Сезон охоты (СИ)

— Что… Что случилось?
— А, то есть, ты тоже не знаешь?
Рядом со Шляпом, что нависал надо мной, стояла Аркадия.
— Последнее, что я помню, как коротышка причастил меня кровью бога, или как он там назвал эту дрянь? Потом уже очнулся в клубе. И вообще, сколько времени прошло?
— Неделя.
— Сколько?
— Неделя. Вернулись мы в Кайнозой пять дней назад. И царил тут полный сатанизм, блуд и танцы. Три дня назад город превратился в карантинную зону.
Начал рассказ непривычно разговорчивый Шляп.
— Бегала толпа голых девушек и угощали всех крохотными мензурками с кровью Бога. Мензурки так и назывались: «Кровь бога», а ещё подписаны были «безопасно». То есть, всё выглядело предельно подозрительно, — Аркадия пригладила волосы и села на бортик фонтана.
— Но я отхлебнул, вернее, Шляпа, — продолжал ИскИн.
Было трудно, но я ухватил оговорку спутника.
— И что случилось дальше?
— Этот крендель засветился, свет из глаз и жопы. А потом его беретка заискрила, задымилась и загорелась. Я его в фонтан, — закончила Аркадия.
— А потом очнулся я, ну, то есть, я, Карлсон. ИскИн исчез, а моё сознание захватило пустой носитель.
— Или Шляп поглотил Карлсона, скопировал себя на его перегоревшие мозги, и теперь он Двойная Шляпа.
— Можно «Двойной Карлсон». «Двойная Шляпа» больше похоже на название коктейля из технического спирта, — хмыкнул спутник.
— Я после таких метаморфоз жрать эту кровь не рискнула. К тому же, система молчит.
— Мы пошли искать тебя, босс. Только вот народу сюда набилось, на этот праздник жизни, столько, что без Системы искать не получилось. На сканерах все, кто бухнул этой божественной жижи, выглядели одинаково — как одно большое пятно света. А ещё они чуть не спалили Аркадию.
— Кто «они»? И зачем?
— Да она подкатила к каким-то мрачным типам со стробоскопами в глазках, — сдал спутницу Двойной Карлсон.
— И? — я невольно улыбнулся.
— Сначала всё нормально шло. А потом мы перешли к разным весёлым штукам….
— Жрать она их попыталась. А потом загорелась. Я огнетушитель сковырнул с рембазы, где мы засели.
— Половину массы скинула, пока смогла остановить процесс распада. А типы даже не поняли ничего.
— Так, погодите, а игроки что? Покорно пили эту жижу? Никого ничего не смутило?
— Жижа давала прирост человечности в тысячу очков. Ну а тем, у кого она просажена в минус, возвращала нулевое значение. К тому же, в первые три дня всё смотрелось довольно пристойно, просто большая вечеринка по случаю победы, и глаза у игроков светятся.
— А потом?
— Потом все жители сбились на танцпол. Вообще все, брели как зомбаки из старых ужастиков, шли и дёргались, а ещё камеры и техника. Левел и тип прокачки вообще никак не сказался. Тоже ползли и тоже дрыгались в такт музыке.
— Пару часов назад сработал радар у Карлсона, и мы сюда припёрлись. А ты в фонтане топишься.
— Шикарная история. А что полицейские? Француз? Или кто-то из сильных игроков?
— У всех одно и то же. Последними пропали с улиц те самые голые бабы с мензурками.
Я огляделся. На фоне чёрного неба обломки камней висели в воздухе, а ещё я наконец-то смог прислушаться к музыке. Хотя какая там музыка — неритмичные звуковые удары, вот что это было.
— Город покинуть пробовали? — вопрос я адресовал Карлсону.
— Ага, только тут карантин. Стены вокруг города, полсотни метров высотой. На гребне бродят Эльдразионы. У подножия тоже помпейские механизмы, но дохлые. Близко лезть не стали. К тому же, оружие по большей части перестало функционировать, импланты — тоже.
— Мы в дерьме? Или тут такие ивенты регулярны? — теперь я повернулся к Аркадии.
Вообще спутники выглядели так себе. Вместо брони — какие-то оплавленные лохмотья. Аркадия прислонила к бортику бассейна кусок трубы, на конец которой был наварен толстый кусок заострённого металла. Эдакая помесь молота и топора. У Карлсона у пояса тяжёлый кинетический плеватель на химических боеприпасах.
