"Крестный" (СИ)

– Специально сходил в супермаркет, –крёстный достал из морозных недр сок, кусок мяса, сыр, лоток яиц и большой ананас.
Я даже оторопел, разглядывая все это разнообразие. Особенно мое воображение впечатлил ананас. Рядом с другими продуктами он смотрелся немного неуместно.
– А что ты будешь делать? – спросил робко, заставляя себя оставаться за столом, а не ринуться на помощь Ориону.
– Прости, но сегодня обойдемся обыкновенными отбивными в кляре с соком. Хорошо? – он добавил к продуктам на стойке еще и пакет муки из нижнего ящика. – Вообще-то мне бы хотелось побаловать тебя чем-нибудь оригинальным, но у нас не так много времени.
Мне уже не терпится попробовать что-то эдакое в его исполнения, но и то, что он делал сейчас, было для меня чем-то новым. Мать никогда не выдумывала что-то особенно в пище. Да, были жареные куски мяса, но никогда в каком-то кляре. Да и зачем там ананас?
В то время как я оторопело пытался что-то сообразить, Орион уже быстро смешал в миске муку и яйца, а теперь споро колотил маленьким молоточком по небольшим кускам мяса.
– А зачем ты хотел пойти по магазинам? – спросил я, не отрывая взгляда от его рук.
Меня завораживало, как умело он действовал этим молоточком, – так уверенно и спокойно. Обожаю в нем это спокойствие. – кажется, что Орион сможет защитить меня от всего на свете.
–Сначала я думал купить мебель в новый дом, – задумчиво ответил крёстный. – Но мне так удачно попался этот вариант, сразу с мебелью. Так что думаю просто купить немного одежды на первое время, и всякой нужной мелочи.
– Кстати! – оживился я. – А где все твои вещи? Ты же ничего с собой не привёз. Почему?
Орион посмотрел на меня с улыбкой и покачал головой:
– Какой любопытный.
Я несколько секунд обдумывал, не злится ли он на меня, но потом все-таки довольно кивнул:
– Конечно. Хочу знать про тебя всё-всё!
– Так уж и всё? – крёстный закончил с мясом и сейчас натирал на тёрке сыр.
– Ага, – я поерзал на стуле, подгибая под себя ноги, чтобы не мерзли так сильно.
Все-таки носки на мне слишком тонкие, а пол в столовой почему-то холодный, хоть и деревянный. У нас дома на кухне плитка, так вот та почти всегда ледяная, разве что на нее попадают солнечные лучи из окна и нагревают.
– Ну со временем ты обо мне действительно узнаешь всё, – загадочно улыбнулся Орион. – Просто не так скоро, малыш, хорошо?
– Ладно, – не скрывая досады, вздохнул я.
– Но если тебе так интересно… – крёстный отложил в сторону терку и взялся за ананас, отрезая большим острым ножом его верхушку и принимаясь его чистить.
Никогда раньше не видел, как чистят ананасы. После верхушки Орион отрезал противоположный край, который тут же отправился в мусорную корзину. А дальше он поставил его вертикально и стал срезать кожуру сверху вниз. Я во все глаза следил за процессом, даже позабыв на время о беседе.
– Натан, – позвал крёстный, отвлекаясь от своего занятия.
– А? – захлопал я глазами.
– Так ты хочешь узнать, где мои вещи или как?
– Да! Конечно хочу, – я усердно закивал, правда продолжал коситься на то, как он выковыривает черные точки из теперь уже ярко желтого плода с помощью какой-то железной штучки.
– Вообще-то, перед самым отъездом я купил во Франции домик в пригороде, – задумчиво произнес Орион, теперь уже нарезая ананас маленькими кусочками. – И перевёз все вещи туда. Подумал, что неплохо было бы иметь запасной аэродром, да?
– А… ну… да… – честно говоря, я совершенно не понял о чем он, но решил согласиться.
Собственный дом во Франции! Разве только это не круто?!
– Хочу пожить там некоторое время вместе с тобой, – крёстный лизнул липкий от ананасового сока палец, немного покривился и сунул руки под воду.
Как бы я ни обожал его, как бы ни любил всем сердцем и ни восторгался, но даже я посчитал его слова странными. Разве может он забрать меня из семьи и увезти с собой? Нет, я бы был только рад, я бы сам первый умолял его об этом! Но разве такое возможно?
