Колонисты Пандоры (СИ)

— Это меня вполне устраивает, — проговорил капитан и в этот миг заработал коммуникатор диспетчера.
Неохотно ответив на вызов, Алексеев и увидел голограмму знакомого лица. Звонок этого типа явно не предвещал ничего хорошего.
— Здравствуй, Борис, — поприветствовал его офицер в чине майора и ехидно улыбнулся.
— И тебе не хворать Александр, — ответил капитан, не решившись назвать собеседника просто Сашкой.
После его залёта за ним уже не стоял весь клан отца. Скажем так, его персона находилась в подвешенном состоянии.
— Боря, у меня к тебе дело на миллион. Говорю сразу, если ты мне поможешь, то я не дам ход расследованию произошедшего на каторге инцидента. И, возможно, помогу тебе вернуть былой статус.
Выслушав заманчивое предложение, капитан невольно сглотнул.
— Александр, кажется, я догадался, о чём ты хочешь попросить. Но боюсь, ничем не могу помочь. Судя по последним данным, кости дикаря уже час, как доедают океанские крабы.
— Если это действительно так, то боюсь, тебе не поздоровится, — лицо Смирнова оскалилось в злобной усмешке.
После этого повисла долгая пауза, которую неожиданно прервал сержант.
— Господа офицеры, разрешите обратиться, — просипел он хриплым голосом, — Если мне дадут полномочия продолжить поиск и разрешат угробить десятка два дронов, то я смогу узнать погиб беглец или смог уйти.
Голограмма головы майора метнула испепеляющий взгляд на посмевшего открыть рот сержанта, а потом многозначительно уставилась на капитана. Алексеев же кивнул, подтверждая запрос подчинённого.
— Хорошо, продолжайте поиски беглеца. Все расходы на себя берёт клан Смирновых. А ровно через два часа, я прибуду на каторгу, вместе со спецгруппой егерей, — произнёс майор и оборвал вызов.
  
Глава 12
 
Свободное плавание
 
За ночь я вдоволь насмотрелся на стаи тварей, рыскающих в прибрежной части океана. Даже удалось проскочить мимо остатков экспериментального периметра отчуждения, о котором рассказывал дед.
Ломаная полоса пластобетонных укреплений, протянулась почти на два километра. Но сейчас представляла собой жалкое зрелище. Намытый приливами песок, похоронил стены и доты. А то, что не занесло, являлось грудами развалин, оккупированных извивающимися водорослями и мелкой живностью.
Старик объяснял, что затея с покорением океана, изначально была тупиковой. Только правившие тогда либерторианцы настояли на проекте. В результате из-за утопии угробили множество ресурсов и людских жизней.
Но самое отвратительное — прежние власти знали, что имперская корпорация, курирующая наш сектор галактики, в своё время отступила, едва начав осваивать хищный океан Пандоры. По непроверенным данным, имперцы потеряли уйму исследовательских бронеходов, плавучих станций, боевых мехов и дронов различной модификации. А ещё из воды до сих пор торчит остов огромного бурильщика, рухнувшего после очередной атаки океана.
Добились имперцы совсем немногого. Выяснили местоположение более или менее пригодных к колонизации секторов, расположенных на единственном материке Пандоры. Частично описали полезные ископаемые и биоресурсы, которые целесообразно разрабатывать.
А ещё дед рассказывал, почему вывезенные с земли люди, стали крепостными колонистами. Какой-то администратор имперской корпорации решил прикрыть свой зад и списать на землян все расходы по эвакуации. И не забыл приплюсовать к этому кредиты, потраченные на освоение планеты. То, что эвакуационный корабль подбили пираты, и он сбился с курса, никого не волновало.
В результате на каждом колонисте висит астрономический долг. Потому жители Пандоры и вынуждены отчислять десятину якобы в казну империи, но в реальности деньги идут корпорации. По идее это нарушение базовых законов Аратана, так как он является принципиальным противником рабства. Но кто-то нашёл лазейку, а мнение колонистов никто не спрашивал.
Едва начало светать, глайдер добрался до широкой полосы джунглей, отделяющих материковую саванну от реки. Лезть на летающем аппарате напролом через заросли — форменное самоубийство. Поэтому я решил найти одну из просек, проделанных ящерами. В самом начале нереста Кава выходят из океана целыми стаями и спешат вернуться в реку, по которой когда-то приплыли из степи.
 
