Моров. Том 7 (СИ)

Стоит ли ожидать от них широкого понимания даже тех печатей, которые использовали предки Чолеков в своих исследованиях? Никто не задумывается, как работает телевизор, люди просто нажимают кнопку на пульте и листают каналы. Вот и я не жду от руководства корпорации углубленного понимания магии. Если они и применяют технологию переноса сознания, то, вероятно, не зная о том, как оно технически устроено.
— Что ж, в любом случае, — продолжил Францишек, отставляя бокал со своим напитком. — Нас ждет вертолет. Так что если вы готовы…
Я осушил свою чашку до дна и поднялся.
— Полетели.
* * *
Лондон, особняк аристократического рода.
Хозяин дома вошел в кабинет и, окинув взглядом собравшихся, улыбнулся. Расстегнув форменный пиджак, он прошел к креслу во главе стола и, опустившись на сидение, заговорил:
— Господа, полагаю, ни для кого не секрет, что корпорация Чолек уступила нам неплохую долю своих акций. Учитывая ситуацию, мы теперь имеем законное право затребовать не только аудита, как планировали ранее, но и по его итогам перенести штаб корпорации в нашу благословенную страну.
Улыбки на лицах гостей продемонстрировали настрой слушателей. Несогласных не нашлось, и это было предсказуемо. Польское доминирование на рынке подошло к концу, и теперь, перехватив бразды правления, англичане могли всерьез рассматривать возможность установить монополию.
Практически единственный конкурент на рынке оказался ослаблен, и не воспользоваться моментом британская корона просто не могла. Такие шансы выпадают хорошо если раз в столетие.
— У них остались голоса в совете директоров, — заметил сидящий справа лорд.
— Это временно, — заверил хозяин дома. — В ближайшее время род Чолек будет вынужден распродавать не только акции, но и историческую собственность. Как вы все знаете, артефакты защиты от заклинания Морова закрывают только одну дыру. А кроме того, их мало.
— Что конкретно вы предлагаете, ваше высочество? — спросил мужчина слева.
Тот широко улыбнулся и, положив локти на стол, пояснил:
— Мы больше не будем поставлять Чолекам защиту. Как мне стало известно, Моров уже ищет носителей крови наших польских партнеров. Однако они попрятались и на белый свет не выходят. Так что я предлагаю передать ему под благовидным предлогом кровь, которая имеется у нас.
— Но наши артефакты защитят главных управляющих, — хмыкнул тот.
— Именно, — подтвердил внук короля. — Но это поможет проредить родственников, наглядно продемонстрирует зависимость Чолеков от доброй воли английской короны. Понимаете, к чему я клоню?
— Что от нас требуется? — спросил сидящий справа лорд.
Принц довольно улыбнулся.
* * *
Замок Добчыце. Иван Владимирович Моров.
В компании Вишни я побродил по развалинам замка, осматривая окрестности. Некогда мощная крепость дожила до наших дней в частично разрушенном состоянии. При этом было заметно, что замок реставрируют, но полностью восстанавливать не собираются. Исторические руины были достаточным состоянием недвижимости, чтобы привлекать туристов, и тратить больше денег, чем нужно для минимального дохода, Чолеки явно не планировали.
Помимо нас здесь хватало и других туристов. Они вели себя ровно как люди, которые пришли поглазеть на достопримечательность. Благородных нам пока что не попадалось, да и вряд ли кто-то из рода Чолек явился бы сюда лично. Для этого у огромной корпорации слишком много подчиненных, которых запросто можно отправить с заданием.
— Похоже, вы были правы, и нам ничего сегодня не светит.
Я осматривался вокруг, с помощью магического взора отслеживая одаренных на территории замка. Не сказать чтобы чародеев не имелось, однако действительно что-то собой представляла только охрана. Сотрудники службы безопасности наблюдали за ситуацией на территории, но к нам подойти даже не пытались, несмотря на то, что меня определенно узнали. Остальные одаренные относились к простолюдинам и внимания не заслуживали.
