Точка Лагранжа (Сборник)
— Моя жена Мария, — представил ее хозяин. — Мария, это сеньор Анненков, о котором ты уже, несомненно, слышала от Ника. Еще один твой соотечественник, дорогая. Да, да, Мария у меня тоже русская, ее родители переехали в Южную Америку еще до войны с немцами…
— Очень рада, сеньор Анненков, — Мария улыбнулась, показав ослепительно-белые, ровные зубы. — Я почти не говорю по-русски, совсем все забыла…
Акцент у нее и вправду был ужасный.
— Что вы, — капитан поймал ее тоненькую ладошку, поднес к губам и осторожно поцеловал. — Мне кажется, я вновь очутился в салонах Санкт-Петербурга!
— Это заслуга Ника, — Мария кокетливо стрельнула глазками в Стеллецкого. — Он заставляет меня упражняться в русском языке ежедневно!
— Теперь у тебя будет еще один собеседник, сердечко, — мягко перебил ее дон Луис, беря Анненкова под локоть и подводя его к брюнетке. — Познакомьтесь, это моя кузина, сеньорита Миранда Эстефания Гарсия Кордеро.
Сеньорита Миранда протянула капитану узкую, унизанную золотыми браслетами руку.
— Вот и новая жертва «Холодной горы», — без улыбки произнесла она, вглядываясь в лицо Анненкова своими непроницаемо-черными глазами. — Вы, должно быть, не знаете, сеньор, — каждый, кто попадает сюда, остается здесь навсегда. Это место проклято.
«Ого! — подумал капитан. — А дамочка-то с норовом!»
— Не сомневаюсь, — сказал он, прикладываясь к ручке Миранды. — Куда можно уехать от таких божественно прекрасных женщин?
Брюнетка одобрительно усмехнулась.
— Что ж, не принимайте это так близко к сердцу — я пошутила.
— А я — нет, — капитан наконец отпустил ее ладонь. — Я был серьезен как никогда.
— Русские офицеры очень галантны, — быстро сказала Мария. — Ах, как я жалею, что не побывала в Санкт-Петербурге до этого ужасного переворота! Папа рассказывал мне, какая в те времена интересная была жизнь… Балы, светские рауты… Мой папа был дипломатом, служил в консульстве в Бразилии. Он часто вспоминал, какую шикарную жизнь они вели в Петербурге с мамой. С тех пор я иногда вижу сны о России… о той, прежней России…
— Мария у нас мечтательница, — снова извинился дон Луис. — Вечно витает в облаках. Я для нее даже башенку специально выстроил в саду — чтобы сидела поближе к небу и мечтала…
Неслышно приблизился слуга с подносом, на котором стояли наполненные золотистым шампанским бокалы.
— Не подумайте дурного, — Миранда взяла бокал и снисходительно поглядела на покрасневшую Марию. — Она мечтает вовсе не о рыцаре на белом коне, тем более что такой рыцарь у нее уже есть. — Быстрый, как укол рапиры, взгляд в сторону де Легисамо. — Заветное желание нашей маленькой принцессы — вернуться в эту ужасную холодную Россию. Скажите, Юрий, правда ли, что у вас там на улицах лежит такой же снег, как здесь на вершинах высоких гор?
Анненков наклонил голову, давая понять, что оценил юмор Миранды.
— Не сомневаюсь, сеньорита, что вы уже спрашивали об этом моего друга Ника. И он наверняка дал вам самые исчерпывающие ответы. Отчего же вы ему не верите?
Брюнетка сделала крошечный глоток шампанского.
— Во-первых, я вообще не очень доверяю мужчинам. Спрашивая нескольких мужчин об одном и том же, можно добиться, по крайней мере, приближения к истине. А во-вторых, дорогой Юрий, неужели вы способны заподозрить меня в банальности? Ника я довожу расспросами о том, ходят ли по улицам русских городов дикие медведи.
— Это правда, — расхохотался Стеллецкий. — Всю душу уже из меня вынула медведями своими!
— Ни за что не поверю, что столь прелестная сеньорита способна вынуть из тебя душу, — Анненков со значением посмотрел на Миранду. — Тем более что у тебя ее, как известно, нет!
Бокал с шампанским выпал из пальцев Марии и звонко разлетелся на куски у ее ног.
— Простите меня, — пробормотала побледневшая девушка. — Я такая неловкая…
— На самом деле неловок я, — смутился капитан. — Мог бы поймать бокал на лету.
