Король Драконов: сильнее смерти (СИ)
— За что же так беспощадно, — произнес мужской голос, в котором слышалась скрытая улыбка, и Пустота вскрикнула и подскочила, раскраснелась, приглаживая непослушные темные волосы.
— Вы!.. — выдохнула она. — Как неслышно вы ходите! Никогда не замечаю вашего приближения; как вам удается так незаметно подкрасться?!
— По-моему, не самое бесполезное из моих умений? — все так же мягко и чуть насмешливо ответил ей невидимый собеседник.
— Да где вы прячетесь? — уже с улыбкой произнесла Пустота, оглядываясь кругом.
— Я прямо перед вами, — мягко ответил невидимый собеседник. — Любуюсь вашими прелестными глазами. Вам говорили, что они у вас непередаваемо прекрасны?
— Ах вы, обманщик, — отчасти кокетливо произнесла Пустота, потупив взор. — Вы же поняли, не могли не понять, что это не мои глаза. Наверняка вы видели, как я примеряю маски?
— Ну, неужто мне нельзя сделать вам комплимент? — вкрадчиво произнес невидимый собеседник. — Я знаю о вас очень много, если не все. Но зачем это подчеркивать? Давайте притворимся, что я вижу в вас хорошенькую девушку, которой приятны мои похвалы, и я продолжу вас хвалить — просто так, потому что мне это нравится.
Пустота снова зарделась от витиеватых похвал своего невидимого собеседника, а пьяная Осень отчего-то сделалась зла. Кто бы ни был невидимый собеседник, а ее, Осень, он не мог ни видеть, ни слышать, и их с Пустотой болтовню наверняка воспринимал как шум ветра за окном.
— А я ему не верю, — зло проговорила она. — Он… он похож на змею. Так же шуршит где-то тихонечко, словно гадюка чешуей, такой же коварный, тихий, опасный… С чего он вдруг взялся помогать тебе? Зачем прячется от тебя, и при помощи какой магии, если даже я его не вижу!?
— Спокойно, дорогая, — бросила Пустота, продолжая все так же ослепительно улыбаться. — Я же не дурочка. Я тоже ему не верю до конца. Но мы можем спросить, зачем ему союзничество с нами!
Она взмахнула пушистыми ресницами так наивно и прелестно, что у любого мужчины от этого зрелища голова пошла бы кругом, и прощебетала, указывая на кресло, на котором расположилась Осень:
— Да вы присаживайтесь, в ногах правды нет! И расскажите мне о вашем удивительном таланте — так ловко прятаться. Что за магию вы используете? Я не слышала ни о чем подобном, а ведь я живу долго!
Это было сказано с изрядной долей кокетства, и невидимый собеседник хмыкнул, наверное, в который раз рассматривая хорошенькое личико.
— Благодарю, — сдержанно ответил невидимка, и кресло скрипнуло под опустившимся в него телом. — Эта магия вам и неизвестна оттого, что появилась совсем недавно. Магия вещей. Магия тайных зеркал. Я изготовил магическое зеркало и сделал из него себе нечто вроде костюма. В нем отражается все, но под ним скрываюсь я.
— Ай! — взвизгнула Осень, потому что неизвестный, поудобнее устраиваясь в кресле, здорово ее прижал. Она выскользнула из-под него, пихаясь локтями и яростно отряхиваясь, а со стола, звякнув, упала фарфоровая маска черноволосой девицы.
— Ах, какая жалость, — произнес невидимка. — Разбилась! Ваша маска! Я такой неловкий…
На хорошеньком лице Пустоты снова отразилась злость, она чуть не подпрыгнула в своем кресле, рассматривая пестро раскрашенные черепки. Ее собственная глупая шутка — идея усадить собеседника Осени на колени, — вышла ей боком, и она злилась теперь на всех — на себя, на невидимку-собеседника и на Осень.
— Вы лишили меня одного из моих лиц, — зло заметила она, сверля невидимого собеседника злым взглядом. — Думаете, раздобыть такую маску легко?!
— Обучите этому меня, — отозвался собеседник, — и я принесу вам три маски взамен разбитой. Клянусь.
— Обучить, — проворчала недовольно Пустота, устраиваясь в кресле снова. — Это слишком большое доверие, не находите?
