Измена. Твоя не единственная (СИ)

— Катя… ну зачем ты так, — хрипит.
Интересно, это у него от моего удара голос такой или Чернову хоть капельку стыдно?
— Как⁈ — зло рявкаю и прохожу в комнату, — что ж ты кинул свою детку в сортире⁈
Злит, безумно злит меня своими дурацкими фразами.
Зачем я так?
За тем!
— Катя, я люблю тебя, — Игорь всё-таки решается и в пару шагов подходит ко мне, берёт за руку, — люблю!
  
В глаза смотрит, как в душу заглядывает.
Что, интересно, увидеть там хочет?
Что он, чёрт возьми, хочет там увидеть после того, что сделал⁈
Обида и злость снова вскипают во мне.
— Серьёзно⁈ — разъярённо шиплю, — ты, наверно, об этом думал, когда кричал «Детка! Да, глубже, Алинааа!» и кончал в туалете ресторана⁈
Смотрю в его глаза с лютой ненавистью.
Наверно, моим взглядом сейчас стены поджечь можно.
И Игорь смотрит… напряжённо… мне кажется, я схожу с ума, но в его взгляде я вижу боль…
— Катя, я не хотел… чёрт!, — взъерошивает пятернёй чёрные непослушные волосы… Боже, да я таким растерянным Игоря ещё не видела, наверно, — не знаю, что на меня нашло… блядь, — притягивает меня к себе за руки и внимательно вглядывается в глаза. Я дёргаюсь, пытаюсь отодвинуться подальше, но он не пускает, — я совершил ошибку, да, признаю, но я люблю только тебя. Катя, не руби с плеча, дай нам ещё один шанс, — тихо произносит и проводит костяшками пальцев по моей скуле.
Противно.
Отворачиваюсь и сбрасываю его руку.
— Ошибка, Игорь⁈ — вздёргиваю подбородок, — а скажи-ка мне, дорогой, сколько длится эта твоя большая ошибка? И только не ври мне, что это была разовая акция!
Молчит, смотрит мне в глаза и молчит, а я от этого потухшего взгляда сгораю внутри.
— Два месяца, — не отпуская моего взгляда произносит, и я чувствую, что не врёт.
— Два месяца… — шёпотом повторяю зачем-то… эти слова словно обухом бьют по голове… опускаю глаза, спасительная злость исчезает, а жгучая боль топит, и я снова чувствую себя растерянной, растоптанной, распятой…
Отшатываюсь, делаю шаг назад, но Игорь ловит меня.
— Катя, — обхватывает моё лицо ладонями, — прости меня, прости! Я очень люблю тебя, Катя. Мы сможем переступить это.
Не смотрю на него. Не могу его видеть, не хочу вдыхать его запах… не хочу быть с ним рядом.
Грязно… как же грязно. Его слова покрывают мою ноющую душу новыми слоями липкой грязи…
Не хочу… не могу… не буду это терпеть!
— Руки убери, Чернов, — кривлюсь, мне, правда, противно ощущать на себе его прикосновения, — подозреваю, что ты ещё не мылся сегодня.
Игорь отшатывается и отпускает меня.
Внутри полное опустошение.
Делаю над собой неимоверное усилие и прохожу к шкафу. Надо переодеться.
Не думаю ни о чём больше. Отключаюсь от текущего времени и ситуации. Занимаю себя простыми механическими действиями.
Открываю шкаф, достаю из сумки тёплую пижаму и сбрасываю полотенце. Мне не стыдно, что Игорь видит меня обнажённой. Сейчас это не про секс. Просто обычные заученные действия.
Мне нужно время, чтобы вернуться к равновесию… и равнодушию.
Быстро натягиваю на себя обычные хлопковые трусики, залезаю в пижаму со смешным зайчонком спереди и иду к кровати.
— Катя, поговори со мной. Я понимаю, тебе ещё очень больно, но давай поговорим как взрослые люди.
Ещё… А разве когда-то будет менее болезненно⁈
Скажите мне, когда это случится!
Сколько мне ещё жить с этой болью⁈
— Уходи, Чернов, — забираюсь на кровать и укрываюсь одеялом, — я хочу спать.
Игорь тяжело вздыхает и садится на пол рядом с изголовьем.
— Катя, давай всё забудем и начнём с начала? — проходится по мне ласковым взглядом, от которого у меня уже ничего не зажигается внутри как раньше, только горечь разливается…
Ничего уже не будет как прежде…
  