  
Францишек вытащил завибрировавший телефон из внутреннего кармана пиджака и, извинившись поклоном, отошел, чтобы ответить на звонок. Прибывшая с членом младшей семьи клана Вишневецких охрана последовала за ним. А я остался стоять на замковой стене, глядя в сторону раскинувшегося внизу озера.
Изменение в поведении сотрудников безопасности я заметил сразу же. Они сместились, организуя не только живой коридор, но и полноценное прикрытие для автомобилей, приближающихся к замку. Проследив за ними взглядом, я смог разглядеть машину представительского класса с уже знакомым гербом Чолеков.
Многого я не ожидал от этой поездки. По большому счету она служила для того, чтобы Чолеки осознали — я их ищу, не забыл. Осознали и начинали бояться за свою жизнь. Ведь, в конце концов, их технология переноса сознания рассчитана на вживление в родственников. Так что даже это переселение в новое тело их не убережет от проклятия.
За моим конфликтом с этой семьей следят очень многие благородные по всему земному шару. Им тоже будет полезно сложить картину происходящего. Да, я не убиваю Чолеков мгновенно, но на рынке акций уже случился обвал. Часть ушла англичанам, как выяснилось, предоставившим полякам защитные артефакты в ограниченном количестве.
Ведь что такое даже три десятка амулетов, когда в твоем роду свыше сотни человек? Говоря откровенно, даже останься в живых только члены совета директоров, и род Чолек можно будет считать мертвым.
Пока я об этом размышлял, в ворота замка въехала вся делегация. Охрана окружила автомобили, но взгляды были направлены только в мою сторону. Что понятно, от других посетителей опасности никто не ждал.
Я оперся на установленный металлический заборчик и смотрел, как из представительского автомобиля выбрался мужчина. Отдав несколько приказов, он поправил пиджак и уверенной походкой двинулся в мою сторону. Но чтобы дойти, ему придется топать еще минуты три — все-таки территория замка немаленькая, это не мой особняк в Москве.
— Ваше благородие, — Францишек вернулся и сейчас с удивлением смотрел в сторону машин, — мне только что звонил господин Вишневецкий. Он просит вас выслушать человека, который к вам приехал на переговоры.
Я улыбнулся в ответ, прекрасно понимая, что Чолекам пришлось наверняка немало выложить за эту просьбу. Ведь кто, как не наместник Польши, должен радеть о благополучии польского древнего рода? К кому им было еще идти?
А вот то, что они явно намеревались откупиться от мести, меня рассмешило. Не та ситуация, чтобы я отступился от своего слова и закопал топор войны. Но, надо признать, Владимир Вишневецкий поступил правильно, попытавшись выжать из ситуации максимум. Мне это даже напомнило Венедикта Кирилловича.
— Я поговорю с ним, — кивнул я. — Очевидно, что наместник имеет свой интерес. Так что, раз он допустил этот разговор, я помогу пану Вишневецкому сдержать слово. Но можете передать, что я этого не забуду.
Вишня поклонился куда глубже обычного. Это его клан наживался на ситуации, так что не удивительно, что Францишек напрягся. Это наместника я могу побояться тронуть, а вот он, Вишня, на расстоянии вытянутой руки от меня. Слава обо мне дурная ходит, могу ведь и вспылить, и тогда от Францишека даже пепла не останется.
— Спасибо, ваше благородие, — отозвался Вишня, прежде чем выпрямить спину.
— Оставьте нас, пан, — отвернувшись от своего гида, проронил я. — К чему бы этот разговор ни пришел, вам лучше на нем не присутствовать.
— Я буду рядом, ваше благородие.
Как будто это что-то поменяет.
Вообще, конечно, Вишневецкий поступал нагло, влезая в мои дела. С другой стороны… Нужно понимать, что одно дело — когда так поступает кто-то примерно равный тебе, и совсем другое — наместник целой страны. Если с любого дворянина я бы стряхнул за подобное немного денег для наглядности, то вот Вишневецкий… Он многое может, и ему придется со мной расплачиваться.