Страна Советов. Забытые вожди
Но на секретной московской квартире подпольщики были захвачены с поличным – печатным станком и наборной кассой. Анатолия Луначарского поместили в одиночную камеру Таганской тюрьмы, где ему предстояло провести восемь месяцев.
Для молодого человека, полного сил и энергии, арест стал тяжелым испытанием. Из-за плохого питания и отсутствия свежего воздуха он потерял сон и не спал целыми неделями. Однако ясность мысли от этого, казалось, только возросла.
Заключенным разрешалось выписывать в камеру книги, и Анатолий сполна воспользовался этой возможностью. В ожидании приговора он прочитал целую библиотеку и сам начал писать стихи, рассказы, философские сочинения.
Позже Луначарский будет вспоминать эти месяцы как один из поворотных моментов своей жизни. Именно здесь, в Таганской тюрьме, он сформулировал идеи, которые на долгие годы определили его мировоззрение.
Философская система Анатолия Луначарского получила название богостроительства. Наиболее полно она была представлена в его двухтомном труде «Религия и социализм». Отрицая существование бога, Луначарский утверждал, что христианское и социалистическое мировоззрения содержат много общего. Он считал, что в будущем атеистическом обществе люди будут по-прежнему нуждаться в высших идеалах, таких как творчество и созидательный труд. Идеи богостроительства заслужили резкую критику со стороны Владимира Ленина, который обвинял Луначарского и его сторонников в утопизме и отходе от марксистских принципов. А Георгий Плеханов даже дал ему язвительное прозвище Блаженный Анатолий.
Тем временем «Дело о преступной пропаганде среди рабочих в городе Москве», по которому проходил Луначарский, затягивалось. Во время допросов Анатолий отрицал свою связь с революционерами, а обвинению так и не удалось доказать его причастность к составлению и печати листовок. В итоге его выпустили из тюрьмы, отдали под особый надзор полиции и запретили проживать в Москве и Санкт-Петербурге.
Попробовав себя в подпольной работе, Луначарский скоро вернулся к литературным занятиям. Он не ощущал в себе задатков бойца и все больше времени посвящал публицистике.
Через год Луначарский снова был арестован – на этот раз в Киеве. Поводом для заключения под стражу стало чтение доклада о норвежском драматурге Генрике Ибсене на собрании, которое жандармы приняли за подпольное революционное. И хотя правда быстро обнаружилась, докладчика все же признали угрозой для общественного спокойствия и выслали в Вологду.
Из заключения прокурора Киевской судебной палаты от 11 мая 1901 года:
«<…> несомненно, что Анатолий Луначарский представляет собою установившуюся личность, в смысле русской государственности политически неблагонадежную».
От природы Луначарский был наделен большим обаянием. Он быстро сходился с людьми, умел очаровывать женщин и сам нередко влюблялся. Однако мимолетные романы не оставляли в его душе большого следа. Луначарский долгое время сторонился серьезных отношений и к 27 годам оставался одиноким.
Все изменилось, когда он прибыл в Вологду. В этом старинном русском городе среди множества других ссыльных жил его друг и единомышленник Александр Малиновский, известный под псевдонимом Богданов. С ним делила квартиру 19-летняя сестра Анна. Подобно брату, она была убежденной социалисткой и увлекалась сочинением фантастических романов.
Многим эта хрупкая девушка, почти девочка, казалась некрасивой, но Анатолий не мог отвести от нее взгляда. В Анне было что-то более важное, чем внешняя красота. Ее глаза светились умом, добротой, а главное, глубоким внутренним спокойствием, которого так не хватало Луначарскому.
Спустя всего лишь три дня после знакомства он сделал Анне предложение. Здесь же, в Вологде, они обвенчались. Жену Луначарский ласково называл Анютой, а свои статьи начал подписывать псевдонимом Анютин.
