Зов орды (СИ)

Кнут отчаялся успеть до места до полудня, но на счастье Ханоя, медленное продвижение распалило Максуда. Мечник гортанно выкрикнул на родном наречии, а затем попер вперед, как упрямый вол, расталкивая плечами людей. В образовавшуюся щель тут же устремились остальные. Так, с проклятьями и окончательно вымотанные, четверо детей степи добрались до отделения местного гунна. В этот раз агрессивный настрой Меча уперся в холодную стену таких же наемников.
  
Проклятая очередь из бывших крестьян, ветеранов и пришлых воинов двигалась медленно. Любовь вэйцев к порядку приводила к обязательному оформлению каждого желающего. Глиняная табличка с порядковым номером, на которую наносились ответы на анкету. Когда четверка добралась до писаря, они с сотый раз услышали набившие оскомину вопросы.
—Имя? — даже не подняв голову, спрашивал служка.
— Ханой! — с гордостью ответил кнут.
— Хан Ой. Возраст? — не отвлекаясь от глиняной таблицы продолжал интересоваться писарь.
— Семнадцать весен.
— Рост?
— Четыре локтя.
Писарь вскинул голову, зашептал губами, что-то высчитывая, затем крикнул: — Чен! Неси палку.
Тотчас появился помощник с жердью, на которой рисками был нанесены меры длины.
— Четыре чи, восемьдесят цуней, господин. (примерно 179 см.)
— Высокий, — прокомментировал служка, старательно записывая рост.
— Статус?
— Наемник дома Большого Бо.
В этот раз в глазах писаря мелькнуло уважение и легкая боязнь.
— Особые приметы укажите, господин?
— Любитель отвечать на вопросы.
— Боевой опыт?
— Семь весен.
— Род войск?
— Гунн.
Следующим был Максуд.
— Имя?
— Максуд. Семнадцать весен. Четыре локтя. Наемник дома Бо.
— Чен! Неси палку!
— Четыре чи, шестьдесят цуней, господин. (171 см)
— Приметы? Боевой опыт и род войск?
— Двуногий. Двурукий. Мечник на коне. Семь весен.
— Следующий. Имя?
— Сем Рин. Семнадцать весен.
— Дай угадаю. Наемник дома Бо, четыре локтя? Семь весен. Гунн?
— Именно так, — с улыбкой ответил копейщик.
— Чен!
— Четыре чи, семьдесят цуней, господин. (175 см)
Лучник стоял, ожидая вопросов.
— Имя?
— Батыр!
Тяжело вздохнув, писарь крикнул: — Чен! Неси палку.
  
