Орден Багровой бури. Книга 6 (СИ)

Сверяюсь с картой Мамору-Райто в планшете и отправляюсь в нужном направлении. Вскоре вижу разлом. М-м, радужный. Значит, монстры не только разумные, но и весьма сильные.
На плоском камне недалеко от портала лежат мана-кристаллы, какие-то растения и другие ресурсы. Судя по всему, «товар» от монстров. Очень любопытно.
Вхожу внутрь, на всякий случай приготовив струны, и осматриваюсь. Местность так себе. В основном пустынные скалы, лишь кое-где виднеются заросли колючих кустов.
  
Пройдя несколько шагов, слышу справа от себя какой-то шум и поворачиваюсь на него. Из пещеры ко мне выходят местные обитатели, и при виде их моя челюсть натурально отвисает, а брови теряются где-то на затылке.
Да ну нахрен… Ничего себе!
Как это вообще возможно⁈
Японская Империя. Токио.
День, когда Зверев-сан прибыл в Японию, объявлен национальным праздником. Повсюду в Токио и других городах развешаны плакаты с изображением графа Зверева и его верного Щелкунчика в аниме-стиле. На каждом бутике и уличной лавке висят ленты с надписями на японском и русском языках: «Спасибо, Зверев-сан!»
Дети и взрослые ходят по улицам в футболках с изображением самого графа, а также его близких соратников. Командора Темникова с чёрной катаной, жениха принцессы Мэрико графа Самойлова и других членов Ордена Багровой бури. В воздух запускают воздушных змеев в виде Щелкунчика.
В виде героев выпускают фигурки, их изображения печатают пищевыми красками на тортах и рисовых пирожках, рисуют на стенах. Выпускаются напитки под названием «Сила Зверева», айдолы сочиняют песни о подвигах ордена, мангаки рисуют мангу, и уже запущено производство аниме о путешествиях графа Зверева по Японии.
Слава, безусловно, заслуженная, а фанатская культура у японцев очень развита. Поэтому неудивительно, что Зверев-сан считается чуть ли не богом во плоти, и многим мальчикам, которые будут рождены в Японии в ближайшие годы, предстоит носить русское имя Андрей…
Японская Империя. Разлом на острове Окинава.
Смотрю на монстров, которые идут на меня, угрожающе рыча, и всё ещё не могу поверить в то, что вижу.
Эти существа — один-в-один мой Щелкунчик! Ну да, шерсть не у всех фиолетовая, есть и других цветов. Но в целом — они точно такие же! Это же явно один вид!
Щелкунчик со мной явно согласен. Он буквально истерит, требуя, чтобы я его выпустил, но пока не хочу торопиться. Намерения его родни, если это родня, пока что не особо дружелюбные.
— Эй, ребята, тихо! Не надо меня есть. У вас всё равно не получится, — миролюбиво поднимая ладони, говорю я.
Самый крупный из существ, с шерстью ядовито-зелёного цвета, выходит вперёд. Исподлобья глянув, он меня, он рычит:
— Человек! Сюда нельзя. Забыл? — надо же, говорит он гораздо понятнее, чем Щелкунчик.
— Нет, не забыл. Понятия не имел. Я из далёких краев, и не знаю, о чём вы договорились с местными.
— Человек нельзя. Уходи! Или смерть, — угрожает зелёный.
— Да погоди ты. Нам надо кое-что обсудить…
— Смерть! — рявкает монстр и бросается на меня.
Еле сдерживаюсь, чтобы не рубануть его струнами. Рефлексы дело такое. Но вместо этого я делаю более разумный ход — выпускаю Щелкунчика. Он появляется напротив зелёного и рычит, отгоняя его.
Лидер группы и остальные монстры отступают при виде моего питомца. По мордам видно, что они в шоке.
— Друг! — мотнув рогатой головой в мою сторону, выкрикивает Щелкунчик.
Только тут я соображаю, что рога есть не у всех существ. У зелёного есть, у моего питомца тоже. А у остальных нет. Может, только у самцов они имеются? Пока непонятно.
— Человек нельзя! — рычит в ответ зелёный и дальше начинает издавать какие-то урчащие звуки, будто говорит на другом языке.
