В пламени феникса (СИ)

— Это правда? — с улыбкой произнесла она. — Мне для счастья и вас бы хватило… Мои крошки выросли… Ты стал сильным и привлекательным мужчиной, Лоннивиан. А ты доченька, прекрасной яркой и невероятно красивой девушкой. Моя Симоника…
— Симоника? Ты знаешь мое имя? — удивилась я, как такое возможно?
— Не уверена… Но так я называла тебя, когда во сне укачивала свою плачущую малышку. Я могла прийти к тебе только во сне… — сказала мама, напевая так хорошо знакомую мне колыбельную. — Не знаю правда ли я перемещалась к тебе, Никочка… Но эти ночные посещения помогали мне не сойти с ума…
— Я помню её… — тихо проговорила я, прижимаясь к материнскому плечу в первый раз в жизни.
— Эта песня не очень известна даже среди эмилов. Я помню, ты мне её пела, приговаривая, что скоро мы с сестрой будем вместе… — прошептал брат, глядя на нас изумленными глазами. — Но как мы это можем помнить? Мы же были младенцами…
— Видимо, это опять же я виновата… Когда я поняла, что со мной скоро что-то сделают, лишат меня возможности видеть сына. Я очень захотела, чтобы вы меня запомнили… Именно тогда я произнесла сложнейший заговор которому научилась у прабабушки, тёмной колдуньи, — удивила нас мама, в нашей крови есть и тёмная!..
Теперь понятно, почему я смогла с первого прикосновения забрать колдовскую силу у Троник.
— Да в нашей крови есть и тёмная, но не все колдуньи плохие. Такой была ваша прапрабабушка, такой стала и ты доченька, — подтвердила мои мысли мама.
Ей на глазах становилось лучше, исчезали последствия безумия последних лет. Того ора, в котором она жила. Может, и хорошо, что её заперла во временной тюрьме Зилония. Думаю, что мама не смогла бы перенести разлуку с нами. Теперь перед нами сидела уверенная в себе молодая женщина, прекрасная блондинка с янтарными глазами.
Глава 14
леди Симоника Шахинская
Шохарские пещеры, королевство Эмилиания
Выйдя из пещеры, где долгие годы томилась в неволе наша мама, мы увидели удивленные лица своих спутников.
“Представляем вам друзья нашу маму! Герцогиню Нованию Шахинскую!” — обнимая её за плечи, мысленно проговорил Лонни.
“Маму?” — почти в голос спросили друзья брата.
“Да! Она провела долгие годы за этими стенами!” — ответила я, прижимаясь к теплому материнскому плечу.
“Хоть для меня это и было не больше чем один день, но вспоминать не хочется сколько я пропустила в ваших жизнях…” — тихо произнесла мама, которой также дали артефакт для мысленного разговора.
“Как же хочется уничтожить эту Зилонию!” — мрачно добавил брат.
“Уничтожим! Но сначала нам надо вызволить Его Величество Элеоновиана, и забрать глоттимирский камень. Так что идём дальше! — проговорила я, вглядываясь в окружающее пространство магическим зрением. — Нам сюда!” — показала небольшой проход, незаметный простому взгляду.
В этот раз мы шли совсем недолго. Проход был очень узким и низким, видимо, он был рассчитан на невысоких маленьких женщин. Нашим мужчинам идти по нему было совсем неудобно! О чём я поняла по эмоциям близнеца, который хотел быстрее выйди из этого маленького пространства. Впрочем, его желание скоро исполнилось, и мы вышли в большой зал с такими же камерами-пещерами, что и предыдущий, где нашли маму. Он был похож на предыдущий за одним лишь исключением, здесь был обитаем только один отсек, тот, где я ощущала Его Величество. Остальные же мини-пещеры были пусты и даже не закрыты тонкими перегородками.
“Что же мы на месте. Заходить будем так же мы с Лоннивианом, затем позовем тебя Саламен. Хочу проверить есть ли там твой отец”, — проговорила я, направляясь к темнице, где содержали бывшего монарха.
“Ники…” — услышала я взволнованный мамин голос.
“Мамочка, ты не переживай, там нам точно ничего не грозит. Да и душа Его Величества ждет нас”, — сказала я, обнимая родительницу.
Мне не верилось, что у меня наконец-то есть настоящая мама, которая беспокоится и волнуется обо мне!
“Мам, всё хорошо, я с Никой… Мы только объясним пленникам, что теперь они свободны… Выдадим артефакты… И сразу к тебе, — заверил матушку брат, целуя в щеку.
 
