Турнир четырёх стихий (СИ)

Вот, черт!
По мере того, как я пытаюсь выстроить цепочку правильных слов в своей голове, его лицо становится непозволительно близко. И, если до этого мы ещё более менее находились в некотором отдалении. Хотя, если учесть нашу позу и то, как он подминает меня по себя, то это трудно назвать чем-то приточным. Но…
Я чувствую его дыхание, и мое собственное замирает, как и весь мир вокруг. Однако, чем ближе его глаза, которые утягивают меня на дно, тем больше сопротивляется та часть меня, что отвечает за какую-либо разумность. Поэтому я тут же поворачиваю голову в сторону, почувствовав едва заметное касание его губ, скользнувших по шее, и судорожно выдохнув, тут же произношу:
— Надо возвращаться. Уже темнеет.
После этих слов я дергаюсь, давая понять, чтобы он слез с меня. Поэтому, когда он издаёт непонятный смешок и поднимается, протянув мне руку, я не сопротивляюсь. Быстро поднимаюсь, приняв вертикальное положение. Секундная заминка, где мы буравим друг друга взглядом, а затем я наконец выдыхаю и, обернувшись, быстро следую в сторону тропы, чтобы спуститься вниз. При этом слышу его шаги позади себя.
Глава 30.
Мы возвращаемся к поместью, когда вечер полностью вступает в свои права. При этом вместо ожидаемой неловкости, я скорее чувствую странное предвкушение. Сам факт того, что мы совершенно одни — заставляет меня чувствовать глупую радость, порхающую в моем сердце. Мысли снова и снова возвращаются к заснеженному склону, к его словам, взгляду и биению сердца…
О, Фаргс!
Кажется любовь больше смахивает на болезнь, нежели на очередное чудо света! И кто бы знал, как я хочу избавиться от этого щемящего чувства, заставляющего быть его вечным заложником…
Так и хочется прокричать себе: «Очнись, Кейла!». Но, когда Дэльер, словно невзначай касается моей руки, меня снова бросает в жар. Голова идёт кругом, а в мыслях полнейший хаос…
— Так и, что у нас дальше по плану?
Спешно моргаю, отгоняя странное наваждение, где мой воспалённый мозг уже раз сто представил, как он касается меня и плавно ведёт пальцами по коже, пересекая линии, каждые черточки и…
О, Боги!
— Ужин! — с чрезмерным энтузиазмом тут же произношу я, быстро хлопнув в ладоши, пытаясь отвлечься от собственного же разума. А затем спешно двигаюсь в сторону столовой, чтобы пройти к кухне.
— Ты умеешь готовить?
В его голосе улавливаются отчетливые нотки удивления. И это настолько меня обижает, что я резко останавливаюсь и, обернувшись, смотрю на него обиженным взглядом.
— Я, что по-твоему так бездарна?
Он хмыкает.
— Я этого не говорил.
— Но ты постоянно пытаешься мне доказать это, — сердито произношу я и тут же разворачиваюсь, следуя дальше по коридору.
Но Лукас не отстаёт. Вместо это пристраивается к моему шагу и тут же произносит:
— Знаешь, просто с виду ты совершенно не выглядишь милой домохозяйкой.
Я весело хмыкаю. Но улыбка тут же таит на моих губах, когда вспоминая прошлое — своё детство, я произношу:
— Захочешь выжить, научишься не такому.
После этого я ускоряю шаг, чтобы избежать очередных вопросов. Хотя уверена — у этого парня их предостаточно. Да и я вроде как обещала устроить день перемирия и все в этом духе. Что вовсе не значит — полностью распахнуть дверь в свою душу. Однако и молчать рядом с ним становится все сложнее. В том смысле, что каждый раз мне хочется расслабленно выдохнуть и действительно довериться.
Чертов наследничек!
Мы оказываемся в просторной кухне, и я тут же щелкаю выключателем. Под потолком загорается множество цветных, приглушённых лампочек, которые создают уютную атмосферу, но при этом дают достаточно света для обзора.
Лукас не теряется и располагается за барной стойкой, сев напротив кухонного гарнитура, заняв вполне хорошую позицию для осмотра.
— И, что же ты будешь готовить?
Собираюсь с мыслями. Перевожу взгляд на него. В его глазах горят озорные искорки, которые вспыхивают с каждой секундой все больше и больше. Сейчас он выглядит настолько довольным, раскованным и совершенно милым, что в мою голову неожиданно приходит маленький план мести по тому, как сбить эту довольную улыбку с его лица.
