Хозяйка усадьбы "Детское счастье" (СИ)

Последнее он выплюнул с такой ядовитой издевкой, что меня передернуло. От отвращения, от гнева, от презрения.
Я вскинула руки, уперлась ими в широкую грудь парня и снова попыталась закричать, но сильная ладонь еще крепче сдавила мой рот и грубо вжала мою голову в стену. Затылок заныл от боли. Тело рефлекторно задергалось, а зубы отчаянно впились в то, до чего смогли дотянуться.
  
- Аааа, стерва!
Рука отпустила меня, а во рту начал расплываться солоноватый привкус.
Кровь? Чья? Его или моя?
Но не успела я додумать эту мысль до конца, как мою скулу обожгло, и потом всё лицо пронзило острой болью. Голова мотнулась в сторону, и затылок снова впечатался в стену.
В глазах потемнело, колени стали ватными.
Он что, ударил меня? Недоумение боролось с отчаянием, а неверие всё еще не желало сдавать позиции неизбежности, дергаясь в предсмертных судорогах.
По щеке потекло что-то теплое. А я принялась медленно сползать по стенке на пол. В голове продолжала выть сирена страха. Уже не только за меня, но и за детей, которые в любой момент могли спуститься, услышав странный шум.
Что он с ними сделает? Ведь этот человек явно безумен!
Сильные руки грубо схватили меня за плечи и рывком подняли на ноги.
- Чего ты хочешь? - словно издалека я услышала свой голос. - Детей не тронь только. Пожалуйста.
- Чего я хочу? - сиплый голос расхохотался, и от этого смеха мои волосы встали дыбом. Это был смех сумасшедшего. - Или чего я хотел? Изначально я хотел жениться на тебе! - Парень как следует тряхнул моё обмякшее в его руках тело. - Я бы сделал для тебя всё! Я готов был... кинуть всё к твоим ногам! - Руки еще раз тряхнули меня. - Но тогда я не знал, кто ты. Или, скорее, что ты.
- Отпусти, - сделав над собой нечеловеческое усилие, прошептала я. - Дай мне всё объяснить.
От удара по скуле и постоянной тряски меня нещадно мутило, но я должна была попытаться привести этого безумца в чувства. Силой я с ним не справлюсь. Надо попытаться убедить его отпустить меня.
- Хватит объяснений! - взорвался Мартин, и по взметнувшимся языкам пламени в его темных глазах я поняла - это всё. Мне до него не достучаться. - Идём!
Мужские руки вновь сжали мои плечи, как следует тряхнули, и я почувствовала, как меня волокут в сторону кухни.
Моё тело судорожно задергалось, затрепыхалось, руки вскинулись к лицу мерзавца в попытки ударить, схватить, расцарапать. Адреналин бушевал в крови, заставляя ее бурлить подобно самой яростной горной речке. Я сопротивлялась, как сопротивляется утопающий, даже зная, что у него нет шансов, и он вот-вот утонет. Но тело словно отделилось от разума, и оно яростно билось, не желая сдаваться.
Не дождёшься. Не отдамся. Хоть убей меня.
Ярость затмевала глаза черной, зловонной пеленой... А мерзкие руки всё тащили и тащили меня вперед. Нога в туфельке зацепилась за дверной косяк, но Мартин резко дернул, и щиколотку пронзила жгучая боль.
Я застонала, но эта боль уже через мгновение сменилась другой. Такой ослепительной, что, казалось, у меня из лёгких разом выбило весь воздух. Время замедлилось, в ушах зазвенел странный гул, похожий на гул прибоя. Сильные руки парня швырнули меня на стол... Надо мной склонилось расплывающееся в сизом тумане лицо Мартина.
"Что? Всё?" - вспыхнуло в моём воспалённом мозгу.
В висках застучало, сознание стремительно уплывало...
С грохотом распахнулась входная дверь. Казалось, она едва не слетела с петель. Этот звук пробился даже сквозь окутавшую меня густую пелену. По коридору раздались тяжелые, торопливые шаги, и, внезапно, сжимающие меня тиски резко ослабли. Мартин отлетел назад, и я судорожно вдохнула, наполняя лёгкие недостающим кислородом и еще не до конца понимая, что произошло.
- Да я убью тебя, мразь! Отпусти ее!
Мои глаза, всё еще направленные в потолок, не видели говорящего, но слух мгновенно узнал этот голос. Голос, который я бы не спутала ни с чьим другим. Его голос.
Он пришел!
  
