Турнир четырёх стихий (СИ)
— Кейла?..
— Прости. Твой план провалился. Прежде чем уходишь — убедись, что сделал все, как надо.
Он хмурится, сердито сжав челюсть, а затем тяжело вздыхает, сев на подоконник.
Я делаю шаг вперёд, чтобы оказаться к нему ближе и взглянуть в эти глаза.
— Почему?.. — в конце концов задаю я мучавший меня вопрос, спустя пару минут нашего угнетённого молчания.
— Я просто… Прости меня, Кейла. — Он наконец поднимает на меня взгляд, а затем поднимается.
— Прости? Ты всадил мне нож в спину. И говоришь — прости?.. — Я зло усмехаюсь.
— Ты не понимаешь. Для тебя так было бы лучше. Эта игра слишком…грязная. Пойми же…
— Ты и понятия не имеешь, как сильно мне нужен этот чертов шанс, Матео.
Он непонимающе вздёргивает бровями.
— Почему? Зачем тебе этот турнир?
Я поджимаю губы, отводя взгляд в сторону, и пару секунд просто мнусь на месте. До тех пор, пока в мыслях не всплывают его слова: «…она просила убрать тебя из игры».
Мои глаза вспыхивают праведным гневом, когда все части пазла неожиданно складываются в единую картину.
— Мелания попросила тебя.
Он понуро опускает голову. После чего кивает, подтверждая все мои дальнейшие мысли.
— Прости меня, Кей. Я…Я просто люблю её, — говорит он, глядя в мои глаза, то, что, казалось бы, итак лежало на поверхности. Но из-за всех этих проблем, из-за собственной занятости — я частенько упускаю из виду чувства других людей.
— Я верила тебе, Матео…
Он поджимает губы и кивает. После чего запускает руку в волосы и тормошит их.
— Я не жду, что ты поймёшь меня. Я и сам, честно говоря, уже себя не понимаю. Я люблю её так давно, что, кажется, окончательно помешался на ней…
— Поэтому вы с Лукасом так ненавидите друг друга?
Он зло усмехается.
— Не без этого.
Я киваю, а затем разворачиваюсь, чтобы уйти. Ведь то, что хотела — в конце концов получила.
Любовь к этой девушке ослепила его. Ослепила настолько, что он готов ради неё на все. Будь то подлость или же любое другое поручение. Как бы там ни было — ниточка между нами безвозвратно оборвалась, так и не сумев стать чем-то значимым. Однако не успеваю я толком шагнуть вперёд — он останавливает меня, схватив за руку.
— Мне правда жаль. Ты хорошая девушка, Кейла. И, возможно, при иных обстоятельствах — мы действительно смогли бы стать хорошими друзьями.
— И именно поэтому ты так со мной поступил, — холодно говорю я, на мгновение представив, что было бы, если бы я все же не прошла отбор.
Передернув плечами, тут же вырываюсь из его захвата и тяжело вздыхаю. Взгляд неожиданно цепляется за открытый чемодан.
— Ты куда-то уезжаешь?..
— Д-да. Я…решил выбыть из игры.
— То есть?..
— То есть я возвращаюсь, Кейла. Думаю, так будет лучше и…правильнее.
С минуту я молчу. А затем все же киваю.
Он прав. Так действительно будет лучше.
Я поднимаю на него свой взгляд и со всей искренностью произношу:
— Как бы там ни было — удачи. Желаю, чтобы твоё истинное «я» окончательно не проиграло затуманенной любви, Матео.
На мгновение он опускает взгляд. А затем все же смотрит на меня и едва заметно улыбается, прошептав:
— Береги себя, Кейла де Мейлоу.
— Обязательно, — едва слышно говорю в ответ. После чего наконец разворачиваюсь и, с гордо поднятой головой, покидаю его комнату.
Лишь оказавшись в холле, я наконец выдыхаю. Словно все это время задерживала дыхание, боясь лишний раз почувствовать эту горечь разочарования.
— Ты, как?.. — Я чувствую прикосновение чужих рук и открываю, закрывшиеся на мгновение, глаза.
— Думаю, нам лучше вернуться, пока мисс Камильтон не заметила нашего отсутствия.
Все же на часах вот-вот окажется полночь. А мы бродим по коридорам, когда у нас вовсю действует комендантский час.
