Если женщина ждёт (СИ)

— Давайте градусник. — попросила врач.
Пантелеева протянула ей его.
— У Вас тридцать семь и три. Давайте-ка послушаю Вас.
— Может не стоит беспокоиться? — спросила Лиля. — Я и так задержала Вас, уже рабочий день закончился.
— Это дело нескольких минут. — настояла врач.
— Странно… — произнесла она, послушав дыхание девушки. — Я ничего не слышу. Горло не красное. Но температура это признак воспаления обычно.
— Я не обращаю внимания, месяц назад долго болела, тяжёлая простуда была. Может остаточное явление.
— Я бы на Вашем месте показалась специалистам, Лилия Владимировна. — высказала своё мнение врач. — А сейчас езжайте домой, отлежитесь. Я позвоню Анне Теодоровне.
Пантелеева рассказала о произошедшем Инге, когда они ужинали тем вечером.
— Когда ты пойдёшь в больницу? — строго взглянув, спросила подруга.
— Не вижу смысла. — пожала плечами Лиля.
— У тебя держится просто так температура и ты не видишь смысла идти в больницу?
— Гусь, у меня куча дел, только вышла на новую работу, на развод надо, наконец, подать. Смысл бегать по больницам?
— Лиля, у тебя не первый день непонятная слабость, вялость, устаёшь слишком быстро, жаловалась мне на боль в мышцах, теперь ещё и температура! Меня это всё давно настораживает. — убедительным тоном произнесла Инга.
— Когда это успело тебя насторожить, если у вас с Кимом конфетно-букетный период в разгаре? — усмехнулась Пантелеева, кивнув на букеты, стоящие на подоконнике.
— Лиль, прекращай! Тема серьёзная! Ты должна пойти в больницу. Вот, прямо завтра. В ту клинику, куда хожу я. — настаивала на своём шатенка.
— Тебе станет легче от этого?
— Да.
— Хорошо, я схожу. Вот только ради тебя. — сдалась Лилия.
На следующий день, отпросившись с работы, девушка отправилась в клинику, где наблюдалась её подруга, чтобы быстро и оперативно пройти короткое обследование. Однако, сначала её отправили на анализы, коих значился длинный список, а так же стандартную флюрографию. В процессе обхода специалистов, один из них посчитал нужным так же назначить МРТ.
Таким образом, обследование заняло четыре дня, вместо одного. Последним пунктом значился терапевт, к которому всё это время отсылали свои заключения все врачи, осматривавшие Лилию.
— Ну что же… — он вздохнул.
— Доктор, скажите мне уже, что всё хорошо и я пойду. — улыбнулась, в нетерпении, девушка.
Врач молчал и сосредоточенно смотрел то в одни бумаги, то во вторые. Наконец, он, вздохнув опять, произнёс:
— Лилия Владимировна, то что я Вам сейчас скажу — очень важно. Поймите меня правильно… Это всегда трудно сообщать, тем более такой молодой, красивой девушке…
— Что? — улыбка сползла с лица Пантелеевой.
— Вы больны. У Вас туберкулёз костей. Это инфекция, которая вызывает поражение позвоночника и других конечностей.
— Это… лечится? — с трудом выдавила из себя она.
— У Вас сейчас вторая стадия заболевания. Инфекция уже начала переходить на суставы. Вот, видите. — врач поднял на свет рентгеновский снимок и показал ей какие-то фрагменты на нём.
— А сколько всего стадий? — перебила его двушка, не дав договорить.
— Три.
— Что на третьей? Смерть?
— Нестерпимые боли, паралич конечностей, как правило, как следствие инвалидность. Но если болезнь будет прогрессировать с паталогиями, то возможен и смертельный исход. Но…
— Достаточно. — Лиля перебила врача, затем быстро схватила со стола все свои анализы и заключения, не успел тот опомниться.
— Лилия Владимировна, дослушайте! — передпринял попытку он.
— Спасибо. Извините. — и Пантелеева, еле сдерживая слёзы, кинулась из больницы прочь.
  
21 глава
 
Дорогие читатели! Прошу прощения за столь долгую паузу и благодарю Вас за ожидание!
*****
Выбежав из больницы так поспешно, будто по пятам её преследовала сама смерть, Лиля оказалась на улицах города и там уже замедлила шаг. Побрела не разбирая дороги. В висках пульсировали слова врача: «Нестерпимые боли, паралич конечностей, как правило, а как следствие — инвалидность», «Возможен смертельный исход». Жизнь окончательно разрушилась.
 