– Я бы тоже хотел, – вздохнул грустно и обхватил себя руками.
 
Почему-то мне стало холодно. Может тут где-то кондиционер? Хотя не слышно гудения.
– Ну и почему нос опустил? – фыркнул Орион, доставая глубокую сковороду. – Если хочешь, то обязательно поедем.
– Разве родители разрешат? – я верю в него, я очень верю в него, но почему-то это все равно кажется мне невозможным.
– Не беспокойся, я заставлю их передумать и согласиться, – улыбнулся крёстный.
И, наверное, впервые его улыбка была холодной и угрожающей. Но ведь она не для меня, правда? Тогда почему же мне так не по себе?
Впрочем, этот инстинктивный страх быстро прошел, и я улыбнулся в ответ. Какая разница, ведь так? Главное, что он любит меня! Единственный во всем мире любит меня. Так плевать на всё, я просто хочу чувствовать его заботу.
Потом Орион брал кусочки ананаса, заворачивал их в тонкий лист мяса , обмакивал в сырно-тестовое месиво и выкладывал на шипящее масло. А я просто молча любовался, положив подбородок на сложенные руки. Мне было спокойно и легко. Сейчас есть я, и есть он. Сейчас он готовит только для меня, чего никогда не делала родная мать. Так что еще должно меня волновать?
Я чуть не заснул за таким медитативным занятием. Крёстный беседами меня не отвлекал, да и я не задавал лишних вопросов, поэтому прозевал момент, когда передо мной поставили тарелку и стакан с вишневым соком.
– Ты не спишь? – Орион погладил меня по голове, возвращая в реальность.
– Нет, – отозвался я, украдкой зевая в кулак и протирая глаза. – Но почти.
– Можем не идти никуда, – улыбнулся крёстный, присаживаясь рядом и вручая мне вилку. – Поешь пока, если ещё хочешь.
– Конечно хочу! – воскликнул я, с восторгом оглядывая горку золотистых кусочков на своей тарелке. – Ты же для меня готовил. Я очень хочу это попробовать!
– Пробуй, – кивнул Орион, погладив на этот раз по плечу.
Его прикосновения такие приятные. С каждым разом мне хочется всё больше и больше ощущать на себе его сильную ладонь. Если бы он гладил меня подольше, то я бы наверное разомлел как соседский кот Луис и переворачивался бы с бока на бок, подставляя всего себя под ласки. И не спрашивайте меня, кто додумался назвать кота Луисом, но его действительно так зовут!
Немного мечтательно кивнув, я все-таки подцепил на вилку кусочек поменьше и отправил в рот. Раскусив нежную мякоть тестовой оболочки и мяса, я почувствовал, как на язык брызнул кисло-сладкий сок ананаса.
– М-м-м, – замычал, расплываясь счастливой и довольной лыбой.
– Нравится? – удовлетворенно уточнил Орион.
Я тут же закивал, уверяя, что ничего вкуснее в своей жизни не пробовал.
– Это хорошо.
Обожаю! Обожаю этого мужчину! Мой крёстный – самый идеальный крёстный в мире.
А потом я доел, и мы все-таки собрались пройтись по бутикам в центральном торговом центре. Правда, я не сразу сообразил, что до сих пор одет в школьную форму, а по городу лучше гулять в другой одежде.
– Давай сначала позвоним твоему репетитору, – предложил Орион, засовывая бумажник в задний карман джинсов.
– Точно! Репетитор! – взволнованно закивал я.
Совсем забыл про мистера Терренса. Что впрочем и не удивительно – с Орионом я забываю про весь мир. Быстро достав мобильник, я нашел номер репетитора.
Мистер Терренс ответил не сразу, но, скорее всего, он сейчас с кем-то занимается. У него ведь не только я учусь.
– Bonjour, Nathan, – привычно поздоровался репетитор.
Он принципиально перестал говорить со мной на английском, после того как я немного усвоил начальный французский. Хотя также он мог ответить и по-итальянски. Это в его привычках – натаскивать меня постоянно.
– Здравствуйте, мистер Терренс. – старательно выговорил я на французском. – Я сегодня не смогу прийти, потому что у меня отравление. И завтра тоже, скорее всего.
– О, конечно, – сочувственно согласился репетитор. – Лечись. Здоровье очень важно.