Изабель согласно кивает, и мы движемся в сторону лестницы, изредка осматриваясь по сторонам. А, когда благополучно добираемся до комнаты и закрываем дверь на ключ — она садится напротив меня в одно из кресел, и решительно, без каких-либо шансов на тихую ночь, произносит:
— А теперь рассказывай. Все.
Я опускаю взгляд и тяжело вздыхаю. Вспоминать о случившемся совершенно не хочется. Ведь я допустила ошибку, которая могла бы привести к необратимым последствиям. И, если бы…Если бы не Кларк и…Лукас, то завтра утром я бы отправилась домой.
Однако, как бы там ни было, я набираю в легкие побольше воздуха и, перестав корить себя за подобную неосмотрительность, начинаю свой маленький, но впервые такой подробный и эмоциональный рассказ. Стоит же мне поведать о последней части, где между нами происходит диалог, глаза Изабель все больше округляются. А затем она и вовсе подскакивает с места, едва не опрокинув кресло.
— Не может быть!
Невесело хмыкаю, но киваю, сказав:
— Может.
— Матео влюблён в эту…в эту дрянь? Серьезно?
— Именно. И мне жаль, что я смогла понять это лишь сейчас.
Изабель фыркает и снова садится в кресло.
— Не ты одна. Я и подумать не могла, что вся эта ненависть и вражда может быть из-за неё. Он же вечно соперничал с Лукасом! И каждый раз я думала, что это лишь зависть и отрицание того, что кто-то может быть лучше и талантливее него, черт возьми!
Я тяжело вздыхаю и поджимаю губы, когда Изабель произносит, глядя на меня странным образом:
— Любовь зла, не так ли?..
— Что за намёки? — возмущённо произношу я, чувствуя, как учащается собственный пульс.
— Никаких намеков. По-моему, я всегда излагаю свои мысли прямо. — Его губы растягиваются в озорной ухмылке.
Не выдержав подобного взгляда, я зло протягиваю:
— Прекрати-и-и…
Она закатывает глаза, но все-таки прекращает свой странный натиск. Вместо этого снова поднимается с места со словами:
— Как бы там ни было, у нас завтра начинаются усиленные тренировки. И с учётом того, что спать нам осталось не так уж и много — пора ложиться.
Она подходит к своей кровати и, бесцеремонно скинув подушки на пол, снимает тяжелое покрывало.
Киваю и следую её примеру. Правда некоторые вопросы, касающиеся турнира, у меня ещё остались. Поэтому, когда я ложусь в кровать, то спрашиваю:
— Когда состоится первое состязание?..
Изабель хмурится. Затем делает взмах рукой и свет в нашей комнате гаснет. Она поворачивается в мою сторону, сложив руки под голову и отвечает:
— Через неделю состоится официальный показ участников. А на следующий день начнётся турнир четырёх стихий.
Я переворачиваюсь на спину и, глядя в потолок, задумчиво говорю:
— Значит у нас осталась неделя.
Неделя, чтобы, как следует подготовиться.
— Именно. Поэтому я очень прошу тебя, Кей, не усердствуй. Это не значит, что ты должна расслабиться, но и не выходить из зала ты тоже не можешь.
— Н-но…
— Ты слаба. После такого заклинания даже с противоядием полностью восстановиться быстро — нереально. Поэтому будь осторожна и нетороплива, ладно?
Тяжело вздохнув и разгладив оделяло, я говорю:
— Ладно.
Слышу приглушённый выдох своей подруги, а затем снова перевожу на неё взгляд, добавив:
— Спасибо…
Она поворачивает голову в мой строну и, взглянув на меня, произносит:
— Мы справимся.
Улыбнувшись уголками губ киваю. Изабель подмигивает, после чего разворачивается, чтобы принять удобную позу, но вдруг замирает и произносит:
— Кстати. Лукас просил передать тебе, чтобы ты на завтра не строила планов, поскольку у вас есть один уговор, который входит в силу. И у меня вопрос: что это ещё за уговор такой?
Черт!..
— Э-э-э…как бы это получше сказать.
— Стой.
— Что?
— Ты сама на него согласилась?
— Д-да…
— Лукас тебя шантажировал?
Можно ли это так назвать? Вряд ли. Поэтому я тут же отвечаю:
— Нет.
— Угрожал?..
Усмехаюсь.
— Нет.
— Тогда расскажешь после того, как исполнишь его.
— Правда?.. — Я с неверием смотрю на неё, пытаясь понять шутит ли она. Но нет — она серьёзна.