Глава 9
 
Катя 
Тяжело вздыхаю.
Ну, вот как ему донести свою мысль, что ничего уже не вернуть⁈
— Игорь, похоже твои мозги ещё не вернулись снизу вверх, хотя, мне казалось, недавно я придала им нужное направление.
Игорь молчит, очевидно, ждёт, когда я выпущу очередную порцию своего яда.
Надеется, что я выговорюсь и мне полегчает?
Ну-ну…
Сажусь и подтягиваю колени к груди. Не испытываю сейчас ни злости, ни обиды, ни сожаления, словно я сдувшийся шарик, и просто констатирую сухие факты как робот.
— Вот ты два месяца радостно повизгивая «детка» трахал свою шлюху… — начинаю говорить и вдруг замираю с открытым ртом посередине фразы, одна неприятная мысль вкручивается в моё сознание и прерывает перечисление «заслуг» Игоря.
Резко оборачиваюсь к Чернову, обида снова поднимает свою змеиную голову, больно кусает и впрыскивает смертельный яд в мою кровь. Нацепленное на моё лицо равнодушие вмиг слетает.
— А, кстати, любимый, — мой тихий голос пропитан этим ядом, и Игорь хмурится, понимает, что снова запахло жареным, — где проходили ваши случки? Ну, вы же не только туалеты окучивали? И, вообще, Чернов, знаешь, мне за тебя стыдно. В твоём возрасте по сортирам зажиматься уже совсем не комильфо, — зло смотрю на предателя, а он сжимает голову руками и молчит.
Ладно, молчи, милый, я сама догадаюсь.
— Дай-ка я подумаю, — прикладываю указательный палец к губам. Внутри всё снова клокочет от обиды, но я упорно делаю вид, что мне всё равно, — домой мы почти всегда возвращались вместе, утром уезжали опять-таки вдвоём… то есть… — прожигаю полным ненависти взглядом склонённую голову Игоря, — ты трахал её в своём кабинете⁈ — шиплю и громко спрашиваю, — Игорь, кто она⁈ Кем числится в управлении твоя Алина⁈ Кем она работает теперь весь город в курсе.
— Катя, зачем тебе это знать⁈ — резко поднимает голову муж, его глаза зло сверкают. Он кулаком бьёт в бортик кровати и едва сдерживая свою ярость цедит, — она никто для меня! Ты единственная, кто мне действительно важен!
— Я заметила это сегодня.
— Катя, твою мать! — не выдерживает Игорь, поднимается и хватает меня за руки, встряхивает, — я предлагаю тебе забыть это чёртово недоразумение, будем считать, что у меня было временное помутнение рассудка! Я не хочу рушить нашу семью! Давай начнём всё заново! — говорит и с какой-то наивной надеждой смотрит мне в глаза.
Он сейчас издевается, да… или шутит?
Вздыхаю. Предплечья начинают болеть от сильной хватки Игоря.
Нет, надо прекратить это всё.
Баста!
— Знаешь, Чернов, — стряхиваю с себя его наглые руки, — я видела сегодня с какой одержимостью ты имел свою Алину, и я прекрасно понимаю, что между нами давно уже нет такого огня, — а ещё я понимаю, что меня это очень сильно задело сегодня, возможно, даже больше, чем сама измена. Ужасно понимать, что любимый мужчина больше не хочет тебя, — поэтому давай не будем цепляться за наш брак, он изжил себя, а вот с Алиной у тебя снова всё горит и пылает. Иди к ней, Чернов, — сдуваюсь.
— Бля… — Игорь закрывает глаза, откидывает голову назад и тяжело дышит. Его тело напряжено, и я вижу, что он на грани.
— Уезжай, Игорь, — нет, зря мы начали сегодня всё это обсуждать и копаться в этой грязи. Ложусь обратно в постель, демонстративно поворачиваюсь к мужу спиной и натягиваю одеяло до подбородка. Действительно хочется спать, мой организм не был готов к таким эмоциональным качелям, — у меня утром поезд. И не переживай, на развод подам сама.
— Какой, к чёрту, поезд, Катя? Куда ты собралась? — Игорь резко разворачивает меня к себе, — не дури, Катерина! Я никуда тебя не отпущу, слышишь⁈
Муж нависает надо мной, его грудь ходуном ходит. Он весь на нервах.
Ух, какой индюк напыщенный!
Посмотрите, как раздухарился!
  
Мне бы, конечно, лучше поостеречься сейчас в высказываниях, но меня уже несёт.
— Ты сейчас пошутил, да⁈ — вскакиваю на кровати, — и кто ты мне такой, чтобы что-то мне запрещать, ммм?
— Я твой муж! — кричит Игорь, а ещё сегодня днём смотрящие на меня с любовью глаза сейчас пугающе горят.