Глава 20 Последние приготовления
 
Получив простую глиняную гуань наёмника, четвёрка возвращалась в дом Большого Бо. Обратный путь был намного проще - простой люд, увидев ярлык на груди, тут же уступал дорогу, пропуская воинов. И вновь парни были поражены внутренними порядками, за весь путь они встретили лишь
Первым делом Ханой вооружился, почувствовав себя свободнее и увереннее, вторым шагом, не преминул вернуться в конюшни и предъявил ярлык наёмника. Внутренне торжествовал, увидев бегающий взгляд конюха. Он не собирался забирать лошадей, просто указал служке свой статус. Но это не мешало ему проверить свою собственность, убедиться в их боевой готовности, качестве предложенного корма.
Немного постояв на перепутье, раздумывая о превратностях судьбы, позже направился в таверну. Нужно было решить очень важную задачу перед заключением нового договора найма. Вышел он спустя час. Довольный результатом торгов и с заметно похудевшим кошельком. Приятные хлопоты.
Вечером того же дня начали приходить наемники, коих отправлял рекрутер. Серьезные лица, походка бравых вояк, дрянное оружие. И было в них, что-то неискреннее, будто нарочито бравировали мышцами, зло шутили. Первых три десятка братья ещё проверяли лично, а когда стало понятно, что за люди искали найм, ребята просто устраивали потасовки соискателей между собой. Многие отсеивал. Дело двинулись с места , и десяток начал заполняться.
Максимальным разочарованием было отсутствие конников, практически все пришедшие были пешими. Несмотря на отсутствие боевого опыта, Максуд и Ханой взяли двоих крепких парней с лихим взглядом и пудовыми кулаками. В конечном итоге набрали почти полные два десятка, оставалось лишь одно вакантное место. Всех нанятых разместили в казарме под молчаливой стражей големов.
Утром пришел посыльный от Сынь У, главы снабжения армии и строительства дорог, с приглашением Ляосянь, более похожим на прямой приказ, ко двору Вана для знакомства. Девушка не находила себе места. Она то и дело пыталась начать разговор с мечником, следом с Ханоем, позже переключалась на угрюмого Батыра, но лишь в разговоре с Семрином находила утешение. Ей казалось, что братья отвернулись от нее в час беды. Чувствуя себя одинокой, часто предавалась сомнениям и унынию. К обеду ее настойчиво звал Максуд, дважды заходил копейщик, и лишь появление Госры ее приятно удивило и расстроило одновременно.
— Опаздывать на свою свадьбу очень невежливо, сестра! — с робкой улыбкой произнес кудесник. В новой одежде адепта Земли он казался чуть выше и стройнее. Да и гуань на широком поясе внушала уважение. Тяжелая бронза с иероглифом стихии Земли, а также статус подмастерья. Неизменным были лишь детское лицо и посох мастера Шу.
— Как? ... Откуда? ... Тебя отпустили? — заламывая руки, шептала сквозь слезы девушка.
— Скорее сбежал, брату негоже пропускать знаменательный день. Сегодня ты станешь женой одного из нас, а это не каждый день случается. Собирайся, ждут только тебя, — уже на выходе Госра обернулся. — И в свертке платье, Ханой обещал, что придется в пору.
Лишь только кудесник вышел, Ляосянь дала вою эмоциям, двумя бурными потоками полились слезы, пока дрожащие руки распаковывали сверток. Красный Ципао, расшитый золотыми драконами, корона-феникс со священными камнями нефрита. Широкий пояс и браслеты на руки. Когда лидер смог это все купить, она отказывалась понимать. Через час девушка спустилась. Во дворе ее уже ждали пятеро братьев и одна единственная лошадь.
— Подумали, что тебе будет удобнее верхом, чем в паланкине. Укачивает жутко, как на джонке, — со смехом произнес подмастерье школы Земли. Лишь только Максуд подсадил девушку в седло, вся процессия двинулась прочь из дома Большого Бо. Случайные прохожие не только уступали дорогу, но некоторое время шли следом такой необычной компании. Перемешенные обычаи, где красному платью невесты контрастировали отсутствие родственников, плакальщиц и неизменных на всех свадьбах зерен риса.
Таверна была украшена к случаю. Бумажные фонарики красного цвета, алые цветы на столе. Столь важная в культуре всех китайцев чайная церемония. Какого было удивление Ляосянь, что присутствовали не только ее братья, а также учитель кудесника, начальник охраны и пятнадцать наемников. Отдельно стоит упомянуть уличных музыкантов и танцовщиц, что развлекали гостей.
Ли Вэй, на правах старшего, легко поднялся, встречая процессию, его примеру последовали остальные. Музыка стихла, когда Мастер земли передал первую пиалу для невесты. Налив вторую, он начал переглядываться с учеником, не понимая, кто же избранник.
— Сестра, ты сделала выбор? — громко спросил Ханой.
Пунцовое от смущение лицо отлично акцентировало красное платье. Девушка смутилась еще больше, когда ей на руку навязал белую ленту Ханой. Шутя оттолкнув кнута в сторону, следом повязал свою красную ленту Максуд. С улыбкой подскочил Семрин, украсив запястье поверх синей. Батыр сосредоточено поправил все ритуальные полоски ткани, подтянул узлы. Вынул из-за пазухи зеленый лоскут, позже закрепив на запястье, стараясь, чтобы концы были одной длины. Краснея не меньше невесты, Госра повязал желтую под одобрительный кивок Ляо Вэя.
Лишь только братья скрепили свое пожелание, а уж невеста не отвергла ленты, значит брак под небом и на земле был заключен. Но у варваров была еще и своя традиция. Черный петух, живая рыба и маленький барашек под улюлюканье и одобрительные выкрики были принесены в жертву, окунув пальцы поочередно в кровь птицы, рыбы и животного, Ханой нанес точки на тыльную сторону ладони всем причастным. Теперь и в воде, и на земле, и в небе есть кровные свидетели их союза.