Побег от соблазна, или Встретить Его и не узнать! (СИ)

Но, не выдержав, продала и нарушила закон. Мой брат так рвался выкупить меня, чтобы выдать замуж за своего друга и тем, самым получить часть земель нашего отца. После смерти папы мне подло лгали. И самое обидное, мне лгала Изабель. Моя сестра изначально знала о заговоре против меня и ничего не сказала. Я верила ей, как никому другому и ближе её у меня никого не было.
Я смеялась, как сумасшедшая. Надо же моя семья достала меня и в суровом крае дикарей. На что только не пойдут такие мелочные и жадные люди, чтобы получить тринадцать серебряников.
Той же ночью я рассказала всё Ричарду. Он молчал, слушая историю моей жизни. Но, когда дело дошло до лейтенанта Аркетта и его роли в афере с моим приданым, полковник сжал кулаки так сильно, что костяш-ки на его пальцах побелели.
— Он пожалеет, что посмел даже думать о такой подлости, — прошипел мой «муж».
— Ричард, наши репутации на кону. Лейтенант Аркетт способен уни-чтожить нас, — предостерегла я его.
— Может, Лили, — его губы исказила злорадная ухмылка, — но этот мальчишка не жил при дворе, а там главное уметь использовать знание недруга о тебе во благо себе же.
Я была не настолько сведуща в интригах королевского двора. Если честно, то моя наивность и вера в людей притупились только после выпав-ших на мою долю испытаний. Не случись этого со мной, то я бы так и осталась игрушкой в руках жестоких кукловодов.
Лейтенант Аркетт думал использовать мои мечты о свободе в ковар-ных планах моего брата. Но, мы с полковником переиграли его. Для самозванца было разыграно целое представление. Даже подключили сержанта
Виллоу. Изначально я была против, чтобы вмешивать кого-то чужого в на-159 ши тайны, но Ричард заверил, что доверяет сержанту, как самому себе.
Солдат не раз прикрывал ему спину. К тому же Виллоу лишён всяких ам-биций и равнодушен к золоту, что большая редкость в наши дни. Полковник Монтгомери предлагал сержанту звания, но тот отказывался говоря:
— Чем выше чин, тем больше проблем с ним и ответственности.
По мне, лучше служить, а не выслуживаться.
Такой человек достоин уважения. И я его уважала. В нём действительно благородства больше, чем во всех вместе взятых лордах, герцогах и графах.
На следующее утро сержант Виллоу разыскал самозванца. Это не составило труда. Форт не город. Мой жених заночевал у солдатской вдовы.
Лейтенант Аркетт приободрился, услышав, что полковник Монтгомери требует его к себе. О причине вызова Филипп догадался сразу.
В кабинет лейтенант Аркетт входил с видом победителя, гордо подняв подбородок. Он остановился посередине комнаты, и широко расставив ноги, уверенно сжимал пальцами рукоять шпаги.
Я сидела на кресле рядом с письменным столом Ричарда, а он, как подобает возмущённому мужу, стоял, сложив руки на груди, и ждал объяснений от наглеца.
— Я бы поздоровался с вами, лейтенант Аркетт, но в сложившийся ситуации здоровья вам не желаю, — начал разговор мой «муж».
— Понимаю, сэр, — таким же тоном ответил и самозванец, — на вашем месте, я бы тоже был не рад.
— Это хорошо, что вы понимаете, лейтенант. Значит, принесёте извинения мне и моей жене по собственной воле и без принуждения, — роль оскорблённого мужа Ричарду давалась превосходно.
Я надеялась, что когда придёт время мне вмешаться, мои актёрские способности тоже будут на высоте.
— Вы, видно, не понимаете, сэр Монтгомери, что извинятся должны вы, а не я, — голос Филиппа был все ещё спокоен, но уже чувствовалось его замешательство в происходящем. — Это вы украли у меня невесту и выдаёте её за свою жену.
Ричард заиграл желваками. Глаза прищурились. Казалось, что ещё мгновение или неосторожное слово из уст лейтенанта и полковник схва-тится за шпагу.
— Сколько вам заплатил Кристофер Дарлингтон за эту ложь, лейтенант?! — спросил теряющий терпение Ричард.
— Это не ложь, полковник! — продолжал настаивать самозванец. — Я
жених Лилии Магдалены Дарлингтон!
