Хозяйка усадьбы "Детское счастье" (СИ)

А у входной двери усадьбы, которую надежно подперли тяжелой доской, начал струиться темный, почти черный дымок... 
  
Глава 64
 
В носу засвербило от едкого запаха дыма.
Пушок дернулся и с трудом разомкнул тяжелые веки. Казалось, будто к каждому веку привязали по стопудовой гире... Глаза тут же защипало, и из них потекли слёзы.
  
Пушок фыркнул, чихнул, потом судорожно закашлялся.
Что вообще случилось? Почему он внезапно отключился?
Котосов с трудом поднялся на лапы, которые казались ватными, и осоловелым взглядом окинул комнату. И едва не ахнул...
Почти вся гостиная была заполнена черным, густым дымом. Этот страшный, едкий дым клубился под потолком, стлался по полу, тянул свои смертельные щупальца во все углы. И, главное, он уже почти окутал спящих на диване ребят и Джейн.
Мутное, затуманенное сознание котосова бешено завопило. И бедный зверек, преодолевая дурноту и слабость, на подкашивающихся лапах заковылял к дивану. Он сам не понял, как ему удалось запрыгнуть к Джейн на колени, но уже в следующее мгновение его лапа безжалостно впечаталась хозяйке в лицо.
Губы девушки приоткрылись, и она что-то невнятно пробормотала. Нечто похожее на "ну, еще немножко...".
Однако, она среагировала!
Это пусть маленький, но успех, в буквальном смысле окрылил Пушка, и, еще раз врезав Джейн по щеке, от чего девушка тихо ойкнула и дернулась, он тяжело подлетел к окну. Уцепился за рукоятку створки, повис на ней всем своим телом.
Но рукоятка оказалась на редкость упертой и строптивой. Она никак не желала поддаваться.
Бах! Всё еще непослушное тело Пушка тяжело бухнулось на подоконник. Но котосов словно и не заметил удара. Как и вновь подступающей слабости. Он снова подпрыгнул и вцепился в рукоятку. Дернулся. Еще раз. Потом отчаянно замахал задними лапами, пытаясь таким образом увеличить свой вес.
Со стороны дивана послышался негромкий шорох. Потом приглушенный, но явно испуганный вскрик.
Ура! Она проснулась!
Еще один яростный рывок, и проклятая рукоятка, наконец, поддалась. Раздался тихий щелчок, и порыв свежего воздуха, смешанного со снегом, ворвался в комнату и рассек густой, ядовитый дым, как серебряный клинок рассекает горло страшного, кровожадного чудовища, уже готового запустить свои смертельные когти в тела беззащитных жертв.
Пушка снесло с подоконника, и он со всего маху рухнул на пол. Перед глазами вновь потемнело, и последнее, что он успел услышать, это был полный тревоги, но бодрый голос Джейн:
- Пушок! Что случилось?
А потом сознание отключилось.
***
Щеку обожгло болью. Словно по ней заехали раскалённым хлыстом!
Я дернулась и тихо застонала. Какого черта?
Еще один удар заставил мою головы мотнуться в сторону, и я пребольно впечаталась виском в деревянную спинку дивана. С губ сорвался тихий вскрик.
Я попыталась поднять руку, но она ощущалась чужой. Глаза не желали открываться, веки казались воспалёнными, во рту стоял тошнотворный, горьковатый привкус.
Это что, сон такой?
Не успела я додумать эту мысль, как ноздри почувствовали едкий запах гари. Я судорожно закашлялась и нечеловеческим усилием воли приоткрыла глаза.
Сознание яркой вспышкой вернулось на место.
Это не сон!!!
Гостиная тонула в густом, черном дыму. В этой густой, едкой пелене были видны лишь смутные очертания предметов.
Дети!
Зажав нос и рот подолом платья, я потянулась к свернувшемуся калачиком прямо рядом со мной Басту и резко дернула его за руку.
Мальчик вяло пошевелился. Я дернула еще раз.
В эту секунду черноту дыма прорезал порыв свежего, снежного воздуха. Со стороны окна раздался глухой "шлёп", будто что-то шмякнулось на пол.
- Пушок! Что случилось? - попыталась заорать я, но снова закашлялась. В горле нещадно запершило.
Поняв, что голос мне сейчас не помощник, я решительно сдернула уже просыпающегося Баста с дивана, схватила мальчугана на грудки и несколько раз сильно встряхнула его.
Мои усилия возымели успех, и мальчишка, пусть с трудом, но открыл глаза.
- Буди всех. И тащи к окну, - прохрипела я, хватая в охапку спящего в уголке Маркуса.
- Джейн, - откуда-то из дымной занавеси послышался неуверенный, почти изумлённый голос Милены. Почти тут же девочка закашлялась.
Держа Маркуса одной рукой, я метнулась к креслу, в котором сидела девочка и рывком подкатила его к окну.
- Дыши, - просипела, распахнув обе створки настежь.
Выглянула наружу, по телу пробежали мурашки ужаса... Усадьба пылала. Повсюду, куда мог дотянуться мой взгляд, виднелись хищные язычку пламени.
- Баааст! Помоги! - шок от увиденного на несколько секунд вернул мне голос, но этого хватило, чтобы парень меня услышал.
В одно мгновение он оказался возле окна, таща за собой спящую Рози.
- Прыгай, - задыхаясь, просипела я. - Будешь ловить...
Баст мгновенно понял, что я хотела сказать. Недолго думая, он запрыгнул на подоконник и выпрыгнул на улицу. И тут же подхватил Маркуса, которого я споро высунула из окна. Потом настал черед Рози.
Моя нога наткнулась на что-то мягкое.
Пушок!
Бедный зверек безжизненной, мохнатой горкой лежал на полу. И меня на мгновение объял настоящий ужас. О нет! Пожалуйста, пусть он будет жив!
Стремительно подняла теплый комочек с пола и с облегчением ощутила пусть слабое, но совершенно отчетливое биение пульса.
- Баст, лови Пушка!!!
Убедившись, что зверек благополучно приземлился в надежные руки Баста, я снова метнулась к дивану...
И в эту секунду раздался оглушительный треск, и дверь в гостиную выбило мощным залпом пламени. Казалось, будто что-то взорвалось!
Ударной волной меня отшвырнуло на другой конец гостиной, и я впечаталась затылком в стену. Сознание поплыло, а в голове зазвучал тихий, зловещий голос:
Это всё... Конец...
И тут, перекрывая этот мерзкий, почти убаюкивающий шепот, раздался другой голос:
- Джейн, я тут!!! Держись, я сейчас!!!
Этот голос я узнала бы даже в бессознательном состоянии. Скай... Он приехал... Теперь всё будет хорошо...
На этом месте сознание решило, что с него на сегодня хватит, и отключилось. 
  
