Сезон охоты (СИ)

Вода словно сочилась сквозь форсунки вдоль стен. Появился сильный травянистый запах. Хвоя, ароматная древесина, минеральный запах. Какие-то поверхностно активные соединения и биокультуры с регенератором. Это мне подсказал нос и…
— О чем задумался, Кель? Ты обычно куда как более внимателен ко мне в этой фазе общения.
Лизи лениво провела кончиками пальцев по обнаженной груди. Капли воды сверкали желтым когда текли по ее гладкой коже. Вода уже приятно грела затылок.
— Странно работает эта эволюция. — Я ткнул пальцем себе в нос. Откуда-то я просто знаю что значат те или иные запахи. Сейчас в средстве для мытья я четко различаю шесть запахов. И про некоторые из них я знаю что это хвоя, вот это ароматное дерево… у него есть другое название но я слушал никогда его… А так пахнет коалин, из него делают глину… А это я откуда знаю? А вот поверхностно активные вещества со сложной формулой, это у меня строчкой на линзах выползло. Бионейрошунт? — Во внутреннем взоре вся груда моих воспоминаний стала словно излучать яд. А где там я сам? Какую часть моей личности сформировали машинные алгоритмы биоконструкта? Это ведь почти разумный паразит. Или Симбиот? Не важно, я уже сам делаюсь иным.
— Чувствуешь, как сходишь с ума, Хердрикс? Лизи нависла надо мной и заглянула в глаза.
Сейчас в моем взоре Верховная Теоверитка была почти прозрачной. Я видел как билось ее сердце. Как толчками двигалась по венам кровь. Видел, чем наполнен ее желудок. Видел насквозь. Уж очень много сквозь нас шло разных излучений которые я тоже «видел». И кто научил мой мозг этому навыку? Видеть в разных диапазонах? Проблема в том, что я даже Лизи не мог сказать это…
— Ты красивая.
Это были верные слова. Я прикоснулся к щеке девушки. И от щеки по ее телу пошли волна света. Словно камень рухнул в воду. Волны меняли свой цвет с белого на алый.
Эмоциональный сканер. Популярная шутка. Говорят, очень меняет мышление владельцев. А я не риску жрать вещества которые могут меня убить или необратимо поменять. Сканеры не были наркотой, но они слишком многое меняли.
От девушки шел тягучий, густой запах желания, с нотками пота и алкоголя. Я чувствовал что меня затягивает в темны омут, эта прозрачная сказочная женщина.
— Как… как ты это сделала? — В паяный мозг пробилась мысль. — Ты их подкупила? Ты все это устроила?
Мои ладони скользили по ее талии и бедрам. Сверхчувствительные нервные на кончиках пальцев рисовали в моем мозгу картину, из острого, жгучего удовольствие от телесного контакта. Кажется, из моих губ вырвался стон.
— Ты, Кель, очень хочешь жить. Ты хочешь, а я люблю. Разница лишь в этом!
— Я… Не понимаю. Это загадка, ребус?
Она обнала меня бедрами, уселась сверху, наклонилась, и слегка сжала мое лицо ладонями. Я почувствовал себя удивительно беззащитным.
— Ты поймешь… Обещаю. — ее шёпот раздался у мое виска, а потом она лизнула меня своим, удивительно длинным языком в ухо. Там тоже были какие-то новые нервные клетки, от удовольствия у меня помутилось в глазах.
Последнее что я помню, это жаркий шепот в полной темноте.
— Когда в тебе слишком много чужого, сам становишься чужаком, для самого себя. Но не бойся. Ты уже здесь, Кель.
— Ну и как вам мой отель, Кель Хердиркс? Или лучше, Живой?
Когда я открыл глаза спустя неизвестное мне количество часов, была наглая рожа француза. Его мерзкая рожа кривилась в типа учтивой улыбке.
— Да… я… яп…
Это у меня в голове мгновенно созрел план и я попытался сбжать через окно над кроватью. Спасибо, уроды. Окно оказалось нарисованным, а я вспомнил что сейчас в подвале. Понял уже после того как мир вокруг перестал кружиться. Никакая аптечка не спасет меня от сотрясения при ударе башкой о стену. Даже рука не помогла, прыгнул бодро.
— Рад что ты сохранил зверину осторожность. Ты первый кто так быстро проснулся. — Сделал мне комплимент француз. Он сидел на стуле перед нашей кроватью и пил кофе из высокого термоса.
— Кель, ты чего буянишь, мы же четыре часа… Привет, Жан поль, ты зашел присоединиться? Извини, Кель уже устал… — Это все Лизи натурально рычала.
  