Глава 49
 
Тяжелый кулак Ская со всего маху впечатался в нос ошарашенного от неожиданности Мартина. Раздался противный, вызвавший в мне очередной приступ тошноты, хлюпающий треск.
Мартин отлетел к противоположной стене и захрипел, прижимая ладонь к лицу.
- Ты мне нос сломал, ублюдок! - он с яростью сплюнул на пол.
Но Скай не дал ему ни секунды, чтобы собраться с силами. Он метнулся к Мартину, и я услышала еще один удар. Потом еще один. Каждый удар сопровождался приглушенными, хриплыми стонами.
Всё еще оглушенная болью, я помотала головой, пытаясь рассеять плывущий перед глазами туман.
Удар. Стон. Хрип. Стук повалившегося на пол тела. Удар. Хрип.
Глаза стали видеть четче, а парализованные мысли постепенно начали шевелиться.
- Я тебя убью, мразь!
Скай повалился на Мартина и продолжал бить его кулаками по лицу. Мартин уже не сопротивлялся, лишь его голова моталась из стороны в сторону. А Скай, точно во сне, продолжал бить. Рваное дыхание и невидящий взгляд выдавали кипящую в нём ярость. Такую страшную, такую разрушительную, что я испуганно вздрогнула, и оцепенение разом спало, словно меня окатили ведром ледяной воды.
- Скай, нет! - я сорвалась с места и бросилась к нему.
Он же убьёт Мартина! Эта мысль ослепительно вспыхнула в моём усталом мозгу.
- Скай, остановись! Пожалуйста! Не надо!
Мной двигала вовсе не жалость к Мартину, а забота о Скае... Нельзя! Нельзя допустить, чтобы он совершил убийство! Не стоит Мартин этого груза!
В секунду я оказалась возле парней.
- Скай! - мои руки легли дрожащему от возбуждения парню на плечи. - Скай, пожалуйста...
Занесенный для следующего удара кулак застыл в воздухе.
Секунда... Вторая... Звенящая тишина повисла на кухне.
А потом парень резко дернулся, словно приходя в себя. Шумно выдохнул.
- Скай, оставь его, - я прижалась лбом к оголённой полоске шеи и крепко обхватила его руками. Прижалась. Вдохнула. От него пахло чем-то родным, сильным, надежным. - Всё. Хватит.
Мартин тихо застонал и пошевелил ногами.
Слава Богу, жив.
- Джейн, я... - Скай повернулся ко мне и порывисто сжал меня в объятиях.
- Ты тут, это главное, - выдохнула я.
Мы с трудом поднялись с пола. Скай пристально вгляделся мне в лицо, и его зимние глаза вновь вспыхнули гневом, когда он увидел рассеченную скулу.
- Подонок, - прошипел он, бережно проводя пальцами по ране.
Я слегка поморщилась от тянущей боли, но выдавила из себя улыбку.
- Заживёт, - прошептала, обхватив его руку и прижимая ее к здоровой щеке.
- Подожди, я сейчас.
Усадив меня на скамью, Скай медленно подошел к уже сидящему на полу Мартину. Несколько секунд смотрел на него с выражением такой неприкрытой брезгливости, словно он смотрел на мерзкого таракана. Потом решительно наклонился, схватил дернувшегося от страха парня за грудки, рывком поставил на ноги и потащил в коридор. До моих ушей донёсся приглушенный шорох вперемешку с глухим стуком - очевидно, парня шатало, и его тело то и дело впечатывалось в стену.
Скрипнула входная дверь, впуская в дом порыв холодного воздуха, обдавшего мои ноги.
- Вон! Убирайся!
Дверь еще раз стукнула, замок звонко щелкнул. Снег тихо заскрипел под неровными, неритмичными шагами. Скрежет калитки.
И тишина. Полная. Неестественная. Почти блаженная. Как сон. Я замерла в каком-то странном оцепенении.
Может, мне всё это лишь приснилось?
Однако торопливые шаги и возникшее в двери бледное лицо Ская вернули меня в реальность.
А еще через секунду со стороны лестницы раздались детские голоса, перемежаемые звонким голосом Пушка. По ступенькам застучали чьи-то быстрые ножки, и уже через несколько мгновений за спиной у Ская возникли бледные, испуганные мордашки.
  
- Что случилось?!
Баст прошмыгнул у Ская под мышкой и, сломя голову, бросился ко мне.
- Джейн, у тебя кровь!