Триада Крис. Хроники одного задания (СИ)

— Как тот, что произошёл пятьдесят лет назад, — подтвердил Оракул. — Источник резко потерял часть силы именно в тот момент, когда произошла знаковая битва под предводительством вашего отца, Риарон, и при участии легендарного асгедца. Победа далась не только ценой потерь лучших Полуночных Стражей, других славных воинов, но и ослабила наш источник. Маг—дракон щедро использовал нашу магию, черпая напрямую из Источника. Разрушитель миров… Но не факт, что без его помощи наш мир не поглотили бы исчадия Хаоса.
— И продолжает терять. В первую очередь ослабление Источника коснулось Хранителей, — продолжил император. — Если и дальше так продолжится, то раса Хранителей исчезнет первой, а за ними и другие расы начнут терять себя. Вы знаете законы магии: чем слабее магия, тем слабее наши способности. Может наступить момент, что наш мир станет немагическим. И больше не будут в небе парить драконы, по земле ползать наги, и магов не останется.
— Как быс—с—стро это проис—с—сойдёт? — просвистел ошарашенный новостью наг.
Младший дракон притих и во все глаза смотрел на отца, боясь пропустить хоть одно слово из страшного рассказа.
Оракул вздохнул, беря продолжение разговора на себя.
— Чтобы в нашем племени произошли существенные изменения, потребовалось всего тридцать лет. Но поняли мы, что ослабление Источника влияет на нас менее, чем через двадцать пять лет после последней битвы.
— Конечно, мы не сидели, сложа руки. Тем более Танг—Вео, чувствуя ответственность перед нашим миром, предложил решение: провести повторный ритуал, внеся в него некоторые изменения, и призвать Созидательницу. Он дал свою кровь для ритуала и вплёл призыв.
— Но двадцать пять лет назад никто не появился! — воскликнул Риарон. — Так говорится в книгах!
— Ритуал прошёл, как нужно, но в круге призыва действительно никто не появился, — согласился Азарвил. — До следующего ритуала должно было пройти ещё двадцать пять лет. Мы так и планировали, но накануне мне было видение: Созидательница сама найдёт путь ко мне после ритуала призыва, проведённого магами. Только после этого я узнаю её.
— Маги призвали Алину, — растерянно произнёс Риарон. — Но какая из неё Созидательница?!
— Алину привела Киария… То есть, Алина пришла с Созидательницей? — Сай подскочил со своего камня. Догадка озарила его. Наг нервно подёргал себя за косичку у виска. — Киарии двадцать пять лет. У неё нет никого из родных, кроме удочерившего её племени Каменных ящеров!
— И она особенный маг, таких в Дартуаре больше нет! — возбуждённо подпрыгнул Риарон, в запале бросаясь обнимать друга. — Это Киария, Сай!!!
Император уставился на Оракула в поиске подтверждения выводов младшего поколения.
— Уверен, что так и есть. Её магия жизни ощущается по—особенному, — убеждённо ответил Азарвил.
Драг-Арон—старший задумался, вглядываясь в зев пещеры. Он не единожды видел юную магиссу у себя в замке. Та приезжала погостить на каникулы вместе с младшим сыном. И ни разу проницательный дракон не заподозрил в ней потерянную Созидательницу. На душе отца вдруг стало тревожно за Эйгарона. Молодой мужчина странно себя вёл рядом с девчонкой, терял контроль и вот сейчас ослушался…
Не хватало, чтобы он помешал проведению ритуала, каким бы он ни был. Асгедец не делился так далеко идущими планами. Скупо пояснил, что прежде требуется наличие самой женщины. А потом понадобится некоторое время, прежде чем она выполнит свою миссию.
— Асгедец же не ритуал прошёл проводить? — спохватился император. — И что это за синеволосый труп?
Оракул только плечами пожал и вдруг поднял свои хвосты, замирая на месте и прислушиваясь.
— Я чувствую прилив магии!
 Глава 25. Цесси означает цессария 
— Лейер Танг-Вео, что вы собираетесь делать с Киарией? — голос Эйгарона звенел от напряжения, то и дело срываясь на рычание. — Зачем вы несёте её к Источнику?
Молодой дракон крепко прижимал к груди девушку, не осознавая, с какой силой сжимает её тело. Была бы Киария в сознании, то почувствовала бы силу смертоносных объятий декана.
