Сказка (не) про нас (СИ)

— По поводу машины я уже договорился — её отгонит эвакуатор. А вот усталость… — мужчина показательно призадумался, — могу сделать массаж.
— Что ты сделал с моей машиной? — уточнила я, пропуская мимо ушей пошлость про массаж.
— Котёнок, всего лишь отогнал к твоему дому. Пожалуйста, давай просто поговорим и поужинаем, — серьёзно и пристально пронизывал меня взглядом Тимур.
Он попросил, сказал «пожалуйста». Прекрасно знаю, что просьбы ему обычно не свойственны. Именно поэтому в очередной раз сдаюсь, присаживаясь на переднее сиденье его чёрного Мустанга. Сидеть в спортивной машине было непривычно, всё же она была значительно ниже моего Фольксвагена и уж тем более Славиного Форда. Однако в этой тачке определённо имелся свой шарм. Шарм по имени Тимур. Его запах так и витал в салоне, заставляя меня как можно глубже вдыхать.
— Я заказал нам столик в грузинском ресторане, — не спрашивает, а ставит в известность Омаров.
— Люблю грузинскую кухню, — призналась ему, замечая, как Тимур расслабляется. — Я тоже, — искренне улыбнулся он, продолжая вести машину.
Кажется, я открыла для себя новый вид искусства — вождение от Омарова Тимура. Его обращение с автомобилем. В меру дерзость и смелость, не позволяющая особо грубо нарушать правила дорожного движения. Кажется, я снова таю, как в школьные годы от присутствия с ним за одной партой.
— Ты улыбаешься, — подметил он.
— Вспомнила школу.
— М-да, хорошие были времена.
— Особенно у некоторых тут, — нахмурилась я, так как вместе с приятными воспоминаниями прошлых лет тут же вернулись и другие: пьяный Тимур, Тимур-двоечник, драчун Тимур, бабник Тимур и многое другое. В особенности его непревзойдённый игнор и наши потасовки в средней школе.
— А об этом мы как раз сегодня и будем беседовать, — с прищуром смотрел он на меня, умудряясь при этом ловко маневрировать на парковке.
Выходя из машины, я всё-таки не смогла удержаться от комплимента:
— Классная тачка, — искренне подметила я.
— Сам заработал, — улыбнулся Тимур, увлекая меня ко входу.
Семья Омарова была не из бедных, в нашем родном городе его родителей знали многие. Ещё бы — мама одна из лучших в стране преподавателей физики, а у отца фармацевтический бизнес. Однако, несмотря на все эти достоинства, я и сама прекрасно догадывалась, что на радости жизни Тимур уже давно зарабатывает сам. Ещё со школьных лет он старался быть финансово независимым и во многом был более самостоятельным, чем его сверстники, в силу постоянной занятости родителей. Возможно, такая самостоятельность и осознанность в мальчишке и стали спусковым крючком для моей неисправимой влюбленности в него.
Столик наш был в уединённом шатре, что сразу же взбудоражило меня из-за мысли остаться с предметом многолетних воздыханий наедине. И вообще… вчера меня поцеловали, сегодня о машине позаботились и поужинать привезли. Это что такое происходит?! Будь я подростком — пищала бы от радости. Теперь меня такое поведение настораживает, особенно после вчерашних слов, когда Тимур выдал свои истинные намерения.
Так, нужно срочно брать свои чувства под контроль, а не расплываться при виде его обворожительной улыбки. Вновь обжечься совершенно не хотелось, а потому лучше не доверять такому человеку, как Тимур. Вернее, довериться ему-то как раз можно во всём… кроме любви.
  
Глава 21
 
После сытного и вкусного ужина мы наконец приступили к долгожданному разговору.
— Я вчера… — Тимур замялся, вздохнул, но всё же смело продолжил, — короче, глупость я вчера сказанул. Ты для меня не просто девочка — очередное желание. Ухаживать за тобой хочу, общаться, время проводить вместе и всё такое.
Как пятиклассник, ей-богу. Перед мной точно самый завидный бабник школы и всего Кирова? Взволнованная речь и лёгкое смущение вызывали умиление.
— И я должна тебе поверить? — поднимая правую бровь, с издёвкой спросила у него.
— А я тебя ни разу не обманывал. Избегал, порой цеплялись мы в школе, но ни разу я твоих чувств не унизил — лишь молча давал понять, что не могу ответить взаимностью.
 
