"Крестный" (СИ)

– Да? – разочарованно протянул я.
Мне, наоборот , хотелось, чтобы он постоянно был рядом. Тогда мать бы и слова не посмела мне сказать, да и вообще, хочу греться в его тепле и заботе.
– Не волнуйся, – Орион улыбнулся, словно видел мои мысли насквозь, – мы будем проводить вместе очень много времени. Ведь я сюда приехал только ради тебя, Натан. Ты же знаешь, что ты единственный кто мне дорог.
Да. Я единственный. Я тоже центр его мира. Хотелось успокаивать себя этим вновь и вновь. У Ориона нет ни жены, ни детей. А все свое время он хочет посвятить мне. Крёстный сам часто говорил это. Значит, мне не следует беспокоиться.
– Хорошо, – кивнул я как послушный мальчик.
Ну а потом он просто поймал такси, и мы поехали в лучшую гостиницу. Там Орион быстро о чем-то договорился с администратором и оставил свою сумку в номере. В очень хорошем номере, как я отметил. Хотя я уже давно не сомневался, что мой крёстный очень богат. Он так легко дарил мне дорогие подарки, да и оплачивал школу и не только.
– Ладно, – произнес Орион, оглядываясь по сторонам, когда мы уже вышли из гостиницы. – Дом я потом сам поищу, а пока мы вместе, давай лучше куда-нибудь сходим.
– Давай! – с восторгом отозвался я, вновь цепляясь за его руку.
И мы пошли. Вначале в парк аттракционов, где перепробовали все-все. Еще я ел сладкую вату и попкорн так, что у меня потом все лицо было сладкое и липкое. Орион только смотрел и улыбался немного странно, но совсем не отчитывал как мать. Затем мы зашли в кафе, потому что я проголодался.
Почему-то все считают, что дети любят лишь колу, картошку фри и сладости. Но это не так. Моего самосознания хватало на то, чтобы понять одну вещь: питаясь так, очень скоро можно стать похожим на Тревора, моего жирного одноклассника. Так что я с удовольствием съел овощной салат и кусок печеной курицы.
– Я очень люблю морепродукты, – рассказывал Орион, пока я старательно пережевывал свою порцию. – Креветки, мидий, кальмаров. Еще очень нравится итальянская кухня и французская. Потом мы как-нибудь съездим в Париж, и я свожу тебя в одно замечательное место. Тебе понравится.
Я только хлопал глазами и не мог себе представить, что такое когда-нибудь случится. Но в любом случае я верил крёстному. Сомнительно, конечно, что родители разрешат мне куда-то поехать, но, уверен, Орион способен придумать что угодно. С тех пор как начал учить иностранные языки, я мечтал повидать мир. Уехать куда-нибудь далеко-далеко, где не будет тупых одноклассников и равнодушных родителей, а только Орион, я и весь мир для нас.
– Что у тебя завтра со школой? – спросил крёстный, когда мы вышли из кафе и просто неторопливо брели вдоль улицы.
– Ну, занятия как обычно, – вздохнул я, – до обеда, а потом свободен. Правда, в пять еще плавание, а в семь – языки.
– Значит, ты освободишься только к девяти? – удивился крёстный и слегка нахмурился.
– Но я могу не пойти! – тут же откликнулся я.
Мне хотелось проводить с ним как можно больше времени. А что по сравнению с этим жалкие занятия, плавание и языки? Совсем ничего!
– Не надо прогуливать, – покачал головой Орион и улыбнулся. – Иди на свои занятия, а я займу этот день обустройством. Давай лучше я заберу тебя после основных занятий, и до пяти мы походим по магазинам. Или ты не любишь шопинг?
– Люблю, конечно люблю, – замотал я головой, чтобы он не вздумал передумать.
С Орионом я готов был любить всё что угодно. Но впрочем, магазины и без этого оставались для меня чем-то прекрасным и восхитительным. Наверное, потому, что раньше мать никогда не покупала мне желаемое, да и вообще нечасто водила в торговые центры.
– Вот и договорились, давай я запишу адрес твоей школы, чтобы знать куда подъехать, – крёстный повел меня к скамейке, что располагалась неподалеку.
Здесь, в центре города, можно было найти много парковых зон, фонтанчиков со скамейками и других мест для отдыха. Ну и, конечно же, бесчисленное множество магазинов и торговых центров. Справа стоял фургончик-мороженица, возле которого бегали озорные малыши.
