Орден Багровой бури. Книга 6 (СИ)

Что ж, сейчас выясним…
  
Глава 6
 
Петергоф, владения графа Ярыгина.
Гвардейцы Чернова замечают нас, но не спешат атаковать. Просто смотрят. Автоматы в руках, но пальцы даже не дрожат на спусковых крючках. Они не люди — марионетки.
У них всех одинаково пустые лица, будто у спящих. Метки Хаоса на скулах горят кровавым светом.
  
— Что делаем, глава? — спрашивает оператор, наводя орудие.
Я вздыхаю. Обидно, что они погибнут вот так, одурманенные Сатарионом. Они ведь даже не по своей воле пришли сюда, и даже не стремятся сразиться с нами. Ждут приказа от смертоедов, но, к сожалению, их уже не спасти. Это уже даже не люди. Единственное, что их ждет, если они останутся живы, так это смерть. Не от моей руки, так сами сгорят. Некоторым может не повезти еще больше и из них сделают смертоедов.
— Огонь ракетами, — приказываю я.
Ба-бах!
Ракетница, установленная на нашем броневике, называется «Молот». И не напрасно. Такое ощущение, будто по рядам одержимых гвардейцев ударили здоровенной невидимой кувалдой.
Снаряд врезается в центр их строя. Тела взлетают в воздух, как тряпки. В их рядах появляется дымящаяся брешь, но никто не кричит, не разбегается в поисках укрытия.
Гвардейцы Чернова просто… перестраиваются. Разорванные, горящие, с торчащими костями — вновь смыкают строй.
— Твою мать. Они что, уже мертвы? Это зомби? — сжимая пальцы на руле, бормочет водитель.
— Не совсем. Они одержимы и не чувствуют боли, — отвечаю я.
— Здесь багровые! Прикончите их! — раздаётся чей-то низкий булькающий голос.
Я отыскиваю того, кто отдал приказ. Здоровенный смертоед, похожий на помесь человека и жабы. Отвратительная тварь.
— Десант наружу и в бой! Оператор, скорострельным по смертоеду! Водитель, доложить в орден Стражей, подмога не помешает, — приказываю я.
— Есть! — откликается водитель.
— Есть… — цедит оператор, наводя орудие.
— Дальше вести стрельбу без приказа, — говорю я и выскакиваю из машины.
Броневик открывает огонь из скорострельной пушки. Артефактные пули пробивают магический щит смертоеда и рвут его тело на части. Монстр падает замертво, но приказ он уже отдал. Гвардейцы Чернова атакуют нас, а с другой стороны, несётся орава монстров.
— Вперёд! — выкрикиваю я и первым бросаюсь в бой. Струны уже наготове.
Первый гвардеец — молодой парень с меткой на щеке — стреляет мне в грудь. Пули отскакивают от астральной брони. Меч пронзает его насквозь, но он падает только когда струны выжигают метку.
Монстры врезаются в наш фланг. Один, с рогами как у быка, бьёт копытом по земле — светящаяся трещина бежит ко мне. Подпрыгиваю, и вонзаю струны в спину рогатому. Буквально разрываю тварь на части. Сегодня вообще нет настроения цацкаться.
— Гранатомёт! — кричит кто-то.
Разворачиваюсь и вижу двух гвардейцев со станковым гранатомётом. Ставлю прямо перед ними астральный щит, и выстрел убивает их самих.
— Продолжайте бой, я в поместье! — приказываю я.
Прорываюсь через ряды монстров, рубя всех встречных мечом и кромсая струнами тех, кто по флангам. На пути встаёт смертоед с четырьмя лапами, в каждой из которых зажата каменная дубина. Волосатая морда напоминает обезьянью — его что, со скалопитеком смешали?
Ладно, плевать.
Спокойно встречаю удар всех четырёх дубин. Они беспомощно крошатся об астральную броню, и монстр растерянно отступает.
— Сбежать хочешь? — замогильным голосом спрашиваю я.
Смертоед зачем-то кивает и пускается наутёк. Успевает пробежать всего пару шагов, прежде чем лишается головы.
— Тебе так больше идёт, — усмехаюсь я.
Дом окружён замковым щитом, но прочности наверняка осталось немного. Гвардейцы Ярыгина отчаянно отстреливаются, только вот по ним заметно, что они уже отчаялись.
Выпустив все струны Хаоса, я впитываю тёмную энергию из окружающего пространства, не переставя сражаться. Чёрная буря, окружившая поместье, стихает. В воздухе перестают мелькать молнии, земля уже не трясётся, и ураганный ветер стихает.