И прав ведь он, вот только мне от этого совсем не легче, потому отвечаю:
— Я понять не могу, Тимур, — придвинулась ближе к столу, — ладно в Кирове, но в Москве что, тоже длинноногие модели закончились?
Мужчина нахмурился, было видно, что издёвки оскорбляют его, но он старательно держал себя в руках.
— Перерос, — на что в ответ получил лишь мой недоверчивый взгляд. — Значит, добровольно сдаваться ты не собираешься?
— Сдаваться? А у нас война? — заключая руки в замок на груди, поинтересовалась у мужчины.
— У нас, надеюсь, чувства.
— Чего?! — лицо моё искривилось непонимающей улыбкой.
— Того! — Кто-то явно был на взводе — и это точно не я, — потому что наблюдать за таким потерянным ухажёром сплошное удовольствие.
— Тимур, дорогой, пора бы тебя уяснить, что я дама с очень и очень хорошей памятью. А потому каждый раз при виде тебя я вспоминаю и те времена, когда звонила, писала и тянулась к тебе. И как ты в тот момент променял мои искренние чувства на развлекуху и баб.
— Катя, мы даже не встречались тогда, да и сколько мне лет-то было…
— И что? — строго перебила его я. — Это как-то должно изменить моё отношение к тебе?
— Вообще-то да, — искренне выдал он.
— Не знаю. Мне пора. — Конечно, я понимала, что в словах Тимура есть доля истины, но и видеть его таким сейчас бальзам на сердце. Терзания влюблённого определенно доставляли мне удовольствие.
— Я отвезу, — пробубнил он мне вслед.
— Как хочешь, — стараясь спрятать улыбку, ответила я недоумевающему мужчине.
Уже в машине Тимур всё-таки продолжил нашу странную беседу:
— На завтра ничего не планируй, я подготовил для тебя сюрприз, — выруливая с парковки, ошарашил он меня.
— Не могу, я занята, — тут же выдала ему.
— Завтра суббота, соответственно, работы у тебя нет. Встречу с Аней в случае чего можно передвинуть. Парня, кстати, теперь у тебя тоже нет, — самодовольно улыбнулся он.
— С работой и Анькой всё понятно. Но про парня-то ты откуда узнал?! — искренне недоумевала я.
— Значит, реально его больше нет? — улыбка стала шире. — Всё просто, котёнок, — с работы тебя забрал я, и за всё это время он тебе не звонил и не писал, ты к телефону тоже не прикасалась. И живёшь ты одна, а значит, если и было что-то у вас, то не особо серьёзное.
— Зато у тебя со всеми всё всегда было слишком серьёзно, — прошипела я.
— Глубоко — да, но не серьёзно, — ухмыльнулся он.
— Фу, — я сразу представила совершенно неуместные картинки.
— Ревнуешь — значит, небезразличен.
— Небезразличен, — честно призналась ему, ибо скрывать данный факт было бы ну просто смешно, — но и доверия тебе нет, — убила я его второй честной мыслью за сегодняшний вечер.
Тимур резко затормозил у обочины.
— А ну-ка напомни мне, Катя, чем именно подорвал я твоё доверие? — зло схватил он меня за подбородок.
— Я же нравилась тебе тогда, всё ведь у нас хорошо было, так почему ты начал игнорить меня и встречаться с другой? — как маленький обиженный ребёнок поинтересовалась я у взрослого накаченного мужчины.
— Тебя бы в школе сгноила эта шлюха Сабина. А следом за тобой пошёл бы кувырком и мой авторитет. Да, сглупил, непонятные чувства к пампушке — соседке по парте глушил. Да, повёл себя как трус тогда. Но я, во-первых, не был уверен в своих чувствах к настырной девчонке, то бишь к тебе. Во-вторых, не был с тобой в отношениях, ничего тебе не обещал, не изменял в своём тогда ещё юном возрасте и имел полное право на симпатию к другой девушке. И, наконец, в-третьих, — девчачьи сопли меня интересовали тогда меньше всего. Бои в клетке — вот моя стихия, а от девок я в том возрасте хотелось лишь одного — СЕКСА. Такой ты участи желала бы себе в шестнадцать лет?!
Услышанное повергло меня в шок. А ведь и правда…
— Отвечай! — взревел взбешённый Тимур.