Судя по всему, так оно и есть. Щелкунчик его понимает и отвечает такими же звуками. Беседа явно напряжённая, и остальные существа в неё не вмешиваются. Зато они зовут остальных, и скоро вокруг нас скапливается несколько десятков разноцветных монстров. Больших среди них немного. В основном такие же малыши, каким был Щелкунчик в нашу первую встречу, а также подростки размером с овчарку, каким он стал после первой эволюции.
Неожиданно двое из стаи одновременно издают радостный вопль и бросаются к Щелкунчику. Я невольно напрягаюсь, но эта парочка вдруг начинает тереться об Щелкунчика головами и лизать ему морду. Такое чувство, будто они встретились после долгой разлуки.
Хм… А ведь шерсть у этих двоих такого же цвета, как у моего питомца.
Вскоре Щелкунчик подтверждает мои догадки. Подводит этих двоих ко мне и кричит:
— Друг, атри! Ма и па!
Значит, я угадал, это действительно его родители. У папы, кстати, есть рога, так что здесь я тоже прав — они имеются только у самцов.
— То друг! Андрей! — объявляет Щелкунчик, приобнимая меня лапой.
— Ого, у тебя получилось правильно сказать моё имя. Молодец. Рад познакомиться с твоими родителями, — говорю я.
Мать и отец Щелкунчика одновременно склоняют головы и что-то урчат на своём языке. Мой питомец переводит:
— Они гарят пасиба! Что ты спас Икунчика!
— Пожалуйста. Может, объяснишь мне, что происходит? Как так вышло, что в этом разломе куча таких же монстров, как ты? — спрашиваю я.
Щелкунчик начинает объяснять. С трудом, но мне удаётся его понять.
История простая: мир этих существ, которые называют себя словом «кальдракор», был уничтожен магическим катаклизмом. Кто оказался его виновником, кальдракоры не знают, но считают, что это были люди, которые жили в их мире.
Мир оказался расколот на части и превратился в разломы. Часть популяции выжила и теперь обитает в этом разломе. Условия для обитания здесь плохие, пищи мало. Поэтому, когда осколок прибило к Земле и открылся портал, кальдракоры сразу же отправились искать пропитание снаружи. Сначала они боролись с людьми, но затем научились взаимовыгодному сотрудничеству.
Щелкунчик же после уничтожения родного мира остался один в другом разломе, где я в своё время его и встретил. Ничего удивительного в том, что он оставался маленьким, нет. Как я уже сам догадался, эти существа переходят на следующий уровень развития только когда поглощают достаточно много энергии вместе с биомассой.
Щелкунчик, к тому же, на много лет впал в анабиоз и проснулся, похоже, незадолго до моего появления.
Вот такая история.
Рассказав всё это, мой питомец оглядывает стаю и смотрит мне в глаза.
— Друг. Авай их берём!
— Заберём их? Всех, что ли? — уточняю я.
— Ага! Им тута русна, — Щелкунчик делает печальную мордочку.
— Грустно им здесь. Ну да, местечко довольно безрадостное, — соглашаюсь я, осматривая скалы вокруг.
— Мона⁈
— Почему бы и нет. У моего ордена теперь много земель, а твои сородичи могли бы помочь нам бороться с монстрами и закрывать разломы, — отвечаю я.
Щелкунчик от радости подпрыгивает на месте и начинает что-то восторженно верещать на своём языке. Судя по всему, обещает кальдракорам, что у них будет новый дом, где на всех хватит места и можно сколько хочешь охотиться на вкусных монстров.
— Нет! Кальдракоры остаются! — вдруг вмешивается зелёный.
— Ругук не нать! Друг ароший! — возражает Щелкунчик.
Ругук это, видимо, имя зелёного. Судя по размерам и тому, как он себя ведёт, он лидер стаи. Когда они с Щелкунчиком начинают спорить, кальдракоры вдруг разделяются на два лагеря. Родители Щелкунчика первыми встают за моей спиной, а вскоре к ним присоединяется бОльшая часть кальдракоров. Остальные встают за Ругуком.
Ясно. Одни наслушались Щелкунчика и хотят получить новый дом вместо этих унылых скал. Другие боятся перемен и хотят остаться с вождём.
— Так, стоп! Хватит спорить! — прерываю я ссору питомца с Ругуком.
Вся стая смотрит на меня, и я громко объявляю:
— Кто хочет пойти с нами — идёмте! Кто не хочет — оставайтесь! Вот так всё просто.