Положив руку на полупрозрачную поверхность разделяющей перегородки, я направила тёмную магию на уничтожение временного искажения. Когда открылся проход, мы с братом вошли в большую камеру. Сколько же здесь было эмилов. Много… То, что больше двадцати, это точно. А говорили, что с королем пропало именно семнадцать спутников. По все видимости их было больше. Поставив полог тишины, мы начали разговор с бывшим монархом.
— Приветствуем вас Ваше Величество! — с поклоном произнес Лоннивиан, я же присела в глубоком реверансе, хоть и смешно это, наверное, смотрелось в брюках.
— Позвольте нам прояснить ситуацию, Ваше Величество? — попыталась сказать я, но была остановлена королём.
— Предполагаю вы юная герцогиня Шаханская? А это ваш брат близнец Лоннивиан Шахинский? Все верно, леди Симоника? — удивил нас отец моего любимого.
— Да… Но как вы узнали? Вы же были вне времени? — спросила я.
— Но похитительница не учла коллективный разум сильнейших магов собранных в одном месте… Пусть мы были без движения, и почти не могли влиять на происходящее вокруг нас, да и в королевстве в целом, но… Мы перемещались мысленно, одной мыслеформой, и были в курсе всего что творила тёмная ведьма… — твердым голосом произнес Элеоновиан Карталский.
— Мы безумно рады вас видеть, дети. Надеюсь, матушку свою вы вовремя спасли? Тяжело ей было перенести разлуку с вами. Позовите её сюда, не стоит пока разлучаться вам даже на немного. Новании сейчас нужен просто зрительный контакт с вами, — проговорил подошедший к нам мужчина с почти полностью седыми волосами.
Мы с братом переглянулись, и Лоннивиан сходил за мамой.
— Папа! — бросилась к седому приближенному короля наша мама.
— Что? — удивились мы с братом.
— Я ваш дед со стороны матери герцог Оливиан Дарнецкий. И я так же мешал своей младшей дочери, вот и оказался не запланировано в компании лучшего друга и монарха, — объяснил мужчина, прижимая к себе нашу плачущую матушку. — И как вижу и память обо мне скорректировали… Раз меня не узнал собственный внук… — добавил он, вопросительно глядя на брата.
— Ваша Светлость…
— Вот только не надо меня настолько официально называть, — тихо проворчал наш дедушка.
— Кажется, я и правда не помню вас… Не понимаю… — рассуждал Лоннивиан, буравя его взглядом. — Но сейчас, когда мы нашли маму мои воспоминания меняются… Теперь я уже помню как любимый дед учил меня воинскому делу… Именно у вас с Ба я был счастлив в детстве… — с трудом вспоминал брат, подходя к старшему родственнику и обнимая его. — Ты жив…
— Что со мной будет… Не настолько я ещё и стар… — довольно проговорил дед, обнимая ещё и меня в придачу.
Вот так, то у меня никого родного, а тут брат, папа, мама, да и ещё и дедушка. Сердце мое было наполнено нежностью к вновь обретенным родственникам. Я точно знала, они меня будут любить несмотря ни на что. Теперь я не одна.
— Всё бы тебе Оливиан прибедняться. Стар он! Не выдумывай! Есть ещё морах в мораховницах! Мы ещё немало можем! Чтобы мы с Элеоновианом без тебя делали. Именно ты придумал фокус с единой мыслеформой. Так бы и застыли безвольными фигурами… — проговорил другой пожилой лорд, который подошел к нам, немного прихрамывая. — Позвольте и мне представиться, наши юные спасатели… Я маркиз Калемиан Литомский. Несказанно рад избавлению от плена нашей большой компании.
— Маркиз Калемиан Литомский… — почти прошептал брат, тут же расплываясь в довольной улыбке. — Там снаружи Салемиан… Он рвался узнать, не здесь ли вы? Сейчас я его приведу, — выходя за другом, предложил Лоннивиан.
 
— Салем!.. — простонал маркиз, прижимая к себе вошедшего сына которого в последний раз видел мальчишкой.
— Отец!.. Я верил, что ты тут, — услышали мы хриплый мужской голос.
— Что же предлагаю понемногу раздавать амулеты тишины. Пока за пределами этого помещения говорить вслух нельзя. Мы не хотим раньше времени оповещать Зилонию о том, что вы на свободе. Но проблема в том, что на всех не хватит артефактов… Мы не думали, что вас тут так много, — объяснила ситуацию я.