Девушка обняла себя руками, от того, что дрожала всем телом, и, шла наугад. А нужно ли ей жить дальше? Ведь самое дорогое она потеряла. Жизнь вдруг показалась бесцветной, безликой… Сил бороться с болезью не было, желания тоже. Пустота в сердце и душе говорили о том, что её судьба предрешена и не стоит даже делать этих жалких попыток.
Через пару часов Лилия вернулась домой. Инга как раз подкрашивала губы у зеркала в прихожей и тут же обратила всё своё внимание на тихо вошедшую подругу. Пантелеева опустилась на пуфик у двери. Снова нестерпимо болела спина. Она понимала, что это лишь начало.
— Лилька, ну наконец! Где тебя носит, подруга? Ты к экулапам сходила?
— Сходила. Всё хорошо, Гусь. Это просто такие последствия переохлаждения. — устало улыбнувшись, соврала девушка. — Какая ты красивая, Гусенька.
— Ты чего это, Лилюнь? — усмехнулась шатенка, надевая туфли на шпильках.
— Запомнить хочу. — снова грустно улыбнулась её подруга.
— Да чего запоминать то? Всегда одинаково.
— Куда идёте? — перевела тему Лиля.
— В Ботанический сад. «Пойдёмте в сад, я покажу Вас розам»! — засмеялась Инга.
— Раньше ты не была ценительницей растений.
— Аким захотел. А я что, мне с ним везде хорошо. Так хорошо, Лиль, что не верится даже, что так бывает.
— Я очень за вас рада. Вы оба такие светлые и счастья достойны. А ведь оно долгожданное у вас. Как здорово будет, когда у вас родятся детки…
— Лилия Владимировна, ты же знаешь, что ты уже крёстная, да? Будешь с ними бегать, играть, гулять.
— Конечно. — Пантелеева вздохнула. — Ну, беги. Чего ты застыла? Хотя что-то мне подсказывает, что Ким не на цветы смотреть сегодня будет.
— Ой, да ладно! Всё, люблю тебя! — и Стриженова, поцеловав подругу в щёку, ушла на свидание.
Лиля вновь вздохнула, подумав, что жизнь так и будет течь без неё, только ей, наверное, не увидеть счастья Инги и Акима и уж конечно, не нянчить полноценно их детей.
«И своего потеряла…» — подумалось девушке.
Утерев покатившиеся слёзы, она встала, подошла к шкафу в коридоре и поставила туда папку, где лежали все анализы и результаты обследований, а так же её неутешительный диагноз.
Прошло три недели.
Лиля продолжала работать, стараясь терпеть боли в спине, становящиеся всё сильнее, не обращая внимание на усталость, думая о жизни и анализируя всё произошедшее. Встретиться с Глебом, чтобы, наконец, обсудить развод, никак не удавалось — он улетел в длительную командировку в Китай.
Однажды, Аким заехал к Инге среди рабочего дня. Она была дома, наслаждаясь выпавшим выходным, а мужчина порадовался нечаянной возможности пообедать с любимой женщиной.
— Это тебе! — улыбнулся он, протянув красивый букет лилий.
— Точно мне? — засмеялась Инга. — Лилька придёт позже! — пошутила она, приняв цветы. — Раздевайся, проходи на кухню.
Краснов начал снимать верхнюю одежду, ведь осень уже вступила в свои права, активно снижая температуру, инечаянно задел локтем папки, стоящие на полке в коридоре. Несколько из них упали на пол, и файлы с бумагами вылетели прочь.
— Что у тебя тут случилось? — шатенка выбежала в коридор, услышав шум.
— Прости. — мужчина развёл руками.
— Бывает! — усмехнулась она. — Не вписались, товарищ Краснов?
Девушка опустилась на колени, начав собирать рассыпавшееся бумаги, как и Аким, начавший ей помогать.
Внезапно, он застыл держа какой-то лист в руках.
— Гусь, это правда? — последовал вопрос и на лице бизнесмена проскользнуло волнение.
— Что ты там увидел? — непонимающе улыбнулась она.
— Вот. — Краснов протянул ей лист.
— Туберкулёз костей… Вторая стадия… Лилия Владимировна… — зачитала Стриженова и тут же побледнела. — Ким! Лилька… она… Она же сказала мне, что всё хорошо!