В 1904 году, после того как истек срок ссылки Луначарского, супруги уехали в Париж. Когда девять лет назад Луначарский впервые оказался в Европе, он был жадным до новых впечатлений, восторженным юношей. Теперь – известным теоретиком, сотрудником серьезных журналов. Он мог претендовать на заметную роль в социал-демократической партии – РСДРП. Но к тому времени сама партия раскололась на две противоборствующие группы – большевиков и меньшевиков. И Анатолию Васильевичу предстояло решить, чью сторону он займет в этом идейном конфликте.
Разделение РСДРП на две фракции состоялось в 1903 году в Лондоне, на II съезде партии. Большевиками стали называть сторонников Владимира Ленина, который выступал за превращение партии в боевую организацию, ставящую своей целью осуществление пролетарской революции. Меньшевики – сторонники Юлия Мартова – разделяли традиционные взгляды европейских социал-демократов и не верили в то, что российское общество в ближайшие годы будет готово к революции.
Приехав за границу, Луначарский надеялся примирить противников и вернуть партии единство. Все изменило личное знакомство с Лениным. Лидеру большевистской фракции хватило десяти минут, чтобы склонить Анатолия Васильевича на свою сторону.
Большевики нуждались в таком человеке, как Луначарский, – легком на подъем, умеющем воспламенять словом. Он начал регулярно выступать с докладами перед русскими политэмигрантами. За несколько месяцев Луначарский объехал Швейцарию, Францию, Бельгию, Германию – и всюду с блеском защищал ленинские идеи, находя самые убедительные аргументы в дискуссиях с меньшевиками. Тогда же Луначарский стал сотрудником большевистской газеты «Вперед». На ее страницах он публиковался под новым псевдонимом – Воинов.
Впрочем, современники признавали, что Анатолию Васильевичу гораздо больше подходит прозвище, которое дал ему Ленин, – «миноносец Легкомысленный». Лидер большевиков имел в виду, что Луначарский при всей внешней строгости не мог скрыть мягкости характера. Однако за ленинской иронией стояло искреннее восхищение ораторским талантом и колоссальной эрудицией Анатолия Васильевича.
Тем временем в России наступило время больших потрясений. В январе 1905 года страну охватила серия забастовок, которые вскоре переросли в вооруженные восстания и получили название Первой русской революции.
Ее начало застало Луначарского за границей. Он находился во Флоренции, где изучал итальянскую литературу и живопись. Но в октябре 1905 года прервал свои занятия и выехал в Санкт-Петербург. Он считал, что должен находиться там, где народ борется за свои права. Ведь слово может быть не менее действенным оружием, чем револьвер или винтовка.
К тому моменту некоторые цензурные ограничения были сняты, и большевики получили возможность издавать свою первую легальную газету. Она называлась «Новая жизнь».
В редакцию «Новой жизни» вошли Ленин, Луначарский, а также целый ряд крупных писателей: Леонид Андреев, Константин Бальмонт, Виктор Вересаев. Но самым знаменитым из них был Максим Горький, который давно симпатизировал большевикам и на долгие годы стал близким другом Луначарского. Тираж газеты вскоре составил огромное по тем временам число – 80 000 экземпляров.
Однако в конце 1905 года революция уже шла на спад. После нескольких месяцев растерянности старое правительство сумело взять ситуацию в стране под контроль. Газета была закрыта, рабочие восстания подавлены.
Против Луначарского было возбуждено уголовное дело. Его обвиняли в революционной пропаганде и агитации. Тогда по совету своего адвоката Анатолий Васильевич вернулся в Европу. Чтобы пережить поражение революции и собраться с мыслями, он принял приглашение погостить у Максима Горького, который снимал виллу на острове Капри, неподалеку от Неаполя.
Здесь, на утопающем в зелени морском курорте, в семье Луначарских случилась трагедия. Их первенец, которого, как и отца, звали Толей, умер от неизвестной болезни, прожив всего полгода. Супруги, верные атеистическим взглядам, отказались от церковного отпевания. Вместо этого Анатолий Васильевич прочитал над гробом сына стихи Константина Бальмонта: