Моров. Том 7 (СИ)

— Да что ты говоришь⁈ — искренне возмутилась государыня. — Я твоя мать!..
— А я — наследница престола Российской Империи, — огрызнулась дочь, поднимаясь на ноги. — И это я обязана лезть в осажденную студию, надеясь лишь на нескольких гвардейцев. Это я отбивалась от поляков, рискуя собственной жизнью. Это я обязана возглавить страну, когда отец сложит с себя корону!.. И что-то никто даже не подумал о том, хочу ли я этого⁈ Проблемы со здоровьем вам помешали наследника зачать за четверть века? Моров год назад отдал нам артефакты исцеления от всех болезней, и вы с отцом через них прошли. А где наследник? Уж за двенадцать месяцев уже можно было и зачать двум здоровым половозрелым людям, и выносить, и родить. Все, я устала, ваше императорское величество, прошу вас больше с этим вопросом ко мне не подходить. А сейчас я должна вас покинуть, мне к балу нужно готовиться.
И, не дожидаясь ответа, она покинула покои. А мать осталась сидеть, разглядывая место, на котором только что ее отчитывала собственная дочь. И как бы ни хотелось пожалеть себя, ведь брак с Виктором Константиновичем Романовым был далеко не так счастлив, как могло показаться со стороны, но Варя ведь тоже была права.
Ни государь, ни его супруга вообще не думали, каково маленькой дочери было осознать, что именно ей предстоит сесть на престол после их смерти. Не будет у нее ни счастья личного, ни времени — все заберет и поглотит забота о Российской Империи. Выжмет по капле силу и молодость, оставив лишь носителя короны, который забыл о том, как был человеком.
Тяжела шапка Мономаха…
Государыня поднялась на ноги и прошлась по покоям, комкая платок в руках. Остановившись перед зеркалом, она несколько секунд смотрела в собственное отражение, а потом что было сил швырнула в него какую-то вазочку с ближайшего стола.
Кто просил Виктора становиться императором⁈ Зачем было лезть во все это⁈ Разве плохо было быть великокняжеской семьей? Власти ему захотелось? И с такой легкостью принес всю свою семью в жертву государственных интересов, как будто и не любил никогда ни жену, ни дочь.
— Ну, погоди у меня, я еще заставлю тебя пожалеть, — решительно выдохнула женщина, прежде чем вызвать прислугу.
Императрице не пристало самой убирать осколки.
* * *
Кремль. Иван Владимирович Моров.
Наверное, что-то в этих великосветских балах должно быть приятное, раз благородные люди, получившие достойное образование и зачастую занимающие высокие должности, так стараются на них попасть и проводить время в беседах, играх и танцах. Понятно, что если тебя приглашает наследница престола — это престижно, и можно смотреть на окружающих, кому такой чести не выпало, как на людей второго сорта. А помимо этого еще и примелькаться правящему роду, получить какую-нибудь службу, подняться по социальной лестнице.
Но молодежь, составляющая абсолютное большинство гостей, слишком веселилась, чтобы можно было подозревать ее в карьеризме. Девицы плясали с кавалерами, те оценивали партнерш на предмет совместного будущего. И все это шумело, галдело и постоянно крутилось, создавая перед глазами пестрые пятна.
Возможно, если бы не кровавый культ, я бы тоже оказался таким же весельчаком, который может за бокалом шампанского собрать вокруг себя группу ровесников и рассказывать занимательные истории. И наслаждаться тем, как другие дворяне смотрят на рассказчика с восхищением и почтенным вниманием.
Или танцевать, пока ноги не начинают трястись, как вон тот молодой человек с военной выправкой и зализанными до невозможности длинными волосами. Он, кажется, еще ни одного танца не пропустил, менялись только девицы.
— Что-то я начинаю уставать от этого, — призналась стоящая рядом со мной Снежка. — Кажется, зал просто огромный, но здесь так душно. Выйдем на улицу?
Я кивнул и, предложив ей руку, решительно направился к выходу в сад. Конечно, это не императорское крыло, но и так зелени хватало, чтобы не только перевести дух, но и посидеть на скамейке или в беседке.
  
А заодно, шагая рядом с невестой, я взглянул на нее чуть внимательнее. Разумеется, мои артефакты, с которыми Снежка не расставалась даже в постели со мной, защищали ее здоровье от любых возможных угроз, однако был один момент, который они могли пропустить.
— Пожалуй, нам нужно присесть, — произнес я, решительно уводя свою будущую супругу в сторону первой попавшейся беседки.
Снежка не сопротивлялась, на воздухе ей стало намного лучше. И даже легкая бледность, проступившая в бальном зале, отступила. Я-то поначалу списал ее на волнение — не каждый день будущая императрица перед всем честным народом называет тебя подругой. А причина оказалась на самом деле куда прозаичнее.
— Спасибо, Вань, — искренне поблагодарила она, опускаясь на обитое зеленым бархатом сидение. — Мне уже гораздо лучше.
Я опустился напротив и взял ее руку в свои ладони. Нежно погладил пальцы с несколькими кольцами и, встретившись с девушкой взглядом, заговорил:
— Нам нужно срочно жениться, — объявил я.
— Что случилось? — чуть сдвинув брови, уточнила Снежка.
При этом ее кисть сделала непроизвольно движение, чтобы сжаться в кулак, но усилием воли Макарова удержала ее на месте. Однако сосредоточенное выражение лица у нее все равно оставалось.
— Ничего страшного, — с улыбкой проговорил я, кладя одну руку на ее живот. — Но наш ребенок должен родиться в браке. И при этом желательно, чтобы срок его зачатия не слишком отдалялся от даты бракосочетания.
Снежана Александровна Макарова несколько секунд смотрела на мои пальцы, лежащие на ее животе. Затем ее лицо вытянулось, рот приоткрылся, глаза стали шире.
— Ваня? — прошептала она, не сводя взгляда с моих пальцев. — Ваня, ты что? Хочешь сказать, что я беременна⁈
— Я не хочу сказать, Снежка, — ответил я. — Ты и так беременна.
Ей потребовалось еще несколько секунд, чтобы собраться с мыслями. Наконец, она тряхнула головой, отчего коса упала со спины на грудь.
— Как это произошло? — спросила она, глядя на меня. — То есть, нет, я понимаю, как это произошло, но… Разве мы не должны были следить за тем, чтобы ничего не происходило?..
Я покачал головой.
— Иногда это просто случается, — улыбнулся я. — И тут никакая магия не поможет, если ребенок хочет жить. Твое здоровье прекрасно позволяет зачать, поддержка артефактов исключает физиологические риски вроде отклонений и выкидышей. Так что рано или поздно это все равно бы произошло.
Она сжала мою руку и, положив голову мне на плечо, зажмурилась.
— И как давно это случилось? — спросила моя будущая супруга.
— Полагаю, неделю назад, может быть, чуть больше, — ответил я, целуя ее в макушку. — В любом случае срок еще очень маленький, так что ничего и не заметно. Зародыш не печать, магическим взором его просто так не рассмотришь. Это сейчас я полноценную диагностику на тебя наложил, чтобы убедиться…
И все это было правдой. Я уж не стал говорить, что раз ребенок прорвался через наложенную мной магию, защищающую от зачатия, у него уже сейчас огромный магический потенциал. Зачем такая информация Снежане, только что узнавшей, что она носит под сердцем дитя? Чтобы заставить волноваться еще больше?
Достаточно того, что об этом знаю я. И буду готов к моменту, когда сына или дочь нужно будет начать готовить к магическому развитию. Это практиковать и расширять резерв не стоит раньше определенного физического порога, но изучение теории лучше начать как можно раньше.
— Как это все не вовремя, — поджав губы, прошептала Снежка.
— Прости? — вскинув бровь, уточнил я.
— Дружба эта с ее императорским высочеством, балы, нервы… — пояснила моя невеста. — А теперь нам срочно нужна свадьба. Мой ребенок родится только в законном браке.
— Полностью согласен, — подтвердил я. — Полагаю, нам нужно покинуть этот вечер, чтобы ты смогла нормально отдохнуть и собраться с мыслями?
Ответила она далеко не сразу. Мы просидели в полной тишине примерно четверть часа, прежде чем Снежка вздохнула.