Проклятый молот (СИ)

Прикасаться к оружию я не рискнул. Веяло от него чем-то таким. Провёл ладонями над лезвиями, проникая вниманием внутрь. Однако. Сразу вердикт выносить не стал. Слишком уж необычно было то, что я увидел. Больше всего это напоминало вложенные магические структуры. Не просто железки, а артефакты.
— Это проклятые мечи, — сказал я вслух, одновременно с этим транслируя в голове образы для моего переводчика. — Они схожи. Делали их по схожим принципам. Точно не скажу, что именно они делают, но ощущаются голодными. Один из них молодой, а второй уже попробовал кровь. Необычное оружие.
  
Парень перевёл мой ответ. Кузнец поощрительно кивнул. Пригласил меня в кузню, обменяться опытом. Дальше мы с ним нашли общий язык и без переводчика. Основные слова, связанные с нашим делом, я успел изучить, а остальное… На одной волне общались же. Разобрались.
* * *
Как-то так моя жизнь в этом городе и началась. Чем это сопровождалось, я упомянул. Никто мне с ходу секреты не доверял. Да и не уверен я, что получилось бы так с ходу в них разобраться. Жрецы, у которых я жил, разбирались совсем в других вещах. Мастера бы не смогли им объяснить все секреты, а они не смогли бы передать их мне без искажений.
Поэтому я и окунулся со всем доступным рвением в местную жизнь. Погрузился в их язык. Ходил и знакомился с разными глохарцами. Ковал, ковал, ковал. Доказывал своё мастерство. Нарабатывал репутацию для дальнейшего общения. На это у меня где-то полтора месяца ушло.
Этого времени хватило, чтобы выяснить: глохарцы обладают двумя важными секретами. Первый мне показали изначально, на переговорах. Духи-призраки, что заключались в мечи. Сложно так с ходу оценить, насколько это полезно и будет ли это чего-то стоить против хотя бы меня, одарённого с хорошим количеством звёзд. Я уж молчу про профессиональных воинов, магов и военных с Земли, у которых и соответствующие техники с заклинаниями подобраны. Сможет ли подобный дух пробить обычный доспех? Если нет, то его полезность для меня околонулевая. Но тут какое дело. Я уже знал, что данная тема против меня бесполезна, так как успел подраться на поверхности. Но ведь любую технологию можно улучшить. Если я смогу создавать артефакты, в которых будет содержаться боевая сущность, это частично решит мою проблему сражений. Заменит использование оружия и заклинаний. Ну и тот факт, что я в принципе не представлял, как такое можно осуществить, говорил о том, что как минимум я могу значительно расширить свой кругозор, узнать какие-то новые подходы, иной взгляд на артефакторику. Сложно переоценить важность этого. Именно такие моменты и отличают обычных специалистов от уникальных мастеров. Много кто имеет возможность поучиться в лицее, где я школьную программу освоил. Но многие ли рискнут отправиться в другие миры? То-то же.
Этой темы мы пока не касались. Это только кажется, что можно прийти к чужому народу и с ходу освоить их секреты. Страхи, экономическая целесообразность, коммерческая тайна, предубеждения, незнание языка и даже расизм. Мне приходилось через всё это продираться.
С Каргхорфаром мы условились, что я сначала освоюсь, а потом уже возьмусь за большие дела. Поэтому продвинутых тем я не касался. Ни секрета заключения сущностей в артефакты, ни второго направления, на котором специализировались глохарцы. Конкретно — работа с проклятиями. Проклятость этого народа была для них табу или, быть может, никто не хотел открывать эту часть тайны именно мне. Освоившись, с каждым днём я стал замечать всё больше. Не в плане каких-то деталей, а в плане ощущений. Уловил что-то родное, не иначе. Проклятие, если подумать, в сути своей, есть искажение. Вмешательство в реальность. В моём случае это целые плотины, которые меняют течение рек. В случае глохарцев масштаб был куда меньше. Не плотины, а отдельные камни, которые не заставляют реки бежать в другом направлении, но доставляют самые разные неудобства. К сожалению, в чём именно их проклятия выражаются, я так и не узнал. Ощущались они у каждого глохарца по-разному. Постепенно я научился определять «вес» проклятий. С удивлением обнаружив, что сегодня у одного кузнеца одна тяжесть, а на завтра — совсем другая, куда ниже.
Каким-то образом они работали с проклятиями, использовали это в ковке и могли перенаправлять их в металл.
Стоит ли говорить, что меня эта тема очень заинтересовала?
Поэтому я и пахал следующие полтора месяца, методично нарабатывая контакты и репутацию, изучая язык и готовясь к тому, чтобы окунуться в чужие тайны и поставить их себе на службу.
Для чего надо было сделать один решительный шаг. Спуститься в глубины горы и поубивать монстров, что там обитали.
  