— Вы лжёте, лейтенант Аркетт! — встав с кресла, вмешалась я. — Мой отец говорил, что отправил оригиналы бумаг, подтверждающие моё право на приданое и наследство моему жениху в Лондон, но у вас их нет.
 
Глаза самозванца округлились. Теперь он был к этому не готов. Мы застали его врасплох своими обвинениями.
160
— Бумаги есть, но они в надёжном месте в Сент-Огастине. Не мог же я взять собою такие ценные документы, как брачный контракт и ваши освободительные бумаги, Лили, — уже не так уверенно говорил он.
— К моей жене, требую обращаться — миссис Монтгомери! — стальным голосом сказал Ричард.
От неожиданности лейтенант Аркетт чуть качнулся назад и, как мне показалось, побледнел. Думаю, именно в эти мгновения он понял, что проиграл. И я поставила последнюю точку в его крахе.
— Я помню вас, лейтенант Аркетт. Будь у вас бумаги, вы прекратили бы торги, но стояли с моим братом и наблюдали, как повышают ставки. Вы не тот за кого себя выдаёте.
Это было моё предположение и довольно опасное. Я до конца не была уверена, что тот офицер и есть лейтенант Аркетт. Мои слова могли разрушить весь наш план по устранению самозванца. И когда увидела рассеян-ность в глазах «жениха», чуть не закричала от радости. Это он! Он стоял с Кристофером.
Я думала, моё сердце выпрыгнет из груди. Так сильно оно колотилось.
— Вы знали кто я, с самого начала, мисс Лилия, и так коварно играли со мной, — опуская глаза, сквозь зубы процедил офицер.
— Я уже сказал, как обращаться к моей жене, — повторил свои слова
Ричард.
— Она вам такая жена, как мне невеста, — усмехнулся самозванец.
— Ошибаетесь, лейтенант, — подходя ко мне, сказал «муж». — Лилия моя жена. Я дал ей свободу и нас поженили на корабле. Капитан корабля — мистер Рэндел, совершил обряд. Запись есть в судовом журнале.
Пришло время выйти на сцену сержанту Виллоу, что он и сделал.
— Я подтверждаю слова полковника Монтгомери. Я был свидетелем.
Лейтенант Аркетт и вовсе поник. Поймали на лжи! Нас же уличить в этом невозможно. Ричард продумал всё до мелочей. Даже запись в судовом журнале недоступна, если у Аркетта и моего брата возникнет желание проверить правдивость наших слов. «Анна-Мария» сейчас где-то в водах
Тихого океана и держит курс в Австралию.
— Итак, я повторяю свой вопрос, лейтенант Аркетт, — в голосе полковника отчётливо слышались нотки брезгливости. — Сколько вам заплатил брат моей жены?
Филипп опустил глаза в пол. Думаю, он тоже расслышал в интонации полковника презрение к себе. Ну, что же заслужил.
— Мы служили с Кристофером в одном полку. Несколько месяцев назад он обратился ко мне за помощью, — начал свою исповедь несостояв-шийся шантажист и аферист. — У него возникли некоторые затруднения с наследством.
Наверно, это неправильно, но услышав про затруднения своего брата, я ехидно усмехнулась. У него всегда были затруднения, касающиеся денежных средств. Единственным днём, когда их не было, это день смерти
161 нашего общего отца. Но, перебивать друга Кристофера не стала.
— Весной этого года Кристофер проигрался по-крупному. Требовали вернуть долг. Он заложил плантацию. Деньги получил в банке, но вовремя отдать не смог. Плантацию собирались забрать в уплату долга и продать с молотка. Я не знаю, как он добился отсрочки выплаты, но ему дали полгода. Кристофер хотел продать часть наследства, оказалось, что самая прибыльная плантация ему не принадлежит. Она записана, как ваше приданое, миссис Монтгомери, — лейтенант Аркетт посмотрел на меня. — Он пытался подделать завещание. Ничего не вышло. Ваш отец не хранил до-ма оригиналы ценных бумаг.
Это правда Эдмунд Дарлингтон доверял только своему адвокату мистеру Фримену, и другу в Лондоне.
— Вот тогда Кристоферу пришла идея выдать вас замуж за человека, который отпишет ему всё, как новый хозяин плантации.
Говоря всё это, лейтенант напоминал мне побитую и скулящую собаку.
Глаза виновато бегали то на меня, то на полковника. Он боялся. И ему бы-ло чего и кого опасаться.