Выпускаю поглощённую энергию Хаоса, как таран. Он расшвыривает монстров в разные стороны, и пространство передо мной расчищается.
И тут я вижу его.
Сатарион стоит на холме, окружённый плащом из теней. Руны на его хитиновой броне светятся фиолетовым, взгляд чёрных глаз впивается в меня.
— Зверев! Ты опять встал на моём пути! — его голос грохочет, будто гром.
— Привыкай, — усмехаюсь я, запуская струны в него.
Князь-монстр исчезает, появляясь за моей спиной. Быстрый, зараза. Но я тоже на скорость не жалуюсь.
Резко развернувшись, встречаю Сатариона ударом струн. Он прячется за щитом Хаоса и гневно рычит:
— Как ты не поймёшь, Зверев! Ты уже проиграл! Пожиратель скоро будет здесь!
— Отлично. Я как раз намерен с ним встретиться, — отвечаю я и снова атакую.
Киреев уворачивается, телепортируясь туда-сюда, но я настигаю его везде. Он снова применяет то же заклинание, что и прошлый раз — печать в моей душе вспыхивает болью. Но я только смеюсь и твёрдо иду вперёд.
— И это всё? Больше ты ничего не придумал? — поднимая меч, спрашиваю я.
Сатарион смеётся, но в его смехе я слышу страх.
— До встречи, Зверев, — цедит он и исчезает, превращаясь в сгусток Хаоса.
Князь-монстр ускользает так быстро, что даже струны не успевают его поймать. Твою мать, да как он это делает?
Настроив астральное зрение, оглядываюсь и не вижу ничего необычного. Разве что каналы Хаоса. Неужели…
Да, похоже на то. Киреев способен перемещаться по созданным мной же каналам, обращаясь в энергию Хаоса! Вот это поворот. Значит, несмотря на пользу, каналы служат путями для одного из главных моих врагов.
Любопытно. Пока что я сделаю вид, что ничего не понял. Но, используя это знание, я смогу подготовить для Сатариона такую ловушку, из которой он ни за что не выберется.
Монстры и смертоеды, оставшись без командующего, начинают паниковать. Мои люди зажимают их между поместьем и холмом. Люди Ярыгина выступают им на помощь, покидая пределы купола. Гвардейцы Чернова падают, как подкошенные, когда метки на их лицах гаснут.
Присоединяюсь к добиванию монстров, а когда всё закончено, вкладываю меч в ножны и спрашиваю у своих:
— Потери есть?
— Никак нет. Четверо раненых, — докладывает сержант.
Киваю, глядя на поле боя. Тела, дым, лужи крови и кислоты. И тишина.
— Собирайте трофеи. Попробуйте привести в себя гвардейцев Чернова. Если будут в адеквате — обезоружить и взять в плен, но обращаться вежливо.
— Есть! — сержант отдаёт честь, и буреборцы приступают к выполнению приказа.
Иду к броневику, чувствуя тяжесть в ногах. Опять мне выспаться не дали. Ну ничего, восполню силы медитацией. Полноценный отдых мне в ближайшее время всё равно не светит.
Зато я узнал кое-что важное. Сатарион боится. Значит, мы близки к цели. А ещё я понял, как он перемещается. Анастасия Фёдоровна говорила, его видели в Москве, в Воронеже, в других городах европейской части империи… Именно там, где я и Мрак уже успели построить каналы.
Поэтому теперь я знаю, как поймать князя-монстра. А когда поймаю, то убью его.
Надо обязательно сообщить императору, что князь Чернов встал на сторону врага. С ним тоже предстоит расправиться, но я не расстроюсь, если это сделают спецслужбы или кто-то ещё. Даже противно теперь марать об него руки.
Это же насколько трусливым и подлым человеком нужно быть, чтобы заключить союз с Сатарионом? Уму непостижимо.
Ко мне подходит гвардеец Ярыгина и вытягивается в струнку:
— Ваше сиятельство! Я капитан гвардии графа. Примите мою личную благодарность за помощь в бою, — он кланяется.
— Пожалуйста. Вольно. Где Кирилл Родионович?
— Он сражался с другой стороны дома, ваше сиятельство. Прикажете позвать?
— Спасибо, сам найду, — отвечаю я и направляюсь к поместью.
Когда приближаюсь, замковый щит отключают и я вижу Ярыгина, идущего мне навстречу. Заметив меня, он ускоряет шаг. Лицо у графа бледное, руки трясутся. Похоже, он до сих пор не может поверить, что всё закончилось.