Калибр Личности 6 (СИ)
Сейчас Чак снова уединился в предоставленных ему апартаментах. Новорождённой душе нужно время привыкнуть к уже освоенным плетениям.
Последняя группа донесений касалась Грегори Граута. Друид-абсолют [7] в первый же день попросил перевести его из изолятора в подземный полигон Асклепия. Предок Граута сам не особо торопился в мир Солэнберг. Его больше интересовали события, случившиеся в стабильных кластерах Стены за двадцать пять лет его отсутствия.
Друид жадно вчитывался в новостные сводки и даже что-то заказал на Бирже Информации. Древние восстановили его учётную запись Первопроходца и прогресс по покорению этажей Стены.
Так и прошли первые три дня. Довлатов спал, Чак выстраивал базовые плетения, а Грегори вникал в реалии новой для него эпохи.
* * *
На четвёртый день к Асклепию снова пришёл Ву Конг. Две трети лечения его «духовного старения» остались позади.
— Спит? — с ходу спросил гость.
— Спит, — Асклепий кивнул напряжённо. — Сейчас Довлатов является почётным гостем Здравницы. Ни тебе, ни кому-то другому я не позволю ему навредить.
Ву Конг заглянул в глаза хозяину Здравницы.
— Благодарю, — Король произнёс то, чего Асклепий никак не ожидал услышать. — Общение с тобой, кентавром и тем целителем-гайдзином на многое открыло мне глаза… Три дня назад, когда Довлатов пробудил аспект, я впервые за десять тысяч лет увидел Имагана «Великого».
По телу Короля Обезьян прошла видимая глазу дрожь. Шерсть вздыбилась, хвост задёргался.
— … Царь-каннибал. Так его прозвали мы, зверолюди, — Ву Конг отвёл взгляд от Асклепия. — Шла эпоха гигантов. Крупные зверолюди поедали маленьких и средних. Имаган создал первое царство зверолюдей и стал его правителем-каннибалом. Мясные пиры, поедание проигравших на турнире… Мы с соратниками поклялись свергнуть власть Имагана, дабы жители Стены перестали сравнивать зверолюдей с дикими зверьми. У нас получилось это сделать. Я собственноручно убил Имагана «Великого», когда сам достиг ранга ишвар [9]. Так зародилось нынешнее Царство Зверолюдей. Мой аспект… Гигантизация… Появился, как способ выживания в ту эпоху.
Асклепий знал эту часть истории шестого этажа Стены. Десять тысяч лет назад зверолюди, освобождённые от тирании Имагана, поверили в Ву Конга, как в своего бога-хранителя. Тогда же Король Обезьян прорвался на ранг полубога [10] и провёл ряд реформ в Царстве. Первым и самым важным нововведением стал полный запрет на употребление в пищу разумных существ. Зверолюдей, демонов, эльфов — вообще всех разумных.
Вскоре Древние признали заслуги Ву Конга на поприще защиты интересов зверолюдей. Ему предложили роль хранителя шестого этажа Стены. Уже значительно позже появился стабильный кластер из миров, который и называется сейчас Царство Зверолюдей.
— Много чего случилось за последний месяц, — продолжил Ву Конг, с тоской смотря в окно. — Я умом пришёл в себя… Стал общаться с вами, увидел мир вокруг, Царство и своё правление новыми глазами… Признаю… Я превратился в правителя-тирана… Злом, с которым боролся десять тысяч лет назад. Мои апостолы ничем не лучше той свиты, что окружала Имагана.
— Понял, наконец? — Асклепий по-доброму улыбнулся. — Ву Конг, ты бог-хранитель зверолюдей, а не правитель «царства». Царь царствует, король хранит страну, император управляет государством. Но ты, я и другие хранители этажей Стены… Мы другие! Мы храним свои «народы», будь то дикари Библиотекаря, мои пациенты или твои зверолюди. Мы оберегаем паству от угроз извне, а не правим ею.
Король Обезьян, недовольно хмыкая, всё же улыбнулся.
— Согласен, — Царь молчал несколько секунд, продолжая смотреть в окно. — По всем пунктам, бог-целитель. Три дня назад, увидев Имагана… Страх, терзавший меня в прошлом… Я вдруг понял, что точно такими же глазами на меня теперь смотрит моя паства. МЕНЯ. Защитника зверолюдей боятся, как Царя-Каннибала в прошлом. Мой этаж и все мои миры Царства Зверолюдей вскоре ждут большие перемены.