Мои поиски достаточно быстро увенчались успехом. Когда светило взошло над горизонтом, я нашёл вытоптанную просеку. Преодолев её, я обнаружил лёжки самок, недавно вернувшихся с нереста. Правда, подобное скопление ящеров в одном месте, стало для меня неожиданностью.
Их здесь были тысячи! При моём появлении все самцы поднялись и двинулись на нарушителя спокойствия. Если бы не скорость и манёвренность глайдера, то для меня всё закончилось очень быстро.
А так, я просто проскочил над полем лежавших в глине тел и вырвался на речной простор. В устье она была шириной в три километра, так что дальнейший путь по воде, можно назвать почти комфортным.
Конечно, выпрыгивающих из воды молодые самцы, какое-то время заставляли понервничать. Но и эти попытки прекратились, едва аппарат удалился от пляжей вглубь материка. Дальше берега покрывали сплошь густые джунгли. Концентрация разнообразных ядовитых и опасных тварей тут настолько велика, что соваться без бронекостюма и автоматического оружия в чащу, точно не стоило.
Боль продолжала одолевать, накатывая волнами. Слипающиеся от усталости глаза, не переставая, искали место, где можно безопасно припарковаться. Хочется просто слезть с рычащего турбиной аппарата и полежать на травке. Но нужного места не наблюдалось, усталость же продолжала накапливаться.
Потом я вовсе потерял счёт времени, а сознание перешло в состояние бреда наяву. Глайдер летел вперёд, поднимая за собой взвесь из мелких брызг. А мне мерещились знакомые люди, идущие навстречу прямо по воде.
Я узнавал лица родителей друзей и их самих. Увидел близнецов, Витьку Дохлого, Саню Малого и его брата. Промелькнули образы опытных охотников и добытчиков нашей общины, доктора Соснова и любителя электроники Васю Шестивольтового. В этих миражах я увидел практически всех, кроме подростков и совсем уж маленьких. Алису я среди общинников не заметил, хотя и высматривал. А самым последним мне привиделся дед.
Он появился резко, прямо перед глазами и громко заорал:
— Очнись, остолоп!
Услышав окрик, я встрепенулся и в последний миг отвернул глайдер от скалы, торчавшей из речного потока. Проскочив мимо, снизил скорость и уставился на маршрут, прочерченный на трёхмерной карте, генерируемой имплантом. Судя по проделанному расстоянию, я отрубился почти на два часа и сейчас находился в полпути от нашего посёлка.
Пребывание в забытьи, немного вправило мозги. Наверное, организм просто отключился. Зато немного отдохнув, я начал замечать изменения в ландшафте. Русло реки сузилось до полутора километров. А за полосой джунглей с нашего берега фронтира поднимался столб маслянистого дыма.
Откуда дым, понятно. Поэтому я сразу отвернул глайдер к противоположному берегу. Проскочив опасное место на предельной скорости, успеваю заметить тепловые следы, идущие от засевших в джунглях людей. И меня не удивили, несколько болтов с визгом пролетевшие над головой.
Кто именно стрелял, непонятно. Но судя по неплохой кучности, скорее всего, палили жители фронтира. Останавливаться и доказывать, что я свой, затея глупейшая. Поэтому надо постарался убраться, куда подальше от столь негостеприимного места.
Примерно через три километра начали попадаться вытоптанные ящерами участки с озёрцами, на которых происходил нерест. Здесь они не превращались в огромную лёжку, как напротив нашего посёлка, и поэтому на берегу встречались только патриархи-одиночки. Ящеры охраняли кладки и были настороже. Они стояли у кромки воды и провожали глайдер шипением и злыми взглядами.
Преодолев ещё десяток километров, я, наконец, заметил перспективное место. Вытоптанный участок, величиной под тридцать гектаров заинтересовал меня по нескольким причинам.