— Первый раз за полсотни лет такое вижу. Это ты всё тут устроил?
— Если бы… Я понимаю не больше вашего. Но я знаю где можно найти ответы. Только это… — я прислушался к ощущениям, — пожрать есть чего?
  
Организм терзал зверский голод.
В итоге мы распотрошили какой-то ресторан. Пищевой синтезатор там, ясное дело, не работал, но запас питательной пасты удалось вытащить. На вкус паста напоминала пластик, но по сравнению с тем, что приходилось жрать в бочке смерти — не такая уж и дрянь.
Оказалось, Шляп-Карлсон успел нарастить себе тело поверх бионического скелета. Встроенное оружие у него не работало, а вот системы жизнедеятельности продолжали функционировать, хоть и ушли в энергосберегающий режим.
Мародёрство по городу оказалось занятием довольно простым. Защитные системы ушли в отключку. Заблокированные двери вскрывались с помощью лома, взрывчатки и монолезвий, которыми с нами поделился оружейный магазин.
Кое-где валялись выгоревшие трупы. Видимо, не одному Шляпу кровь Бога пошла не в то горло. Удача улыбнулась нам в медцентре. Два пакета биоматерии! Помпейская аптечка в моём теле функционировала нормально, хоть и очень медленно. Два часа спустя, после того как я выпил ремонтный материал, из тела наконец ушла слабость, а глаза заработали.
С нормальным сканером я наконец-то смог разобраться в содержимом многочисленных картриджей на складе. Нет, системные надписи не появились, но вот язык маркировки стал мне резко понятен.
— У меня появилась идея… — я задумчиво разглядывал бочку, полную искусственной крови. — Пора нам сходить на танцпол.
— Тусим?
Аркадия пылала энтузиазмом. Мы уже вторые сутки бродили по пустому городу, и мои спутники откровенно скучали.
— Веселее. Обламываем кайф.
— О, это я всегда за…
Для начала стало ясно, откуда на вечно освещённой станции взялась ночь. Над городом висел купол из наномашин. Чёрная взвесь поглощала свет и не пропускала потоки сияния с танцпола. Эти же машины держали в воздухе обломки. И этих самых обломков стало гораздо больше. На моих глазах кусок бетона, облепленный этой чёрной взвесью, взмыл в воздух. Система неспешно строила колоссальный купол. Такие конструкции я видел пару раз в обучающих гало, так изолировали повреждённые сектора на крупных станциях, если там возникали пробои или радиация прожигала истощённые экраны в поясах Юпитера.
Танцпол тоже изменился. То, что происходило, окончательно перестало напоминать вечеринку. Люди двигались по кругу, и эта сверкающая воронка была похожа на другой известный мне прикол из биологического мира. Насекомые иногда собирались в такие воронки и бегали в них, пока не сдыхали. Биологический баг системы.
Мы наблюдали, как огромный мускулистый мужик рухнул на землю, а игроки вокруг сначала обступили его, я уж было подумал, что на ноги поднимут, но нет! В тело неудачника вонзились зубы, хоботки, его рвали пальцами, а потом новоявленные людоеды пили и слизывали ту сверкающую дрянь, что толчками вытекала из разодранного тела. Не прошло минуты, как иссохшее тело растоптала толпа, а закинутые зомбаки устремились дальше в смертельном хороводе.
— Ты то, что ты ешь!
Задумчиво прокомментировала Аркадия. Мы стояли у края воронки. Клуб Кайнозой-сити представлял собой колоссальных размеров ангар — пятьсот на пятьсот метров, со сценой в центре. Пахло кровью, дерьмом и железом.
— Мы ищем кого-то конкретного? Или впитываем и потом продаём интервью за большие деньги? Как насчёт того чтобы пограбить?
Карлсон поправил на голове шляпу стволом от дробовика на химических патронах.
— Ну… грабь, конечно, только вот на что?
Я задумчиво крутил головой. Мне нужна были Лизи. Не думаю, что жрицу доканало экзистенциальное вино. Но как её тут найти? Судя по всему, сюда набилось под миллион человек! Точнее, меньше, вдоль стен валялась куча трупов, а под ногами было столько плоти, что стало ясно — людей перетёрло в фарш.
— Тебе мало? — удивилась Аркадия.