Петровские Ведомости (СИ)
– Понял, барин, – кивнул он. Как я заметил, наша речь весьма понятна местным, так что быстро приноравливаются. Конечно, уши режет разница, но языковой барьер был тонок и прозрачен, особенно во время простой, не изобилующей терминами речи. Часто общающиеся с нами быстро вникали в суть и привыкали, даже говорили с большей похожестью на наш современный язык, без анахронизмов. Прокофий вон, уже почти освоился.
– Так, дело для тебя, – внаём взять около десяти десятин земли. Саму землю я найду, ты найди мне список всех землевладельцев в тридцати верстах окрест города. Понял?
Прокофий закивал, а я поднялся с кресла, не успев посидеть, – что пообещать, денег ли, товаров ли ценных, это я уже сам придумаю. Ты главное мне список предоставь, у кого сколько земли вокруг города.
– Понял, барин, будет! – опять закивал Прокофий.
Где искать такую информацию он уже знает, и я знаю – у местных чинуш всё записано, особенно у налоговиков можно поживиться информацией.
– Тогда завтра, до полудня, предоставишь мне список. Сейчас же ступай.
Я вышел, решив заняться вплотную вопросами перемещения складов и производств за пределы города. Скорость, с которой улетел Проша давала надежду на точное выполнение задания.
Наверху обнаружился Саня, сразу же насев на меня:
– Ты чем занят? То ты тут, то там, у меня такое ощущение, что я чего-то не знаю.
– Есть такое, – не стал я отпираться и свалившись на диван, наконец почувствовал отдых. От верховой поездки всё тело ныло, так что не лишним было бы подождать.
– И что же именно я не знаю? – нахмурился Саня.
– Много чего. Я прошёлся по нашим людям, кроме Добрыни разве что. Гунин требует обеспечить ему матчасть, папка внизу. Так же придётся им оружие найти, гранаты, и прочее.
– Вот как… – задумался Саня, – в этом есть смысл.
– Ладно, не грузись. Куда важнее дело Игоря. Он предложил собрать на окраине ангар и туда перенести всё, что у нас тут набрано. И особенно пока что нам нужна типография. Печатная машина конечно хорошо справляется, но нам нужны книги, в большом количестве, для образования своих людей.
– Понятно… – Саня сел напротив меня, – я думал о подобном, но не предполагал, что вопрос встанет так быстро и так остро.
– Не предполагал он… – ленно прищурился я, – а Игорь уже ушёл на ту сторону, искать всё, что понадобится. Скоро у нас будет работа, причём много. Готовься.
– А где ангары то собирать собрались?
– Чёрт его знает. Проша убежал искать список местных землевладельцев.
– Чем оплатим то? – поинтересовался друг, – товары мы уже отдать не можем…
– Товар товару рознь. Нам конкуренты не нужны, но зато можно на иных рынках сбыть достаточно. Чай, к примеру, или перец, или по старинке, посудой отдариться. Тот же сервиз стоит в зале за тысячу рублей, никто его не берёт… а тут целая деревня приносит от силы полсотни рублей в год. И это я имею в виду сильно хорошую, богато живущую деревню. Сам подумай, сколько хрустальных ваз и зеркал будет стоить нам съём площадки километр на километр…
– Ладно, я гляжу у тебя идей много… что там с ангаром? Электроснабжение будет?
– Как поставишь генератор, так и будет. Кстати, учти, что в этом году уже пошёл в эксплуатацию первый паровой двигатель! Я тебя просил провести эксперименты над местными материалами, ты чего ж не сделал?
– Да я думал не срочно… – развёл руки Синицын, – так мне что?
– Вот поставим ангар, можно будет в него набить любого оборудования, какого захочешь.
В целом, ложась вечером спать, я подумал, что день был крайне плодотворным. Действительно, идея старика Игоря из разряда "как я раньше не догадался". Ведь знал же, что существуют быстросборные ангары, которые можно поставить хоть где. Но ничего такого не сделал – наверное потому, что занялся вопросами продаж слишком плотно и не заметил, как замотался в делах.
Утро порадовало меня солнечным днём. В такой день грех было сидеть дома, так что завтракать я спустился в беседку. Небольшой прудик радовал глаз, как и крепкое кофе. Напиток прекрасно бодрит по утрам.