— Для этого, мон шер, нужно было на него смотреть, — ехидно заметил Стеллецкий. — Хотя бы краем глаза.
«Неужели ревнует? — подумал Анненков. — К Миранде? Вот так номер!»
На несколько мгновений в гостиной воцарилась та особая неловкая тишина, которая способна испортить даже самый приятный вечер. Положение спас хозяин дома, с учтивой улыбкой поклонившийся маленькому крепышу, затянутому в расшитый серебром мундир.
— Дамы и господа, позвольте представить вам майора Хорхе Гутьерреса. Этот блестящий офицер выполняет в наших краях специальное поручение правительства. Мы встретились сегодня на водопадах, и сеньор Гутьеррес оказался столь любезен, что принял мое приглашение присоединиться к нашему обществу.
— Сеньоры и сеньориты, — хрипловатым баритоном проговорил майор, кланяясь. — Польщен и очарован. Нет, не очарован — ослеплен!
— Что за специальное поручение? — сразу же поинтересовалась любопытная Миранда. — Или это секрет?
Жесткие усики Гутьерреса слегка шевельнулись.
— Никаких секретов, во всяком случае, от вас, богини! Я занимаюсь картированием местности. Геодезическая съемка. Звучит скучно, я знаю, но уверяю вас, это настоящее приключение. Не далее как два дня назад я вернулся из ущелья Уанкай, если вам о чем-то говорит это название…
По-видимому, ущелье и впрямь пользовалось у обитателей поместья дурной славой, потому что Мария ахнула и прикрыла рот тонкой ладошкой, а Миранда удивленно подняла брови. Гутьеррес, явно довольный произведенным на дам впечатлением, повернулся к Анненкову и Стеллецкому.
— Сеньоры, прошу меня извинить. Я не успел представиться…
— Ничего страшного, майор, — вальяжно прого-ворил Ник. — За вас это уже сделал наш хозяин. Полковник Стеллецкий, капитан Анненков, к вашим услугам. Так что вы там рассказывали про Уанкай?
Де Легисамо тронул Анненкова за локоть.
— Ущелье Уанкай считается в наших краях гиблым местом. Поживете у нас подольше — услышите про него много жутких историй. А пока прошу меня извинить — с минуты на минуту должен прибыть фон Корф…
— …целые россыпи костей, — достиг ушей капитана напористый баритон Гутьерреса. — В основном, конечно, животного происхождения, но среди них я заметил и несколько человеческих. Все они были превосходнейшим образом обглоданы…
— Какие ужасы вы рассказываете, майор! — воскликнула Мария. — Здесь же дети!
— Тетя Мария, — еле слышно пробормотал чей-то смущенный голосок. — Я уже не ребенок…
— Лаура, — вмешалась Миранда, — тебе и впрямь незачем слушать подобные истории. Давай-ка лучше я познакомлю тебя с нашим новым гостем, капитаном Анненковым.
Капитан медленно обернулся. Миранда едва ли не силком тащила к нему худую смуглую девочку в пышном белом платье. Платье было роскошное, расшитое крупным жемчугом, вот только с полудетской внешностью своей хозяйки оно совершенно не сочеталось. Анненкову приходилось видеть, как удачно подобранные наряды меняют облик девочек-подростков, делая их взрослее и соблазнительнее, но здесь был явно не тот случай.
— Сеньор капитан, — Миранда говорила подчеркнуто серьезно, но в глубине ее темных глаз мелькали веселые искорки. — Разрешите представить вам любимицу нашей семьи, юную Лауру Крус Сауро де Легисамо.
Любимица семьи смотрела себе под ноги и поднимать глаза на капитана явно не собиралась.
— Это вы были на галерее? — спросил Анненков. — Прятались за виноградными лозами?
У Лауры покраснели уши.
— Почему вы так решили? — тихо пробормотала она. — Вам тетя сказала?
— Я вас видел, сеньорита. Солнце как раз освещало галерею, а ваше прекрасное платье просвечивало сквозь листья.
Девочка закусила губу.
— Так я и знала! Ненавижу это платье! Ненавижу!
— Лаура! — строго произнесла Миранда. — Пожалуйста, веди себя как подобает воспитанной девушке. Что подумает о нас сеньор Анненков?
— Если бы не вы, кузина, — казалось, Лаура с трудом сдерживает слезы, — если бы не вы, я бы никогда не надела это ужасное платье… никогда в жизни!