Хозяйка усадьбы "Детское счастье" (СИ)

Пушок опешил, потом со стоном бухнулся на пол и замер в позе мучительно убиенного рака.
А парни, не обращая на котосова ни малейшего внимания, вновь повернулись друг к другу.
- Еще раз. Для особо упоротых, - голос Ская звучал тихо, но в нём сквозила холодная сталь. - Она выбрала меня. И она будет со мной.
- А твоя невеста в курсе твоих планов? - Мартин разразился оглушительным хохотом, в котором смешалось всё. И горечь, и ненависть, и злорадство. Казалось, еще немного, и он впадет в безумие.
  
- Что тут происходит?
Тихий, полный смятения голос заставил Ская вздрогнуть. Он резко обернулся и... по спине пополз мерзкий холодок.
В дверях стояла Джейн. С мертвенно бледного лица на него смотрели огромные, темные, полные растерянности и боли глаза.
- Это правда?..
  
Глава 39
 
- Это правда?..
Боже, пусть он скажет, что я ослышалась! Или что Мартин врет! Пожалуйста!!!
Скай молча смотрел на меня. И в его глазах... я увидела ответ.
- Это ведь… неправда?
Моё сердце всё еще цеплялось за призрачную надежду.
Скай сделал глубокий вдох.
- Джейн, пожалуйста, позволь мне всё объяснить...
Мне показалось, будто меня ударили под дых. Мир стал внезапно двухмерным, точно вырезанным из бумаги, краски поблекли. Звуки доносились словно издалека, из очень глубокого колодца. А ледяная, черная пустошь внутри меня разрослась до масштабов целого мира.
Еще одно предательство. Еще одно...
- Уходи, - прошептали мои губы.
Скай вздрогнул, бросился ко мне. Но я выставила перед собой руки.
- Уходи.
- Джейн, всё не так, как ты думаешь!
Прерывистое дыхание ледяным клинком лизнуло мою щеку, и я поморщилась. Потом вновь повернулась к смотрящему на меня с мольбой во взгляде Скаю и поразилась самой себе. Мне больше не было больно. Но то, что я испытывала, было в миллион раз страшнее. Мне показалось, что я мертва.
Я изо всех сил пыталась пробиться сквозь ледяную, плотную тьму, заполнившую меня до самых краёв, но у меня не получалось. Моё сознание опутал толстый, холодный кокон, заглушив всё чувства. Все, кроме одного. Кроме смертельной усталости.
- Джейн!!! - Скай уже кричал, но его голос словно звучал из другого мира. Лишь его отголоски призрачными щупальцами касались моего слуха.
- Уходи, - словно со стороны, услышала я свой голос. - И больше не надо приходить. Ничего не надо.
Зимние глаза еще несколько секунд с отчаянием смотрели на меня. Мне на мгновение показалось, что по радужке расходятся маленькие трещинки. Как по лопнувшему льду.
Потом парень медленно перевел взгляд на стоявшего позади Мартина.
- Теперь ты доволен? - хрипло выдавил он. Казалось, каждое слово причиняет ему невыносимое страдание. - Ты добился, чего хотел?
- Зато теперь она знает правду! - темные глаза Мартина горели лихорадочным, почти безумным огнём. - И поймёт, кто из нас ее по-настоящему любит. Уйди, тебе же ясно сказали! - На губах парня заиграла злорадная улыбка.
- Я уйду, - прошептал Скай. - Но, обещаю, я вернусь. И вернусь уже иначе. - Он вновь повернулся ко мне. - Я вернусь к тебе. Я всё решу и вернусь! И всё объясню. Я люблю тебя, слышишь? С первой секунды люблю!
Что-то кольнуло через толстый кокон. Больно кольнуло. Мои глаза наполнились слезами. Но на то, чтобы ответить или даже пошевелиться, меня уже не хватало.
- Вот! - Скай принялся лихорадочно рыться в карманах брюк. Пальцы его заметно дрожали, когда он протянул мне маленькую коробочку. - Пожалуйста, возьми. И носи ее, ладно? Прошу тебя! - Он вложил коробочку мне в руки.
Я машинально опустила ее в карман платья. У меня не было сил сопротивляться, возражать... Всё потом.
Усталость. Тяжелая, парализующая усталость - она придавила меня неподъёмной, свинцовой плитой.
Лицо парня чуть посветлело.
- Я вернусь! - его руки порывисто сжали мои ладони, и он стремительно покинул кухню.
До моих ушей донеслись торопливые, удаляющиеся шаги. Хлопнула входная дверь. Звонко заскрипел снег. Тихий щелк калитки. Глухой стук копыт. А потом тишина. Гробовая. Черная.