Глава 65
 
Мелкие снежинки нежно опускались на моё лицо. Они приятно покалывали, а потом мгновенно таяли, превращаясь в крошечные капельки, от которых было щекотно. Я лежала на чём-то мягком. Щеки окатывали волны тепла, словно я находилась возле большого камина.
- Милая, я с тобой...
Теплая рука погладила меня по щеке. И... сознание мигом вернулось!
- Дети! Пушок! Дом!!!
Я резко подскочила, но заботливые руки Ская мигом уложили меня обратно, на мягкий, пушистый мех его шубы. И вовремя - перед глазами снова поплыло.
Да что же это за ерунда такая! Тридцать два года жила без единого обморока, а тут просто один за другим!
- Лежи, Дженни, - надо мной склонилось лицо мужа. - Всё в порядке. Дети спасены. - Словно в подтверждение его слов, откуда-то сзади раздались взволнованные детские голоса. - Пушок пришел в себя. Не волнуйся... Твой ушиб я тоже залечил, но нужно время, чтобы ты успокоилась.
- А дом? - едва слышно прошептала я, боясь услышать самое страшное.
- Дом... - Скай запнулся.
Но он мог и не договаривать. Я повернула голову в сторону и увидела пылающую усадьбу. Она походила на гигантского дракона, пышущего огнём и взметающего в небо целые фонтаны золотисто-алых искр... Это зрелище было столь же жутким, сколь завораживающим.
Я в оцепенении смотрела, как родные стены мерцают зловещим золотом, как из трещин вырываются черные, похожие на протуберанцы, щупальца, как воздух вокруг идёт рябью, превращаясь в раскалённое, дрожащее марево...
  
- Мы построим новую... - попытался успокоить меня Скай.
Но я прекрасно понимала, что новый дом будет другим. Он больше не будет живым. В нём не будет души. Не будет Карлы. Все ее тетради, все записи... все волшебные книги - всё это сейчас превращалось в пепел.