— И я заслужу ваше доверие, — с напором произнес невидимка. Пустота прищурилась:
— А зачем вы вызвались помогать мне? — спросила она внезапно. Осень зашлась в злорадном клекоте, но собеседник Пустоты не растерялся и, чуть слышно двинувшись в своем кресле, ответил:
— Разумеется, ради выгоды. У меня есть своя цель, и я хотел бы, чтобы вы мне помогли с ее осуществлением.
Глава 8. Совет Короля Зимы
Король Зимы, высокий крепкий старик накинул на плечи притащенную снежными троллями синюю бархатную шубу, шитую серебряными шелками, и обвел вокруг замерзающих людей посохом. Стужа отступила от них, снег улегся, блестя миллионами свежих, еще не поломавшихся и не слежавшихся снежинок.
Белые волки и песцы, верные слуги Короля Зимы, своими меховыми телами защищали продрогших людей от холода, Ежинка крепко обняла теплое тельце зверька, согревая об него свои замерзшие руки.
— Молодой Король, — прогудел Зима голосом, похожим на завывание вьюги. — Благодарю тебя. Твоя храбрость спасла меня, хотя, конечно, ты мог бы не тратить на это времени, а заняться тем, кто представляет опасность для тебя, а не для меня.
— Ты тоже… важен, — переводя дух, отозвался Демьен. Старик Зима отрицательно качнул головой:
— Твои усилия лишь продлили мою агонию. Да, я рад, что моя кончина не настала сегодня, но эта негодяйка, Осень, вместе со своей сумасшедшей подружкой вытянула из меня слишком много сил. Только если угомонить ее, наконец, я буду жить.
— Так нужно!.. — горячо вскричала Уна, но Зима остановил ее горячую речь одним жестом.
— Вам нужно думать не обо мне, — жестко ответил он. — А о том, как остановить заигравшихся мерзавок и узнать имя того, кто надоумил их на это — сами бы они нипочем не додумались до такой глупости. Одна из них, Пустота, слишком эгоистична, она ни за что не стала бы запирать себя в вечно умирающем мире. Неделя, другая, третья голода и страданий, и не останется никого, кто разделит с ней радость, если той вдруг вздумается вырядиться в новый костюм и устроить бал. Безумная Осень тоже забывает, что царствуя на земле вечно, она никогда не сможет вернуться в Вечные Чертоги, чтобы отдохнуть. Вечное рабство — это не то, на что она согласилась бы. Однако, обе они отчего-то пошли на это; а это означает, что их обманул кто-то хитрый. Он преследует свои цели, и это его делишки проворачиваются руками этих двух дурочек. А значит, он точно знает способ от них избавиться потом, когда добьется своей цели и вернуть все на свои места. Возродить Короля Зимы просто, — Зима показал свой посох Демьену. — Достаточно найти того, кто осмелится взять мой посох, если я погибну. Молодой и полный сил, он победит обессилевшую Осень. Или же, — Зима кинул острый, опасный взгляд на Уну, да так посмотрел, что девушка невольно попятилась от него, — найти ту, что согласится со мной разделить мою Вечность. Тогда я обрету силы. А как победить Пустоту — я не знаю.
— Аргент должен знать! — отозвалась Уна. — Он листал древнюю книгу, помните, он показал нам то, что нашел о Пустоте?
— Но не показал, как от нее избавиться, — заметил Дерек. — Почему?
Вопрос этот, полный подозрения, неприятно резанул слух Уны, она покосилась на Дерека.
— Вероятно, на это есть какие-то причины, — ответила она, пожалуй, излишне резко, поспешно отстраняясь от молодого человека, и Дерек, нехотя выпуская девушку из своих объятий, посмотрел на нее с удивлением.
— Я не говорю, что их нет, — ответил он. — Но нам лучше было бы знать о том, как сладить с нею!
— Так в чем же дело, — весело ответил Демьен. — Мы может сию минуту пойти туда, в кабинет магистра, найти эту книгу и посмотреть.
Его готовность тотчас покинуть лес, эту полянку, его веселая беспечность произвела на Ежинку просто убийственное воздействие; радующаяся победе над Осенью, она вдруг поникла, ее сияющие глаза погасли, широкая улыбка сползла с личика. Отчего-то она была не готова тотчас расстаться с красивым веселым Королем, и думала, что он долго еще времени проведет в ее гостеприимном домике. Однако, сам Демьен так не думал; ему и в голову не приходило, что его желание поскорее ринуться на поиски отгадок к этому запутанному делу может кому-то не понравиться.