Наташа, не реви! Мы всё починим (СИ)

Разглядываю. Дорогой. Хорошего качества. Но...
- Нет.
Может, потому что Саша меня старше, а может ещё по какой причине, каждый раз пообщавшись с ним, чувствую себя моложе и легче. И хочется удержать это ощущение подольше! Пусть будут Лизины джинсы и ее короткий пуловер с пышными рукавами. Сама бы я себе такое, конечно, ни за что не купила. Но раз уж случай надел их на меня...
  
- Вот это всё, - дёргает меня за пуловер, - тебе не по возрасту. Это пошло и безвкусно.
"Значит, надо брать!" - звучит у меня в голове фраза из известного фильма.
- Мам, - уклоняюсь я опять от нее. - Во-первых, у меня или белые кроссовки, или черные ботильоны на двенадцати сантиметровом каблуке. Ни то ни другое надеть с этим костюмом нельзя. Во-вторых, спасибо большое, но одежду мне пожалуйста не покупай.
Обидевшись, уходит к плите.
- Неблагодарная... Ну иди в тряпках, позорь мать.
И я быстрей уже одеваюсь, чтобы 'идти позорить мать", пока она не добавила мне ещё каких-нибудь тяжёлых мыслей в нагрузку.
- А на голове у тебя что?
- Волосы, мам.
- Собери!
- Нечем, - развожу руками.
Но она недовольна тем, что я отделалась слишком легко. И как только я хватаю сумочку, ее срывает.
- А они все такие! Все до одного - кобели! Ты думаешь, одного на другого поменяешь и все?! Нет, моя дорогая, нет! Этот ещё хуже будет, вот увидишь... Вот увидишь...
Сбегаю поспешно за дверь.
Сердце болезненно стучит.
Господи, да я и так его уже заранее ревную к его работе и коллегам! Не с женой же он приспособился у стеночки не раздеваясь так горячо трахаться! Я все это и сама понимаю, не такая уж дура.
Зачем мне это всё накидывать?! Неужели мама не понимает, что это делает мне больно?!
Я может верить хочу в настоящих и стоящих мужчин.
Но энергия моя сожрана, и я уже не чувствую себя молодой и красивой, как после Саши. А снова так себе разведенкой бальзаковского возраста.
И совершенно никаких сил встречаться теперь с коллегами, смотреть им в глаза и улыбаться, делая вид, что я в порядке.
И сейчас бы я отказалась от предложения подхватить студентов. Но ведь уже пообещала...
Уныло плетусь в университет.
И так дерьмово душеньке моей, что стоя у крыльца, я звоню Саше. Чтобы хоть немного вернуть того самого ощущения.
- Иштаров.
- Привет, - выдыхаю, вылавливая из себя улыбку.
- Что случилось? - подозрительно.
- Нет... Ничего. Просто очень захотелось позвонить.
- Ну... Похвально, Наталья Антоновна, - шутливой интонацией.
- Саш... А ты можешь меня забрать? В девять. Из университета, - решаюсь я, пытаясь скрыть надрыв в интонациях.
- А что ты там делаешь? В девять.
- Пришлось вернуться на работу. Заочники. И мне очень тяжело здесь.
- Не могу говорить, - меняется его тон на деловой. - Перезвоню.
И я растерянно кручу в руках телефон. Не перезванивает. Мне становится ещё хуже...
Как полная размазня поднимаюсь на кафедру. В груди жжет от гадливости.
Открываю дверь кафедры.
- Добрый вечер.
На кафедре Слава и пара наших сплетниц постарше меня.
- Наталья Антоновна!..
Они так рады... Так рады... Что я вернулась.
Натянуто улыбаясь, киваю.
Вячеслав Иванович тоже выдавливает скупую улыбку, немного неловко разводя руками. Мол... "Добро пожаловать".
Оглядываюсь и понимаю, что мой стол... Мой бывший стол... завален полностью папками, курсовыми, пластиковыми полками. И все это высокой грудой лежит так, что тронешь и все посыпется и засыпет кафедру до потолка.
Стою как сирота, не понимая куда сесть.
На кафедре всего четыре стола не считая моего. На двух - наши тётушки. Один у Славы и ещё один - для ассистентов. Там сидела Анаит.
Ну что ж теперь...
Ставлю сумочку на него.
Пульс оглушающе стучит.
