, — заученно, словно механическая кукла, проговорил юноша.
— Ну и как? Пожил? Нашёл? Доволен?
Складывалось такое впечатление, что голос раздаётся где-то совсем рядом… слева. Митька быстро поворачивается: около машины, прислонившись к капоту, курит Николай в расстёгнутой куртке, без шапки. У парня от избытка чувств даже нет сил спросить, как Фролов его нашёл, как оказался здесь, такой морозный и серьёзный.
— Если хочешь быть любимым — люби сам! — шепнул Дима самому себе, перед тем, как метнуться к самому необходимому и дорогому человеку на Земле.
С минуту они смотрели друг другу в глаза, а потом Колян притянул юношу порывистым движением к тёплой груди, обдавая дурманящим запахом табака, пытаясь понять, что сейчас происходит в Митиной душе.
— Ты выпил? Не тошнит? У тебя зрачки расширены. Тебя… ведь никто не обидел? — большая пятерня фроловской ладони жгла спину парню даже через куртку.
— Выпил немного. Просто вынесло на голодный желудок, — Митя смотрел на Коляна немного смущенно, чуть приподняв лицо.
— Живо в машину! — коротко говорит Николай и открывает дверь автомобиля.
Митя дважды себя просить не заставил, юркнул в прогретый салон на кресло рядом с водителем, задышал в озябшие пальцы. Колян притушил сигаретный бычок и выбросил в мусорку, потом поднял лицо к звёздному небу, с шумом и облегчением выдыхая накопленную тревогу. Объезжая местные клубы, он остановился купить сигареты и увидел Сашу, Митькиного приятеля, с которым он ходил отдавать фотографии. Разговорившись, Фролов и узнал, что Сашка и Злата разбежались, и девчонка, назло бывшему, собиралась Диму позвать на день рождения в клуб своего дяди. Николай только-только подъехал к клубу, а Митька ему уже звонил…