Семеро. Том 1

— Мир живёт, но словно сторонится нас, — напряжённо говорила девушка. — Некоторые следы совсем свежие, даже часа не прошло, как тут кто-то пробежал. Но никого не видно. Нюх? Зрение? Слух? Я не могу понять, как они нас так спокойно засекают.
— А в данный момент это имеет какой-то практический смысл? — уточнил Одиннадцатый, который шёл рядом с девушкой и говорил довольно тихо, помня, как работают её имплантаты. — Зверь не мешает нам продолжать двигаться дальше, так что не стоит переживать на этот счёт. Но вот лучше на другие следы смотреть… помни, где-то на планете есть враг, который уничтожил три космических корабля и повредил наш, из-за чего и началась эта миссия. И я не думаю, что они ждут где-то в сторонке. Просто пока не поняли, в каком именно квадрате мы упали. Это даёт нам фору, но не особо большую. За эти дни мы обязаны найти всех выживших, а потом начать стягивать капсулы к нашему лагерю. Причём капсулы стягивать все.
— Я это всё прекрасно понимаю, — кивнула девушка. — Но лучше понимать сроки, в которые мы должны уложиться. Сейчас… двое суток. Нечего даже рассчитывать на сутки. Не успеем чисто физически. А дальше? Останется две капсулы. Одна на западе, за рекой, другая на юге, примерно в тридцати километрах от нашего лагеря. А это много. Тоже двое суток. А как перебраться через бурную реку… я пока не понимаю.
— Дело времени, — пожал плечами Яр. — Разбираться с проблемами нужно по мере их поступления. Если я всё правильно понял из досье, то муж Юмико — инженер. Он поможет решить эту проблему. А Джон, который сейчас у нас на пути… скажем так, тяжёлый боец, который как раз будет полезен в обороне. Не останемся без прикрытия базы гарантированно, если будут какие-то вылазки. Но… чтобы делать вылазки, нужно обеспечить тыл. Так что после того, как вытащим всех колонистов, соберём все капсулы, нужно будет плотно заняться базой.
— А вот это уже звучит как план, — улыбнулась девушка. — Но всё равно стоит торопиться. Не забывай про смертность на космическом корабле.
— На что-то мы не в силах повлиять, — дёрнул плечами Яр. — Жаль тех, кто погибнет, но мы не в силах сделать большего, чем способны сделать. Мы люди, хоть и усиленные в тех или иных направлениях. Но мы не всесильны, чтобы решить проблему сразу.
— Золотые слова, — с толикой грусти ответила девушка. — Если бы все командиры понимали эту истину… то бессмысленных потерь во всех войнах было бы меньше.
— Если бы все понимали эту истину, то войн вообще бы не было.
Последнее Яр сказал мрачно. Он воспитывался Хранителем, а у того была одна базовая установка — человечество должно быть едино. И не только в плане государственном, но и во всех остальных. У него должна быть общая цель, общее правительство, общая история.
Вот только это было словно страхом Хранителя, древнего искусственного интеллекта. Словно тот знал что-то, что не знали остальные. Возможно, кто-то из Завета знает истинные причины страха, но никто из элитной структуры не отправился покорять новую планету, а остался на Земле, как страж порядка и голос воли Хранителя. Или его левая рука.
Когда светило перевалило за зенит, они дошли до требуемой точки. Внутри лежал человек, вот только капсула не хотела отзываться на команды извне, а если не разбудить оператора до вскрытия, то он может вообще не проснуться.
— И что будем делать? — уточнила девушка, присев на одно из поваленных деревьев, которые остались после приземления капсулы.
— Можно попробовать создать лёгкую разгерметизацию, — подумав с минуту, ответил Яр. — Пока Элеонора молчит, хотя связь есть, можно попробовать таким искусственным путём заставить систему капсулы отреагировать и привести человека в чувство. Ведь пока он содержится в условном стазисе, его даже выстрел из пушки не разбудит.
— Куда стрелять, я примерно понимаю, — прищурилась на миг девушка, приложив два пальца к шлему в районе виска. — Но это чревато внутренними травмами оператора. Я видела, как один… скажем так, знакомый, умер на Земле при таком методе. Экстренный, рабочий… но смертность — один из десяти. Шансы выжить большие… но в трёх случаях из девяти были различные внутренние травмы, которые залечивались в специальных ваннах на основе технологий Хранителя.
  
— Дождёмся ответа от нашей помощницы, — спокойно ответил Яр. — А пока, раз у нас вынужденный перерыв, то, может, костёр разведем, да мясо разогреем? Мне вполне понравилось оно… нежное… сочное…
— Так, хватит! — наигранно возмутилась разведчица. — Я тоже человек и тоже есть хочу. И да. Мясо было вкусное. Поэтому я за хворостом. Будем разводить костёр. Подготовь таблетку. Времени его разводить… древним методом нет.
Яр кивнул, после чего сбросил рюкзак с плеч. Что-что, а тут она была права. Какой смысл пытаться разжечь с помощью уголька, если была специальная таблетка сухого спирта, которая способна поджечь даже столь плохо горящую древесину? Да ещё и спички были в запасе, которые могли помочь не возиться с огнивом.
Достав малый походный комплект из рюкзака, Яр сразу нашёл искомое, после чего всё остальное сложил обратно в свой рюкзак. Осталось как-то отгородить костёр от остальной местности, мало ли, вспыхнет трава, так что парень начал бродить по округе и спокойно собирать камни, которые в несколько кругов выложил вокруг точки, где будет расположен в будущем костёр.
Девушка вернулась спустя полчаса, при этом выглядела она крайне недовольно и встревоженно. Но интересоваться, что именно она видела, с ходу Одиннадцатый не стал. Она сама расскажет в любом случае, сейчас ей самой приходилось переварить увиденное. А с учётом того, что она ушла в сторону поваленных деревьев, то там явно что-то неприятное. Возможно, чья-то обглоданная туша. А может, что ещё хуже.
Сделав шалашик, в центр которого была помещена спиртовая таблетка, Яр быстро развёл костёр, а после поверх него из жердей была создана небольшая стойка. Сгорит, он это понимал, но какое-то время стоять будет, что позволит разместить на ней что-то для разогрева. Холодное мясо, даже если оно сочное и пропитанное специями, всё равно было не самым приятным на вкус.
— Блага цивилизации, — усмехнулся Яр, поставив на импровизированную стойку небольшой чан, объёмом всего пару литров, в котором уже лежало мясо, которое уже через пять минут начало тихо скворчать. — А запах-то какой… специи у Юмико были?
— Угу, — кивнула девушка, которая выглядела так, словно её выдернули из важных раздумий. — Её-её. Ответь мне на один вопрос…
— Слушаю, — внимательно посмотрел на лицо девушки парень, чтобы понять, о чём она сейчас думает.
— А что, если у нас ничего не получится? Что, если всё, что сейчас мы делаем, будет напрасно? — тревога в её голосе была явственной, отдавала первобытным страхом. — Мир… не так прост.
— Мир не прост, — кивнул командир, встав в полный рост, после чего потянулся. — Но пока мы дышим, значит, можем изменить его. Я придерживаюсь такого мнения. И раз у нас есть возможность его менять, то мы будем делать это до конца. Если мы сейчас опустим руки, то заведомо проиграем. Но даже если есть хоть какой-то процент на успех, отличный от нуля… то стоит делать всё, чтобы его начать превращать в сто процентов. Ведь всё зависит от нас самих по большей части. От нашей готовности противостоять угрозам, от наших навыков, от возможности меняться, подстраиваться. Мы — люди. А люди — те ещё твари живучие, адаптируются под множество условий. Так что, что бы ты там ни видела… это плата за нашу адаптацию. Кто-то всегда умирает. Кто-то остаётся жив. И чтобы жертва погибших не была напрасна… мы должны сделать всё, чтобы приблизить счастливый финал. Финал, на который рассчитывали те, кто уже не с нами, кто уже никогда с нами и не будет. Я придерживаюсь такого мнения. Темнее всего перед рассветом.
— А до рассвета главное — протянуть, — улыбнулась девушка. — Там ещё одна капсула, уничтоженная. А по следам этой сразу понятно, что они столкнулись в воздухе. Та, — кивнула она головой в сторону поваленных деревьев, — буквально штопором вошла в землю, из-за чего лопнуло защитное стекло, а девушка, которая была внутри… в общем, её сожрала живность. Не боятся они капсул. Просто остерегаются. А если чувствуют кровь, то стесняться точно не будут.