Ву Конг заглянул в глаза Асклепия.
— Сегодня я пришёл к тебе не за лечением, бог-целитель. Я намерен отказаться от позиции монарха. Моих апостолов [9] и их кланы ждёт та же участь. Несогласным не будет места на моём этаже.
Асклепий удивлённо присвистнул от такой новости.
— Надо же! Шестой этаж Стены ждут большие перемены.
— И я буду рад советам, — Ву Конг коротко кивнул, смотря на хозяина Здравницы. — От союзника или, возможно, друга… После пережитого «добра» я ещё не определился, как к тебе, кентавру и тому гайдзину относиться. Вы мне больше не чужие, и я многим вам обязан.
— Обращайся, — Асклепий беззаботно пожал плечами. — Прелесть в том, что я бог медицины, а не какого-то народа. Нам с тобой нечего делить.
— Я это запомню, — хранитель Царства Зверолюдей ответил не то кивком, не то поклоном. В этом мимолётном жесте читалась бездна уважения к собеседнику. — Мне надо обдумать свои дальнейшие шаги. Асклепий… Я навещу тебя через несколько дней по календарю Стены.
* * *
Едва один гость ушёл, как на пороге резиденции Асклепия появился новый.
— Здарова, кожаный! — Механикус с довольной мордой помахал хозяину Здравницы всеми четырьмя руками. — Как дела?
— Он спит, — Асклепий сразу понял, зачем к нему пришёл кентавр. — И нет! Будить не буду. Про то, что у тебя нет никаких манер, каждая собака в Стене знает.
— Вот и хорошо. Пусть дрыхнет дальше, — цокая копытами, техномант огляделся, проверяя, заперты ли двери. — Я пришёл сказать спасибо… «Спасибо», в общем. Я тут вспомнил, сколько тебе пришлось меня терпеть, когда я на мир смотрел сквозь призму «доброты». Стыдно стало.
Асклепий закатил глаза.
— У тебя нет чувства стыда, Механикус! Кому ты лапшу на уши вешаешь?
— Появилось, — кентавр по-человечески пожал плечами. — У меня после той драки во сне с Довлатовым много чего появилось. Ты, кожаный… В смысле, живой… Признаться, я не понимал все эти годы, как ты мыслишь. Страхи, воспоминания об Эпионе, переживания за пациентов. Но теперь дошло… Сложно объяснить на тебе. Давай я лучше на себе.
Бог-целитель усмехнулся. Ещё одного пациента Довлатова «накрыло».
— Говори.
— Три дня назад, — Кентавр слово в слово повторил слова Ву Конга, — я, когда увидел Синейшу, ощутил тот самый страх смерти… Сначала сам не понял, что это такое. Меня прям встряхнуло. По синтетическим мышцам заряд статического тока прошёлся. Раньше я рассматривал наше с ней противостояние, как столкновение идеологий разных Общин Механоидов. Теперь… Короче, я понял, что она другая… Она, как я… Новый я, конкретно. То есть мыслит, чего-то хочет, испытывает эмоции и втихаря наращивает силы. Я зашёл сказать, что меня какое-то время не будет. Я выкупил у Древних контракты на освоение трёх миров. Теперь, когда я понимаю, что задумала Синейша, я хочу быть готовым к грядущей битве.
— Ну хоть предупредил, — Асклепий пожал плечами. — В твоём случае это уже прогресс. Удачи!
В следующую секунду Механикус исчез во вспышке телепортации. Друг не просил помощи, но поступил именно что, как друг — сказал, куда идёт и как бы попросил «не волноваться». В случае полубога [10] механоида это не просто прогресс… Это всё равно что перемахнуть одним шагом через пропасть, разделяющую мышление «кожаных» и живых машин.
Догадка, пролетевшая в голове Асклепия, на первый взгляд казалась притянутой за уши. Но чем больше бог-целитель о ней думал, тем правдоподобней она ему казалось.
[Вполне возможно, что аспект у Довлатова — это следующий этап в лечении даром рода? Встреча лицом к лицу с тем, чего пациент искренне боится.]
Бог-целитель примерил мысль на себе… По спине забегали мурашки, но Асклепию теперь и самому захотелось в жизни перемен.
Глава 6
Выстраивая планы
Первые сутки после пробуждения аспекта