Мы - домовые 2 (СИ)

Дани отрезал кусок корпуса и потащил бытовикам.
— Оформляй патент на четверых и себя включи в список! — крикнула я вслед.
При всей своей немного детской наивности коммерческая жилка у Дани присутствовала. На стеклопластик он оформил патент, как я и попросила на четверых. Зато сам принцип каркаса на основе стали запатентовал уже на себя и вернулся домой довольный такой. Как я поняла, там не в самом патенте дело, а в возможности утереть нос родне.
Отец и старший брат отстранили Дани от бизнеса на верфи, аргументировав это тем, что его магия синего цвета не соответствует нужным требованиям. По этой причине денежной доли в семейном предприятии он не имел. На мой взгляд, странное решение графа. Дани же артефактор, а они очень востребованы во всех областях жизни и уж точно на морских кораблях.
— До шестнадцати лет я с воспитателем и жил в деревне, — делился муж воспоминаниями. — Все знали, что у меня очень слабая магия и считали неспособным увеличивать значимость семьи.
— Из которой тебя очень быстро вычеркнули, — продолжила я.
Это было выше моего понимания. Родная мать оставила пятилетнего ребёнка на воспитателя, отправив в деревню, но при этом продолжала заниматься старшими детьми! С другой стороны, может, оно для Дани лучше получилось. Характер у него мягкий и без подлости, в отличие от старшего брата.
— Эх, жаль, отец не узнает, что это заказ от меня, — продолжал вздыхать муж, подразумевая постройку лодки.
— Обязательно расскажем, когда всё будет готово и передано нам, — пообещала я. — Согласись, что сейчас нельзя говорить. Отец может и цену поднять, или вообще потребовать от тебя бесплатно запатентованный материал. А так придут наши парнишки вместе с храмовым служащим, сделают заказ и никто лишних вопросов задавать не станет.
Эскиз Дани пришлось перерисовать с учетом новых материалов и технологий. Мачта у нас теперь алюминиевая и крепежи не веревочные, а из стальных тросов. Не сразу я поняла, что на картинках из ноутбука так заинтересовало мужа, и он несколько раз переспросил. То, что для меня было в порядке вещей, ему показалось необычным. Даже Залиль, которого попросили изготовить стальной трос, заверил, что это очень и очень необычно и, наверное, прочно. Честно говоря, Залиль столько всего изготовил для лодки, а я скопировала мачту и парус, что у меня возникли сомнения — нужно ли заказ на верфи размещать?
— Нужно, там же много других нюансов, которых мы не знаем, — убеждал Дани. — Обязательно потом найдём чертежи в твоем мире и после закажем настоящий большой корабль.
— Как скажешь, — не стала я возражать. Хочет муж большой корабль — купим, и отправила служителя храма оформлять первый заказ.
За постройку большой лодки с парусом по новым технологиям семья Литифских потребовала восемьдесят тысяч и это при том, что часть конструктивных деталей, включая мачту, мы предоставили! Озадаченный Марсад Унид пришёл к нам с вопросом имеются ли такие деньги.
— Сколько?! — не поверил Дани. — Да королевский флагман стоит чуть больше! А тут лодка длиной в десяток шагов.
— Есть ещё верфи или ваша семья единственная, кто строит корабли? — спросила я.
— Конечно есть, — буркнул муж в ответ. — Балял ал Бархидж относится к семье корабелов. Кажется, дядя его отца строит.
— Не хотелось бы к Бархиджам обращаться, но выбора нет, — пробормотала я и задумалась, как разрекламировать стеклопластик, чтобы получить желаемое за приемлемую цену.
Дани словно считал мои мысли и предложил комбинацию.
— Господин Марсад, можете вы попроситься на прием к графу ал Литифскому? Скажете, что его управляющий не понял предоставляемых возможностей по новому материалу. Мол, всего за десять тысяч верфи смогут изготовить первыми лодку с необычным покрытием.
— Или в противном случае я пойду к конкурентам, — схватил на лету идею служитель храма.