Он ушел. Он ушел... Почему он ушел?!
Я словно очнулась. Оцепенение, сковавшее меня, резко спало, обнажив оголённое, израненное сердце. И стало нестерпимо больно.
Он ушел!!!
- Джейн, так будет лучше. Я люблю тебя. И я позабочусь о тебе.
Голос Мартина заставил меня обернуться. Я изумлённо уставилась на него.
О чём он вообще?
- Я буду тебе самым лучшим мужем! - сильные мужские руки обняли меня, а губы парня принялись осыпать поцелуями моё лицо. - Я сделаю всё, чтобы ты была счастлива.
Что он творит?
Разуму, наконец, удалось пробиться сквозь боль предательства и потери, и внутри всколыхнулось жуткое, почти физическое отвращение.
- Оставь меня! - я резко оттолкнула Мартина, но он снова прижал меня к себе, продолжая целовать.
Похоже, он окончательно потерял рассудок!
- Вон отсюда!!! - заорала я и с силой замолотила кулаками по всему, до чего только могла дотянуться. Я не видела, куда бью. Я лишь хотела, чтобы он оставил меня в покое. - Убирайся!
Мой кулак врезался во что-то мягкое, теплое. И парень, ойкнув, отпустил меня. Я резко метнулась к двери и выбежала в коридор.
- Убирайся отсюда! Немедленно! - в моей голове, наконец, окончательно прояснилось. И, подлетев к входной двери, я резко распахнула ее. - Вон! И никогда не возвращайся!
Мартин несколько секунд молча смотрел на меня. Его грудь тяжело вздымалась, словно он только что пробежал марафон, а на щеке стремительно вспухало багровое пятно - очевидно, туда и угодил мой кулак.
- Ты еще передумаешь, - рвано выдохнул он. Потом резко помотал головой. Черные пряди упали ему на лицо, и от этого он выглядел еще более безумным.
- Вон, - тихо, но твердо повторила я.
Секунда. Еще одна. Время словно застыло. Даже ветер перестал завывать, замерев в тягостном, напряженном ожидании. А потом Мартин шумно выдохнул, чуть пошатываясь, словно он был пьян, пересек коридор и вышел на улицу. Я с грохотом захлопнула за ним дверь и привалилась к ней спиной.
За дверью заскрипел снег. Шаги удалялись.
Хлоп калитки. Стук копыт.
Ушел.
Я прислушалась. И в доме, и в саду царила тишина. И внезапно на меня навалилось чувство невыносимого одиночества и безысходности.
Как же больно!!!
Я тихо застонала, медленно сползла спиной по двери и опустилась на пол. А потом охватила руками колени и беззвучно зарыдала.
Я не знаю, сколько я так сидела и плакала. Время потеряло счет. Может, несколько минут. А, может, и час. Но, в конце концов, боль начала ослабевать. Мои плечи продолжали подрагивать, но слёз становилось всё меньше и меньше. Только голова нестерпимо болела, и мысли двигались со скоростью улитки.
Надо собраться. У меня обязательства. Дети. Дом. Веранда. Пушок...
- Джейн! - мурчащий голос моего последнего обязательства нежно прошелестел у меня прямо над ухом, и что-то мягкое, пушистое пощекотало мою щеку. - Нам надо серьёзно поговорить.
- Только не говори, что и ты хочешь жениться на мне, - устало пробормотала я. - На сегодня мне действительно достаточно...
  
Глава 40
 
Я медленно подняла голову, и меня пронзил шок. За окном было уже почти темно! Это же сколько времени я проревела? А веранда?!
- Пушок! - судорожно дернулась и попыталась встать, но едва не вскрикнула от боли, пронзившей затекшие ноги. - Что с гостями? Почему вы меня не...
- Потому что тебе необходимо было выплакаться, - совершенно спокойно перебил меня котосов. - Не волнуйся. Дети повесили на веранду табличку, что мы сегодня не работаем. Люди всё поймут.
  
- Пушочек... милый, - я сгребла полосатое чудо в охапку и нежно прижала к груди. - Спасибо. Я не знаю, что бы я без тебя делала.
- Да знаю я, - приглушенно раздалось откуда-то из недр пушистого меха. Потом оттуда высунулась лукавая мордочка. - Я самый лучший. И да, мне просто крайне срочно необходима моральная компенсация в виде жироприбавлятельных пирожков. У меня, знаешь ли, душевная травма! И понадобится много, очень много стараний и снадобий, чтобы ее залечить!