 
Взгляд сам собой устремился туда, а рот наполнился слюной от воображаемого вкуса шоколадного мороженого. Такого на рожке с подливкой тоффи и посыпанного мелкими орешками.
– Последний урок заканчивается в двенадцать, – пояснил я, пока Орион скрупулезно заносил адрес школы в мобильный телефон, – я буду ждать возле самого входа, если вдруг ты не успеешь.
– Успею, – уверенно кивнул крёстный. – Я же не могу допустить, чтобы ты ждал. – А потом вдруг ошарашил: – Хочешь мороженого?
– Ага, – только и выдохнул я, сверкая счастливыми глазами.
Вроде и наелся в кафе, но отчего-то так сильно захотелось сладкого, что сдержаться просто не было сил.
– Пойдем, – Орион насмешливо щелкнул меня по носу и потащил к фургончику.
Там мне был предоставлен выбор, и я долго сомневался: брать шоколадное или же фисташковое. В конце концов, крёстный купил оба. Мы уселись на лавочку и с удовольствием ели их вместе, часто меняясь и выхватывая мороженое друг у друга. Ни с кем и никогда я так не дурачился. Это было незабываемо – один из тех моментов, что я хотел бы сохранить в своей памяти навсегда.
– Хочешь шарик, Натан? – спросил Орион, с улыбкой наблюдая за возящейся рядом малышней.
– Эй! Я же уже не ребенок! – возмутился я, тоже оглядываясь на девчонку с кучей воздушных шаров в руках.
Шарик хотелось, даже очень.
– Правда? – крёстный издал смешок, протянул руку и стер что-то с моего носа.
Оказалось, капельки мороженого.
– Ага, – мне ничего не оставалось, как покраснеть и отвести взгляд.
Вот ведь свинья. Не мог есть аккуратнее. Орион задумчиво облизал липкий палец, которым недавно тер мой нос.
– Это очень хорошо, Натан, – загадочно улыбнулся он. – Я очень долго ждал этого.
– Почему? – с любопытством спросил я, хлопая глазами.
– Чуть позже узнаешь, бесенок, – подмигнул Орион, взял меня за руку и потянул к продавщице шариков.
Домой я был отправлен на такси, с кучей воздушных шаров в руке, накормленный по самое не могу и счастливый без меры.
ГЛАВА 3
Только вот там мое фееричное настроение моментально опустилось до отрицательной отметки.
– Что это? – сразу же спросила она, с тревогой уставившись на мои шарики.
– Орион подарил, – радостно ответил я, любуясь, как шары бестолково тычутся в низкий потолок гостиной.
Пожалуй, привяжу их к кровати и буду как в том мультике, где старикашка путешествовал в домике на шарах. Я даже хихикнул, представляя себе, как моя кровать взмывает вверх. Только вот мать живо вернула меня в реальность:
– Что? Орион здесь?
Ох, я так испугался этого визгливого вскрика. Такое ощущение, что что-то горит. И чего она так истерит?
– Ну да. Приехал сегодня, – недоуменно пожал я плечами.
Разве Орион не сообщил ей? И что тут такого? Я как-то упустил из виду то, что не говорил об этом, да и некогда было, если честно. Все время мандражировал о том, как себя вести с крестным, чтобы он не разочаровался во мне.
Мать побледнела и судорожно ухватилась за диван.
– Альберт! – выкрикнула она. – Альберт!
Отец появился не сразу. Он подошёл, не отрывая взгляда от очередных банковских сводок, и очки на его переносице укоризненно поблескивали, словно призывая не отвлекать от очень важных дел.
– Альберт, Орион приехал, – выдала мать.
Теперь и отец обеспокоенно завертел головой, откинув в сторону свои листы. На моей памяти такое не происходило ни разу, так что я и сам заволновался. Да что происходит? Что такого в том, что приехал крестный?
– Где он? – спросил отец, но немного успокоился, не заметив рядом никого, кроме нас.
– В городе, – тяжело выдохнула мать, хватаясь за сердце. – Вот с этим встречался.
И тут она ткнула в меня пальцем. Вот с этим? Я для них «этот»?
Конечно, я уже давно не питаю иллюзий, но стало так обидно, что родная мать меня даже за человека не считает. На глаза навернулись слезы, было чертовски больно.