Глава 6
 
Когда Фонарик изобрел и служанку завербовал
 
Каждое своё утро я начинал с того, что выходил во двор и как следует разминался. Работа в кузнице способствует развитию физической мощи. Спины, плеч и рук. Ногам нагрузки достаётся куда меньше, из-за чего формируется дисбаланс. Который я и старался исправлять в меру своих сил и возможностей. Разминался, тянулся как следует. Не то чтобы я подходил к этому делу серьёзно. Мог и подурачиться, исполняя всякие трюки, типа отжимания на пальцах, балансируя на краю забора. Бой с тенью тоже входил в список утренней программы. Ничего такого. Пусть я вовсе и не боец в этой жизни, но даже по моим меркам это утреннее занятие не тянуло на серьёзную тренировку. Чего не скажешь о глохарцах.
Первые две недели те, кто жил в доме, стабильно за мной подглядывали. Особенно женская часть. Сейчас тоже бывало, но интерес поугас. Если не считать Фло. Та изучила мои привычки, вставала ещё раньше меня (а я и так раньше всех поднимался), смотрела за тренировкой и приносила мне ковш умыться, как заканчивал.
Сегодня был день-исключение. Фло решила проявить беспокойство.
— Господин, вы сегодня идёте вниз?
Чужой язык… Ох. Я привычно напрягся, стараясь уловить каждый звук. Третий месяц тут. Полтора здесь и две недели в первом поселении, где я остановился. Этого слишком мало, чтобы полноценно выучить язык. Я осваивал по двадцать-тридцать слов в сутки. Фло помогала мне с произношением и с тем, как правильно строить предложения. Но всё равно ещё слишком многое оставалось за гранью моего понимания. В общении с кузнецами доходило до того, что я мог с кем-то час-другой спорить, пытаясь понять, что хочет донести собеседник.
Вот и сейчас задумался, что несёт её вопрос. Слово «господин» имело разные трактовки. Это я для себя перевёл привычным образом, как уважительное обращение. Гость, чужак, тот, кто выше. Чужой язык — та ещё головная боль. Язык глохарцев был куда проще, чем русский, но мне от этого как-то не легче.
— Да. Иду, — ответил я.
— Опасно, — сделала Фро строгое лицо.
Вот опять. Знай я хорошо язык, отшутился бы, сказал, что мне не привыкать. Но слово «привыкать» я пока не изучил.
— Я сильный. Справлюсь. Зачем переживаешь?
— Там опасно, — повторила она. — Там тёмная богиня. Она ест наш народ. Не ходите туда.
Сказала она это всё заговорщицким шёпотом, будто сообщала мне секретные данные.
— Не могу не идти, — улыбнулся я. — Всё будет хорошо.
Наверное. У меня. Не у других. Но тут как пойдёт.
За этот месяц я узнал, кто такая Фло. Она входила в это семейство. Была дальней родственницей главы, ну, или главного жреца. Что-то из серии дочери троюродного брата главы. Общество это кастовое. Род-клан держал власть за счёт уникальной магии разума. У Фло дара не обнаружилось. С их точки зрения, как я понял, она генетический мусор. Ей доступна только одна роль — быть прислугой до конца жизни. Замуж ей за кого-то достойного не выйти. Из-за дефицита ресурсов право на размножение давали только самым полезным.
Эта история могла бы сложиться совсем по-другому, если бы родители относились к своему ребёнку с любовью, но её мать погибла от какой-то болезни, а отцу было откровенно плевать. Если не сказать — хуже, чем плевать. Как-то так и вышло, что Фло в рамках семьи и общества не имела никаких прав, и гнобили её все, кому не лень. А не лень было многим.