— Предлагайте шесть тысяч и торгуйтесь до десяти. Не забудьте напомнить, что разрешение на использование патента граф может не получить. В крайнем случае, если цена будет превышать десять тысяч, отправляйтесь к Бархиджам, — дополнила я. Муж кивнул, полностью соглашаясь.
 
На следующий день Марсад со смехом показывал пантомиму того, как он беседовал с отцом Дани, изобразив в лицах всю торговлю.
— «Ухожу к Бархиджам, они точно не упустят шанс», — показал Марсад спектакль одного актера. — Граф почему-то на лицо красный стал, как его вышивка на сюртуке. Кулаки сжал и велел мне проваливать. Я и пошёл. Только за ручку двери взялся, как граф мне вслед: «Семь тысяч и ни монетой больше!» Ну я и согласился. Вы же сами сказали — не больше десяти.
— Когда будет готово? — уточнила я. — Нам бы до отпуска в школе успеть.
— Должны. Обещали за месяц сделать, — ответил на мой вопрос мужчина.
Дани же загорелся ещё где-то использовать такой уникальный материал. Правда, так не придумал. Меня эта тема вообще не волновала. Тут бы дорогу булыжником замостить до дождей — уже радость. Так-то погода дождиком «радовала» где-то через день, но в конце осени начнутся настоящие ливни. Это как-то связано с искусственным поддержанием погоды в разных районах столицы.
Накрыть весь город амулетами нереально. Вокруг каждого храма свой участок, за который они отвечают. В нашем же культовом сооружении давно не было никаких амулетов. Чудо, что арка сохранилась. В ней, между прочим, замуровано шестнадцать диамантов. Это мы на занятиях в школе узнали. В арке королевского дворца их вообще тридцать два. По этой причине ту арку не нужно перенастраивать на разные церемонии.
Марсада же устраивало то, что в вверенном ему храме сделали ремонт и стало чисто. Да и о пропитании он уже не беспокоился. Говорил, когда заканчивался набор скатертей, и я выдавала новые для него и бытовиков. Внешний вид у моих подданных стал значительно лучше. Белая храмовая одежда уже не висела на Марсаде тряпкой, а приняла очертания церемониальной одежды.
Кстати, насчёт одежды. Наконец-то у меня появилась гардеробная комната в новом особняке. Загрузили её вещами мужа. Свои я предпочитала таскать в схроне. Мало ли чего, а так одежда под рукой.
Особняк медленно заполнялся вещами. Бытовиков на этот вид деятельности я не ставила. Им строительства хватало с лихвой. Потому покупала в лавках предметы, а что-то заказывала индивидуально. Но и хитрила немного. К примеру, брала всего один стул, а после магией размножала его до набора из двенадцати. Точно так же поступала со всевозможным текстилем в виде штор и покрывал. Помня предпочтения мужа, старалась использовать больше белого цвета, не допуская в интерьере и намёка на фиолетовый оттенок.
В целом забот хватало. Попробуйте отстроить целый квартал, и вы поймёте меня. По этой причине учёба в школе вызывала досаду из-за зря потраченного времени, но приходилось ходить на занятия. У Дани, как-никак, герцогский титул! В представлении девиц, законную жену можно и подвинуть, или вообще расторгнуть брак. Между прочим, несмотря на то что ему от меня достался титул, в случае развода он останется у Дани, а не у меня. Такие странные законы в Келии.
Дани на завуалированные намёки одногруппниц внимания не обращал, а я бдительности не теряла. Огрызалась и всячески оберегала мужа. По-моему, Дани вообще не замечал, какие страсти разгорелись вокруг его персоны. Он был погружен в магический мир амулетов и ни на что не отвлекался. По крайней мере в школе. Да и дома он вспоминал, что мы женаты, когда я вечером отрывала его от стола с поделками и гнала в спальню. Там он резко преображался, подхватывая меня на руки и унося как законную добычу.
В школе от темы защитных и охранных амулетов мы перешли к лечебным. Преподаватель сразу сказал, что здесь требуется не только усидчивость, но и высокий уровень магии — плетения заковыристые, работа трудоёмкая. Приободрил студентов господин ал Бадр тем, что необязательно создавать универсальные амулеты. Для продажи годятся от похмелья, головной боли, заживления мелких ран и подобные.