— Она не любит когда ее вот так застают в врасплох. — я ощупывал лицо на предмет травм.
— Нам нужно одеться. Проявите вежливость. — Судя по движению шеи, кофе у коротышки замерз прямо в глотке. Я сам едва комнату не покинул.
Француз испарился.
Лизи внушала.
— Лизи, скажи мне, красотка, это я от твоего вида такой пьяный? Я до сих пор в дымину.
— Жан Поль!
Жрица снова включила свой голос. Теперь, кажется, и стены завибрировали.
— Я смотрю, вы уже переоделись?
Девушка избавилась от одеяла, да.
— Мой спутник пьян.
— Очевидно.
— И как долго это… ик, продлиться?
— Пять-семь суток. Итоговый состав не метаболизируется. И не отфильтровывается. Ну, можно пропотеть. Ах, да, это, я чего пришел… — Кажется, в моем взгляде мелькнуло что-то такое что матерый убийца смутился. — Я придумал как исполнить твое желание. Готов обсудить план? Нужно очень ответственно подойти к вопросу!
— Сука! Ах ты ж сука! Урою!
Как же этот ублюдок быстро бегает!
  
Глава 3
 
— Сколько?
Я смотрел на сумму счёта и зверел.
— Гражданин, вы подписывали с нами контракт перед медицинской процедурой. Вы отказываетесь платить?
Я стоял у стойки регистратуры в местном госпитале. Тут, как в самых элитных био-салонах, за стойкой сидела живая девушка. Красивая. Чёрные кудрявые волосы, тонкие черты лица, широкий разлёт бровей — всё это придавало лицу девушки просто очаровательное выражение. И в её взгляде было столько надежды, что меня даже передёрнуло. Девушка возбуждённо облизнулась.
Ах да… Особо ценный фраг…
— Нет, нет, конечно, я заплачу… Вы можете со мной что-то сделать, хоть как-то помочь? Я не вижу процедуры в этом… списке, — я скосил глаза, перечень оборудования висел перед глазами.
Проблема заключалась в том, что коротышка не соврал. Местная медицина не смогла очистить мой организм от неизвестного токсина. Да она может новое тело вырастить по куску пальца, из лужи слизи восстановить… Короче, я был ошарашен.
А ещё мне выставили счёт за повреждённое оборудование. А я никак не мог понять, что же случилось.
— Мы не можем вылечить вас, извините. Вам придётся страдать дальше.
Да сучка меня провоцирует!
— Да я не то, чтобы сильно страдаю…
Ага, просто пьян в дупель.
Воцарилось молчание.
— Так что за дрянь во мне плещется, это вы хоть сказать можете? И почему такой счёт?
— Ваша кровь уничтожила фильтрационную станцию и комплекс глубокого сканирования. Вот её состав.
Колония наномеханизмов.
Происхождение неизвестно (дикая технология).
Свойство — опьянение.
При попытке фильтрации мгновенно поражает оборудование и начинает его преобразование.
Я пару раз ругнулся на линзы, но заставить их развернуть справку не смог. А потом до меня дошло.
— Вы хотите сказать, что это всё что вы мне можете сказать за мои… — я скосил глаза на счёт, — десять миллионов?
Девушка всё так же вежливо улыбнулась. Издевательски вежливо.
— А может, хоть отсосёте, за такие-то деньжищи?
Персеида.
Человек.
Статус: нейтральный.
Воинское звание: капитан.
Съедобна.
— Увы, такая услуга вам не доступна, но наша охрана с радостью поможет вам сделать это самостоятельно.
Я не выдержал.
— Слушай, ты, сука, у меня вышли на редкость хреновые деньки, — я склонился над девушкой, — дай угадаю, ты держишь пальчик на кнопочке? И стоит тебе нажать её, как упадёт плита пару тонн весом, так? И отсечёт меня от тебя? Только девочка, ты уже мертва. Плита сейчас рухнет с потолка, и я плюну в тебя своей кровью. Спорим, она успеет тебя переработать раньше, чем кто-то начнёт тебя спасать?