 
Сзади плеча Эйгарона легко коснулся Альфа, привлекая внимание. Дракон от неожиданности отпрыгнул к стене пещеры, прикрывая спину, словно почувствовал в лисавце угрозу, и предупреждающе зашипел.
Альфа поднял руки, отрицательно покачивая головой. Угрозы он не представлял.
— Лейер Драг-Арон, вы должны довериться мне. Я объясню каждый свой шаг, но поторопимся, у девушки мало времени, — тихим голосом попросил асгедец, таким тихим, что дракону пришлось сосредоточиться на нем и прислушаться.
Сказав это, Танг—Вео не остался стоять на месте, первым углубился внутрь пещеры, мысленно уговаривая Эйгарона поступить благоразумно. На уговоры времени не было. И тот не подвёл, пересилил собственные инстинкты, кричавшие ему никому не отдавать Киарию. А ещё лучше спрятать в укромном месте так, чтобы ни одно существо не могло добраться до неё. Дракон нашёптывал, что все эти мерзкие самцы хотят отобрать у него его ценность! Они уже навредили ей. И только Эйгарон сможет защитить самочку! Драг-Арон даже головой встряхнул, чтобы избавить от голоса, звучащего в его мыслях. Помогло слабо.
Тем временем проход в пещере резко обрывался.
Асгедец остановился у края глубокого, широкого колодца, со дна которого поднималось голубоватое сияние, призрачным светом освещая неровности каменных стен пещеры.
Вперёд вышел Хранитель. Аргавил достал из скрытого кармана небольшой белый кисет, засунул в него руку. Нашёптывая под нос слова заклинания, мужчина широко взмахнул рукой, рассыпая горсть золотистого песка. Песчинки светящейся дугой взмыли вверх, на несколько секунд озаряя солнечным светом глубокий колодец, а после сложились в плотное золотисто мерцающее облако, подплывшее к краю провала.
Альфа первым вступил на невесомую платформу и приглашающе махнул рукой драконам. Вторым взошёл асгедец.
Эйгарон ещё раз тревожно взглянул на бледное лицо Киарии и шагнул, словно прыгнул с обрыва, отсекая себе путь к бегству.
— Клянётесь, что не причините Киарии вред? — строго спросил он, хмуро вглядываясь в глаза асгедца. И словно кто его под дых ударил. Глаза дракона были того же оттенка, что у девушки. Эйгарон не делал никаких умозаключений на этот счёт, но остро ощутил потребность посмотреть хотя бы ещё раз в бирюзовые глаза Киарии и увидеть в них своё отражение.
— Клянусь силой магии, данной мне при рождении, — немедля произнёс асгедец. — Эта девушка обязана жить! И мы ей в этом поможем.
Магический спуск не занял много времени. Мужчины оказались сразу возле большого неровного, но плоского обрубленного сверху камня высотой в три локтя. Камень слегка мерцал голубым, не слепя пришельцев.
Танг—Вео первым аккуратно положил синеволосого парня на камень и сказал Эйгарону:
— Лейер, положите девушку рядом.
— Что это за тип? Я никогда его раньше не видел, — Эйгарон медлил, ревниво поглядывая на неподвижного паренька. С момента его обнаружения в комнате тот стал выглядеть ещё хуже. Тело словно ссыхалось на глазах.
Асгедец пояснил сразу:
— В моём мире их называют Муроками. Думаю, его перенесло сюда во время ритуала призыва, который проводили маги. Вы ранее могли видеть его в другой форме. Муроки обычно находят себе хозяина среди детей с большим магическим потенциалом. Вместе с ним растут, поглощая излишки магии. Это очень удобно. Дети ведь не контролируют спонтанные выбросы. Напитавшись достаточно, со временем Муроки становятся незаменимыми помощниками. Эти магические создания способны принимать любую форму и менять размер по собственному усмотрению. Они разумны. А сейчас этот Мурок умирает вместе со своей хозяйкой. Она вытягивает из него магию, чтобы удержаться по эту сторону Грани.
Объяснение дракона было полным, но породило массу новых вопросов. Но все они подождут! На кону жизнь Киарии!
Эйгарон решительно подошёл к алтарному камню и бережно опустил на него лёгкое тело. Задержался немного, оправляя подол платья на длинных ногах девушки, и уточнил у Танг—Вео: