Хозяйка усадьбы "Детское счастье" (СИ)

Я подняла взгляд. Наши глаза встретились, и мне показалось, словно я тону в серой, бездонной голубизне. Растворяюсь в ней. Сливаюсь с ней.
Его губы. Они всё ближе. Ближе. Я уже не могу различить их изгиба, всё сливается в блаженном тумане.
- Ты ведь выйдешь за меня? - шепот, почти неслышный, но такой явственный и пронзительный, коснулся моего слуха.
Коснулся почти в то же мгновение, как его губы коснулись моих, поймав и вдохнув моё неслышное "да". 
    
Глава 51
 
Косые лучи голубоватого, посеребрённого снегом и сверкающими на ночном небе звездами света пробивались сквозь узкие щеки в гардинах в мою спальню, отбрасывая нежные блики, похожие на крошечных солнечных зайчиков, по стенам и потолку.
Как волшебный ночник, превращающий обычную комнату в бесконечную, завораживающую вселенную.
Мы лежали, тесно прижавшись друг другу, слушали дыхание друг друга, чувствовали, как бьются наши сердца...
И я с благоговением, даже с каким-то трепетом осознавала, что мы со Скаем сейчас как два фрагмента головоломки, идеально подходящие друг к другу. Каждый изгиб, каждая впадинка, каждая выемка - мы полностью заполняли друг друга, становясь одним целым. И это было одновременно и прекрасно, и немного страшно.
Почему страшно? Наверное, потому что даже мимолётная мысль о расставании доставляла неимоверную боль. Расставание, даже на короткое время, казалась сейчас потерей какой-то очень важной - жизненно важной! - части себя.
Очевидно, эти чувства испытывала не только я.
- Прямо с утра мы обвенчаемся, - прошептали его губы, и теплое дыхание нежно погладило мою щеку. - В Солвуде, насколько я видел, есть небольшой храм. И, наверное, это даже лучше, чем если бы мы обвенчались в столичном...
Радость вспыхнула в моей груди подобно взметнувшемуся пламени, заставив меня еще сильнее прижаться к любимому.
- Почему лучше?
Теплая ладонь Ская легла мне на спину, а нос уткнулся в шею. Я с наслаждением зарылась лицом в его волосы.
- Потому что в маленьких деревнях священники гораздо чище, искреннее. Они на самом деле верят, понимаешь? - Скай вздохнул. - В столице всё уже давно упирается исключительно в деньги и пафос. Веру превратили в фальшивое театральное представление. Но, если ты хочешь, мы можем повторить церемонию потом, когда я... - Он осекся.
Неужели он стесняется своего высокого происхождения?
- Когда ты станешь королём? - закончила я за него.
- Да, - Скай выдохнул с облегчением. В его голосе словно бы даже звучала радость, что кто-то произнес эти слова за него. - Первого числа Белоснежного Месяца, ровно в полночь, я стану совершеннолетним, и тогда никто и ничто не сможет помешать нам быть вместе.
- А как же твоя невеста? - мне было крайне неприятно заводить этот разговор, но я понимала, что он необходим. Между нами не должно было оставаться никаких тайн.
- Лилиан? - Скай оторвался от моей шеи и с улыбкой заглянул мне в глаза. - Это была не моя идея. Это был план дяди. На самом деле, я никогда не любил ее. По сути, я даже не знал ее... - Он на мгновение задумался, словно прислушиваясь к своим ощущениям. - Просто для монарших семей такие договорные браки, как бы, в порядке вещей. - Он смутился, потом торопливо добавил. - Так меня воспитали... Так я думал... до встречи с тобой. Понимаешь?
Я молча погладила его всклокоченные волосы.
- Ты заставила меня задуматься о многом, - продолжил Скай, и с каждым словом он говорил всё быстрее и быстрее. Казалось, в нём вот-вот прорвется плотина. - О своих чувствах, о правильности традиций, о несправедливости, о дружбе, о фальши... Да демон! - Последнее прозвучало, как треск и шипение взметнувшегося пламени. - Ты заставила меня пересмотреть всё. Все мои взгляды на мир, на любовь, на всё.
Я опустила глаза.
- И поэтому я не вернусь в столицу без кольца, - твердо прошептал Скай.
В его голосе было столько решимости, столько спокойной уверенности, что я впервые почувствовала то, что у нас принято называть "как за каменной стеной". Это были слова настоящего мужчины. Любящего мужчины. Мужчины, готового защищать меня до самого конца.
- Я тебя люблю, - это вырвалось у меня неосознанно, само собой.
- И еще, - Скай порывисто прижал меня к себе, словно боясь отпустить даже на секунду. - Я останусь тут на несколько дней. Вернусь во дворец лишь накануне своего дня рождения, чтобы подготовиться к вступлению на престол. Не хочу оставлять тебя одну... - На мгновение в его голосе промелькнул страх.
- Что ты имеешь в виду? - я вопросительно посмотрела на него.
- Не думай об этом, - Скай ушел от ответа. - Просто я побуду с тобой. И с детьми. Подготовимся к празднику, украсим дом, закупим подарки. А накануне я коротко съезжу в столицу, улажу кое-какие дела и к полночи вернусь. - Его улыбка блеснула в темноте.
Мне очень хотелось узнать, что его тревожит. Но я понимала, что этот разговор Скаю неприятен, и потому решила не продолжать.
Потом... В подходящий момент.
- Хорошо, - прошептала, положив голову ему на плечо. Закрыла глаза.
Дыхание Ская выровнялось, грудь вздымалась и опускалась мерно, спокойно. И, слушая его дыхание, походившее на колыбельную, я мягко погрузилась в светлый, пронизанный мириадами звезд и наполненный звоном тысячи серебряных колокольчиков сон. Сон, приближающий меня к светлому, счастливому будущему...
***
- Властью, данной мне Создателем...
Тихий, бархатный голос невысокого, пожилого, сухонького священника в белом, пусть потертом, но празднично расшитом балахоне, гулко отдавался от светлых, каменных стен храма и растворялся где-то под куполом.
Я не слушала отдельные слова, которые он говорил нараспев. Для меня они звучали какой-то волшебной, завораживающей песней. Заклинанием, погружающим меня в приятный, почти божественный транс.
Может, так и должно быть? Когда храм настоящий, а церемония истинная?
Мы стояли у небольшого алтаря, украшенного белыми и розовыми цветами - и откуда они зимой?
На мне было очень простенькое, длинное, белое, льняное платье с розовым, полотняным ремешком. Но оно казалось мне прекраснее любых кружев и атласа, а незамысловатая вышивка, украшавшая полукруглый воротничок - изысканнее всех драгоценных камней мира.
- Согласна ли ты, Джейн Лоусон, взять в законные мужья Фердинанда Ская Ливрея? Быть ему любящей женой, поддерживать и в горе, и в радости? Делить с ним тревоги и заботы, радость и счастье? Стать его второй половинкой?
Моё "Да!" прозвучало тихо, но так отчётливо, что, казалось, стены храма завибрировали от переполнявших меня чувств.
- А ты, Фердинанд Скай Ливрей? Согласен ли ты взять в жены Джейн Лоусон? Заботиться о ней, поддерживать и в горе, и в радости? И любить ее, пока смерть не разлучит вас.
- Да! - Скай с невероятной нежностью посмотрел на меня.
- Тогда, - сухонький старичок улыбнулся так довольно, так счастливо, словно это была его заслуга, что мы стоим тут. - Властью, данной мне Создателем, объявляю вас мужем и женой. - Он кивнул Скаю. - Наденьте невесте кольцо.
Да, у нас были кольца! По дороге в храм мы заехали к кузнецу, и он переплавил золотой медальон, принадлежавший матери Ская, который он все эти годы бережно хранил.
- Я думаю, мама была бы счастлива, - улыбнулся Скай, в ответ на мои робкие попытки запротестовать. - Теперь ее медальон свяжет тебя с моей семьёй. И свяжет нас.
Когда кольца были готовы, Скай зачаровал их, превратив в обручальные.
- Обычно это делают ювелиры-чародей, но ведь я дипломированный артефактор, - с гордостью пояснил он.
  
И теперь, оказавшись на моём безымянном пальце, это колечко на мгновение вспыхнуло золотыми искорками, а потом точно срослось с моим пальцем. И то же самое произошло с кольцом Ская.
- Теперь никому не под силу разлучить нас, - прошептал он.
- Можете поцеловать невесту!
  
Глава 52
 
- Джейн Лоусон, говоришь? - Редьярд оторвал взгляд от последнего листка и аккуратным, почти изящным движением положил его на стопку уже прочитанных. Задумчиво поцокал языком. - Чтож, интересная... особа. - Он вопросительно взглянул на Мартина. - Так значит мой племянник там ошивался всё это время? И это она та самая, из-за которой его брак с Лилиан находится под угрозой?