Высший

– Ты надо мной смеёшься? – переменившись в лице, поинтересовались она.
– Вовсе нет. Видишь ли, мне хорошо понятно то, что ты можешь устроить локальный армагеддон, если пытаться тебя удерживать насильно. Однако, если ты попробуешь уйти, не урегулировав все взаимные вопросы… – свой намёк оставил недосказанным.
Она почему-то застонала.
– Я что-то неправильно понял? – спросил её, заподозрив подвох.
– Да. Не собиралась я никуда уходить. Возможно, неправильно сформулировала претензию и, вообще, подошла к вопросу. Мне трудно разобраться в этих ваших русских заморочках по поводу взаимоотношений. Честно говоря, пообещала Богу, что, если он поможет вырваться из рабства МГБ САСШ, больше революционной борьбой заниматься не буду, – выдала она мне в лоб.
– То бишь в переводе на общепринятый, терроризмом. Хм. Интересное кино. Ладно-ладно, не возмущайся, но что ты от меня тогда хочешь? – поинтересовался у неё.
– Договор подписывать не буду! – заявила она резко.
– Так тебе его никто и не предлагает. Замуж звать не вариант, и так не знаю, что делать с потенциальными невестами, учитывая их настоящее количество. Осталось партнёрство и принятие в род…
– Давай остановимся на первом! – перебила меня она.
– Он и так сейчас работает. Я попросил, ты согласилась, но неожиданно всплыли претензии, – объяснил ситуацию с моей стороны.
– Про это и говорю, что плохо понимаю все эти не формализованные ваши взаимоотношения. Но просто точно хочу знать, что всё в силе, – выдала она, смотря куда-то в сторону, явно пытаясь скрыть взгляд.
– Вот что опять?! – несколько растерянно спросил у неё, пытаясь понять причины такого её поведения.
– Честно? – спросила она, наконец, взглянув мне в глаза.
– Желательно, – подтвердил в ответ.
– То рассчитывала всё-таки на статус жены, – вздохнув, проговорила Графиня.
– Ну, про это я уже говорил, но всё же не очень понимаю, как твоё желание и обещание Богу связаны, – недоумённо прокомментировал её слова.
– А что тут сложного. С моим прошлым трудно найти человека, которому можно его рассказать. Скорее всего, придётся всё скрывать и постоянно врать. О каких отношениях после этого говорить? Ты редкое исключение, – проговорила она с нотками печали в голосе.
– Спасибо, конечно, за добрые слова. Но кто сказал, будто я нейтрально отношусь к тому, что ты делала? Будем говорить откровенно, тебе просто повезло. Твоё состояние в момент захвата было таким, что воздаяние было бы уподоблению тебе же. Вопрос морали. С другой стороны, хорошо, что ты дала такое обещание Богу и встала на путь отказа от радикальных методов. Будь иначе, у меня бы рука не дрогнула, – ответил ей откровенно.
– В том-то и дело… После издевательств в МГБ САСШ начинаешь особенно остро ощущать разницу между теми, кто знает о человечности, и теми, кто о ней не слышал. Подожди, я не договорила. И на этом фоне моя жизнь выглядит совсем не в лучшем свете. Но проходит совсем немного времени и требуются мои умения, которыми мне гордиться уже не выходит… – на этом она остановилась.
– Тебе понадобилась цель. И ты выбрала брак, а поскольку поблизости с кандидатами на роль мужа напряжёнка, то им должен был стать я. Только есть проблемка, мне мало лет, семья – это не только запись в церковной книге. Кстати, тебе придётся креститься и сменить имя, раз уж такого жениха выбрала, – сказал и вопросительно уставился на неё.
– Это мне известно. Проблема в том, что я убеждённая атеистка, – грустно выдала она.
– Вот об этом и речь! – подхватил её сомнения.
– Но ради тебя… – как-то мечтательно произнесла Графиня.
Что на неё совсем не похоже.
– Ты это, того. Брось! У нас ничего не было! – начал было в ответ.
– Зато ты знаешь во всех подробностях все мои изгибы! – заявила она.
– А вот это уже грязные инсинуации. По сути правда, а в реальности – провокация. Ты же прекрасно знаешь, как так получилось. Очень надеюсь, при посторонних такого не прозвучит! – обратился к ней, рассердившись.