Сидя в остеклённой беседке и потягивая кофе со свежей выпечкой, которую с утра пораньше принёс Прокофий, я составлял план работы на сегодня. Пришлось, допив кофе, лезть в карты и искать более-менее подходящую к нашим требованиям площадку. Кандидатов на это почётное место было множество – притоки Двины образовывали довольно сложные фигуры севернее Архангельска. Сверяясь с местной картой, я разметил на компьютерной все наличествующие названия населённых пунктов и вычеркнул пока ещё не существующие.
То, что Проша был в доме следовало понимать, как то, что он нашёл нужные мне имена. Таких, как оказалось, больше десятка. Их владения были на приличном удалении от города, и выбор был не таким уж и большим, как я думал – всего двое барей владели подходящими нам наделами. Скорость, с которой сработал Проша была вознаграждена рублём, а сам писарь тут же нагружен новой работой:
– Так, Прокофий. Нам нужны земли вот тут или тут… – я ткнул в расстеленную на столе карту, с кучей пометок, – вот этот район, – я обвёл выбранное место на карте карандашом, или этот, – я повторил действие. Прокофий взирал на это с вселенским флегматизмом. Принадлежат… местным чинушам… – Я знал этих персонажей. Один из них трудился руководителем порта, а второй был большим человеком на гостином дворе, который я именовал как правило биржей, так как именно ей он и был. Долго размышлять не пришлось и я тут же отправился в наш печатный цех, предварительно забрав из сейфа бумагу. К слову о бумаге – это уже дело сани, который не тратил зря времени и ещё до открытия магазина, когда мы совещались о том, как назвать наше предприятие, озаботился наличием товарного знака и системами защиты. Фабрики Гознак вполне принимали заказы, так что в течении прошедшего времени были составлены и положены в сейф десять сто листовых пачек бумаги. Нашим требованиям эта бумага соответствовала на все сто процентов – с водяными знаками в виде силуэта парусника и отпечатанной ирисовым раскатом на углах монограммами с двумя переплетёнными буквами "С" "2С", и полем для текста, обрамлённым гильоширной рамкой. Всё это довольно сильно давило на мозг читателя, так как от бумаги веяло официозом. На таких бумагах пишут сертификаты, приказы о награждении и прочем, что потом вставляют в рамку и вешают на стену. На местных же мы пока не проверяли, но глядя на принятый тут формат документов я думал, что должно впечатлить. Тем более что одна группа листов красовалась с моим ФИО, отпечатанным декоративным шрифтом. Другая пачка листов была с Саниными реквизитами. Я не обращал внимания на его суету, но теперь оценил деятельность по достоинству – хотя изготовление бумаги и разработка дизайна стоила нам приличную сумму, оно того стоило.
Я быстро набросал на ноутбуке шаблон письма, сверяясь со словарём, после чего показал текст Прокофию. Тот внёс пару правок и принтер заглотил бумагу, выплюнув готовое письмо.
Если отбросить политесы, текст гласил, что я имел для Степана Алексеевича выгодное предложение и предлагал зайти в мой магазин в любое удобное для него время.
Через полчаса вместе с парой копеек письмо было отдано посыльному, и я расслабился. Пока суд да дело, сходил к другу и передал ему задание – заняться вёрсткой школьной программы под формат наших станков и переписыванием, вернее частичной редактурой материала. Саня, сбегав в Тверскую квартиру и за полчаса выкачавший солидный объём PDF-файлов учебников занялся их перелопачиванием. Занятие это небыстрое, так что я, вместе с ним взялся за учебник истории за третий класс. После двух часов работы мы обнаружили весьма важное открытие – что учебник у нас получался намного меньше исходного материала. По крайней мере, если выбросить всё ненужное, то получалось вчетверо меньше текста. К ненужному отнесли информацию футуристичную. В учебниках за первые три класса её было мало, а вот в следующих – намного больше. Помня уровень развития физики в этом времени мы почти что не трогали эту дисциплину, ограничившись основными законами, открытыми ещё в античном мире и в средние века. Зато на учебнике по истории отыгрались по полной. В итоге многочасового труда был составлен скелет будущей учебной программы.