 
— Не я. А — мы, — растянув губы в обворожительной улыбке, растягивая слова, глядя на него, довольно произношу я. Затем щелкаю пальцами и в моей руке появляется фартук в виде феи. Я тут же протягиваю его Дэльеру со словами:
— Вот, возьми. Ты же не хочешь запачкать свою рубашку. Уверена, она дорогая.
Секунду он мнётся, блуждая по мне странным, задумчивым взглядом. Кажется пытается понять — шучу я или действительно решилась на подобное.
Ещё бы! Ведь он будущий император! Однако… Для меня этой не имеет никакого значения. По крайне мере не сегодня. Не сейчас.
— Ты же сам сказал, что хочешь провести этот день, как обычный человек. Так, вперёд.
Я снова настойчиво протягиваю ему кусочек ткани, с усмешкой на губах.
Он насмешливо мотает головой, и поначалу я даже неловко замираю. Ведь мне кажется, что сейчас он просто пошлёт меня, в очередной раз озвучив свой статус. Но вместо этого Дэльер усмехается, продолжая в открытую испепелять меня своим пронзительным взглядом. Но в конце концов подхватывает фартук, едва задев кончики моих пальцев, и произносит:
— Что ж. Считайте сегодня я полностью в вашем распоряжении, мисс Мейлоу. Сегодня я целиком и полностью — ваш. — Его губы извиваются в соблазнительной улыбке, и я тут же отвожу взгляд, почувствовав, как начинают потеть ладони. После чего спешно делаю шаг назад и разворачиваюсь к шкафчикам, чтобы достать все необходимое для моей фирменной мясной запеканки, под соусом капрэ, рецепт которой я оттачивала не один год. Однако с каждым разом, стоило моему любимому дядюшке отведать очередную порцию, поставленную перед ним на стол, его лицо разглаживалось. Мимика же все больше выражала неподдельное наслаждение и удовольствие от полученного. Поэтому, если я и волновалась, то лишь потому, что этот парень сводил меня с ума. Причём во всех смыслах…
Когда все необходимое оказывается на специальном столике. Я заглядываю в холодильник и с тщательной сосредоточенностью достаю продукты. При этом стараюсь задержать воздух в лёгких, ведь я чувствую его взгляд на себе, даже не глядя. Словно множество маленьких электрических разрядов пробегаются по коже, приятно щекоча внутренности.
Насупившись, пару раз моргаю, в который раз осознавая свои мысли. После чего захлопываю холодильник и резко оборачиваюсь назад. Правда тут же натыкаюсь на взгляд сапфировых глаз, которые постоянно меня изучают.
Растеряно хлопаю ресницами и поспешно делаю шаг назад, чтобы оказаться от него, как можно дальше. Подхожу к столику, на который сгрузила все необходимое для того, чтобы наш ужин таки состоялся. Внимательным взглядом оглядываю продукты. Затем беру глубокую миску и яйца. После чего перевожу задумчивый взгляд на парня.
— Надеюсь ты умеешь нарезать овощи?
С секунду он пристально вглядывается в мое лицо. А затем усмехается, скалясь в самодовольной улыбке:
— Нет ничего, чего бы я не мог.
Насмешливо хмыкаю, мысленно окрестив его императорской выскочкой. Но в конце концов, киваю и с довольным видом кладу рядом с ним доску с ножом. Выбираю необходимые овощи и точно также протягиваю ему со словами:
— Тогда будь добр, нарежь это все. И желательно — маленькими ровными кубиками. Справишься?.. — не в силах сдержать издевательской улыбки, спрашиваю я, взглянув на него со всем своим очарованием.
Он усмехается, но подходит ближе. Так, что наши локти теперь соприкасаются. И я снова задерживаю дыхание, когда он едва склоняется ко мне и издевательски шепчет на ухо, обдавая горячим дыханием:
— Сделаю в лучшем виде.
Кажется меня одолевает озноб. Я сглатываю и усиленно киваю, не в силах вымолвить и слова. После чего отхожу в сторону плиты, чтобы приготовить соус. И хотя я прекрасно знаю, что он играет со мной, дразнить и провоцирует — это совершенно не меняет того, что мои чувства…о боги…самые настоящие!