– А это и не для чужих ушей. Просто как аргумент, почему ты. Да и дети у нас будут красивые, – продолжила она нападение.
 
– С последним тебя разочарую, у нас не может быть потомства. Откровенно говоря, его у меня ни с кем на Земле не может быть. Ну, кроме одной дамочки, но это частность, – отбил последний аргумент.
– Для того у вас и целители, чтобы такую мелочь устранить, – ткнула она меня в очевидный факт.
М-да, соскочить так просто не удалось.
– И тебя такая жизнь устроит? Честно, совершенно не понимаю, для чего тогда нужен брак, но в нашей стране это уже вроде как норма, – ответил неуверенно.
– Вполне. Сам же сказал, многие так живут. Мне тоже захотелось побыть как все, – заявила она.
– Одна беда, неясно, надолго ли тебя хватит? – произнёс вопрос задумчиво.
– А ты возьми и проверь, – предложила она дерзко.
– Ладно, это твоя жизнь, меня такие фортели почти не коснутся. Договорились. А теперь вернёмся к требованиям. Вечером жду намёток.
Чёрт, теперь развитием дара заняться не удастся. Уж больно перевозбудился от такой беседы. Чем бы таким заняться?
– Ты передумал?! – радостно задала вопрос Хюго, только войдя в комнату.
Аж простонал от понимания, о чём она спрашивает. Наивный, полагал, будто смена названий их отвлечёт от всяких глупостей надолго. Ну, ничего, тут как раз идея родилась их занять по профилю. Раз тренировка не задалась из-за Графини, думаю, немножко другим делом займусь, а тут тебе всё то да потому.
– И не собирался! – пресёк на корню все поползновения, спровоцированные Настей.
Девушка сразу погрустнела и даже как бы плакать не собралась. Да это ж, блин, ни в какие ворота! Кого-то принуждают к этому, других склоняют, а тут горе прям, отказываются, видите ли! Ремень по Захаровой плачет. Хотя нет, розги! Это же надо, что с невинными разумными машинами сделала!
– Отставить сырость! Ты у нас боевой корабль или артистка из мыльной оперы? – задал ей провокационный вопрос, ответ на который заранее известен.
– Я линкор, «Советская Россия»! – загоревшись, выдала громким голосом она.
– Вот! Это всё к чему? Вы не засиделись, повоевать не желаете? – задал провокационный вопрос.
– Мы всегда «за»! Марсель, Ниццу или Тулон первыми уничтожать будем?! – прямо вспыхнула она идеей.
И ведь туманницы все такие, а Хюго, можно сказать, одна из самых умеренных.
– Тише, тише. Чем тебе французы не угодили? – поинтересовался так, на всякий случай, заранее зная на вопрос ответ.
– Так они же уничтожили ваше поместье! – не подвела она с логикой.
– Их корабли просто взяли в аренду, пусть и с экипажами. А настоящие виновники живут у нас в стране. И это нападение прекрасный повод прихватить их за мягкое место, опробовать новые подходы к организации специальных операций, проработать новую технику и вообще испытать всё, что можно! – вывернул в нужную сторону разговор.
– Уничтожать свои порты и города? – растерянно спросила Хюго.
– Ни в коем случае. Основные операции будут на суше, так что оставим ваши корабли в стороне. А вот роботизированные комплексы… – сделал в ответ более чем прозрачный намёк.
– А что с ними? – удивлённо произнесла она.
– Да всё в порядке, но часть нанитов позаимствуем с кораблей, для создания необходимой техники. Но самая соль здесь не это, а разработка для вас «аватар»! – намекая и голосом, и выражением лица, и даже глазами, какая это круть.
– А зачем они нам? – в этот раз растерянно спросила она.
– Видишь ли, операция предстоит против серьёзных родов, а значит, вполне вероятно, высокоуровневых волшебников. А это всегда чревато непрогнозируемыми последствиями, и мне вовсе не хотелось бы, чтобы вас по недомыслию уничтожили. А так мы потеряем всего лишь массив нанитов, – пришлось объяснять свою задумку.
– Но ведь нас не так-то и просто уничтожить, – возразила она.
И в этом был свой резон. Виброброня, это вовсе не хухры-мухры.