Не зная, куда себя деть, включаю чайник. Вытаскиваю из своего стола кружку. От их взглядов очень неприятно и токсично разъедает в грудной клетке.
Сплетницы тихо перешептываются, многозначительно играя бровями друг другу. Не знаю уж о чем они. Но моему растревоженному сердцу кажется - обо мне, Анаит, Славе.
Надо подготовиться к лекции, но я вообще не способна сейчас...
- Как у Вас дела, Наталья Антоновна? Говорят, Вы ищете другое место?
- Дела у меня хорошо, спасибо.
Господи, зачем я согласилась?!
В подставке для ручек лежит жидкая помада Анаит цвета фуксии в потёртом прозрачном тюбике. Остатки стекли вниз кляксой.
Вот, возможно, именно на этом столе они и трахались. Такая вот гадость...
Брезгливо вытаскиваю ее, бросаю в мусорку.
Делая глоток, обжигаю рот. На глаза наворачиваются слезы.
- Вячеслав Иванович, а как дочь то назвали?
- Каринэ... Карина... - хмуро, не отрывая взгляда от бумаг.
Саша, забери меня, пожалуйста! Просто забери отсюда! Эвакуируй меня.
- Тук-тук...
- Можно? - заглядывают студенты.
Заваливает толпа парней. Это мои, с прошлого семестра. Поток Лизы.
Ромочка, Марат, Иван, Май... Спортсмены. Красавцы все! И словно ведро тестостерона выплескивается на кафедру вместе с ними.
Отгораживают меня, облепляя стол. Мне неожиданно становится полегче. Эти уж точно рады меня видеть.
- Наталья Антоновна! - сверкают зубами, улыбаясь. - А у наших заочников Вы будете вести и принимать?
- Я...
- Они на стадионе застряли, не успевают на первую ленту. А вашего номера нет. Вот попросили нас с ходатайством забежать.
- Вы их простите, пожалуйста, за накладочку. Дождитесь.
- Конечно... - киваю я.
- А чтобы Вам не скучно было, - ставит Марат на стол набор фирменного шоколада. - Вот к чаю от них.
- Ой! Да не нужно было, - смущаюсь я.
- Нужно-нужно.
- Кстати, отлично выглядите в новом стиле, - строит глазки очаровательный Май.
- Вам очень идёт, - щурится как котенок Ванечка. - Вы вообще другая…
- Всё, кыш!.. - машу на них руками, улыбаясь. - Дождусь я ваших заочников.
Засмущали совсем! Флиртуны.
Шмелёв уходит последний, неожиданно оставляя у меня на столе корзиночку с живыми цветами.
- Это от ментов... - подмигивает довольно Рома.
И я, в цветах и шоколаде, поджимая губы и стараясь не улыбаться, пью свой чай.
Под осуждающими взглядами коллег и бывшего мужа.
Пошли к черту!
Стягиваю с полки книгу, и открыв ее, слепо смотрю на странички, делая вид, что читаю. Рдею как пионерский галстук и кусаю губы.
На лекции уходят наши тётушки, мы остаёмся со Славиком вдвоем.
- Постыдились бы, Наталья Антоновна, - цедит, проходя мимо меня. - Со студентами флиртовать.
- Оу... - дёргаю бровями, засовывая конфету в рот. - Нужно с ассистентами?
Хлопает дверью…
"Спасибо!" - отправляю смс Саше.
"За что?" - приходит тут же ответ.
"За цветы!".
И минут через десять.
"Пожалуйста...".
  
Глава 21 - Гадость 
 
Наташа 
С папкой рефератов, спеша, возвращаюсь на кафедру.
Сел телефон. Заряд он оказывается держит недолго. А я его с утра не зарядила, и зарядное с собой не взяла.
Переживаю, что может приехать Саша, позвонить и не дозвониться.
Ну и мама, конечно, тоже, наверное уже в гневе. Я ей не сказала во сколько вернусь.
На кафедре неприятный сюрприз - Слава всё ещё здесь.
Бросаю взгляд на часы, висящие на стене. Десятый час...
Собираюсь. Он говорит по телефону. Раздражённо и односложно.
- Работа. Я не могу. Позже. Скоро. Прекрати... Перезвоню.
Меня всю передергивает от гадливости. Потому что это похоже на разговор с женой при любовнице.
Скидывает вызов.
- Я решил дождаться тебя, - опирается бедрами на свой стол, складывая на груди руки.
  
Положив рефераты на край стола, быстро собираюсь.
- Наташа... Я вчера приезжал.