Академия семи ветров. Добить дракона

Молча.
Выдавать, чья это была идея: нарушить правила академии и прямой запрет куратора, вломиться в спецхран, подвергнуть риску истинным Светом редчайший демонстрационный образец “труп эльфа”, а еще – выжечь тем же самым Светом защитные темномагические чары в хранилище и переколотить кучу емкостей с препаратами и демонстрационных образцов попроще – друзья не спешили.
Я отчаянно гадала, что сделают с виновником: хорошо, если сразу слопают. А если отчислят?!
– Я спрашиваю: кто зачинщик? – громыхнул ректор, обводя взглядом нашу компанию вандалов.
Дей и Шед подняли руки первыми, и всем видом давая понять “Мы же мужчины!”. За ними подняла руку Тэва – видно, вспомнила, что это она первая заговорила про эльфа. Чем руководствовалась Илька, которая вообще всех нас отговаривала, я не знаю, но руку она поднимала с лицом воина, идущего в атаку.
Отчислят. Точно – отчислят. Нечего даже мечтать, чтобы съели.
Я поднимала руку последняя. Ме-е-едленно. Руку поднимала, а глаза – опускала…
Изумленный взгляд ректора прожег мою повинно склоненную макушку:
– Вы?!
Подняв на него взгляд, я горестно кивнула.
– Потрясающе. Ве-ли-ко-леп-но! – процедил ректор.
Но столь лестная оценка почему-то ничуть не радовала.
– Зачем? – устало спросил бронзовый дракон.
Вряд ли он рассчитывал на сколько-нибудь разумный ответ.
Я не стала разочаровывать ректора дополнительно, и совершенно искренне пискнула:
– Не терпелось…
С той стороны, где сидел наставник Алвис, подозрительно закашлялись, но я не стала смотреть, действительно ли черный дракон давит смех, я смотрела на ректора щенячье-преданным взглядом. Этот взгляд иногда даже на отце срабатывал, может, и на дракона подействует!
Ректор посмотрел на меня, как на один тех самых демонстрационных образцов, которые я совсем недавно расколотила.
Точно отчислит. На тех, кто вызывает аппетит, так не глядят!
Повисшее в кабинете тягостное молчание давило на плечи, совесть и нервы, как та самая дверь в мертвецкую.
– О, Небо… И что с мне с вами делать?
Понимая, что тянуть дальше некуда, я решилась:
– Не отчисляйте нас, пожалуйста! Мы больше так не будем! Никогда-никогда!
Так… а почему это они на меня так смотрят? С таким подозрением?..
– Даже не мечтайте! – отрезал ректор, побуравив меня подозрительным взглядом вместе со всеми. – Разорили хранилище – и прочь? Нет уж, и думать забудьте. Так. Насколько мне известно, ваша компания рвалась работать в мертвецкой, чтобы посмотреть на эльфа? На эльфа вы у нас уже посмотрели – так что милости просим, отрабатывайте. Поступаете в распоряжение наставника Алвиса, и пока он не сочтет, что вы компенсировали нанесенный ущерб, будете трижды в неделю являться в мертвецкую и переходить в распоряжение дежурного на три часа. А сейчас – ступайте прочь. И я смею рассчитывать, что на сегодня вам приключений хватило, поэтому пойдете вы в жилое крыло, прямиком по своим постелям, а не на поиски новых свершений!
* * *
– Явилась? – соседка высунула руку из под одеяла и активировала светильник над своей кроватью на четверть яркости.
– Ой… Беатрис? А ты чего не спишь?
А я так старалась вести себя потише, открывая двери в нашу с Беатрис комнату!
– Я сплю! – возразила соседка, зевнув не разжимая зубов в подтверждение своих слов и деликатно прикрыв рот ладонью.
– А нас застукали, – поделилась я, и тяжело вздохнула.
Теперь настала ее очередь ойкать.
Под встревоженным взглядом Беатрис я села на свою кровать и тяжело вздохнула.
– Ты поэтому с нами не пошла?
Беатрис растерянно хлопнула глазами:
– Почему – “поэтому”?
Я смутилась от собственного предположения, но слова уже вылетели, и не дело было оставлять их висеть в воздухе, отравляя доверие между мной и Беатрис:
– Ты же провидица…
Искренний хохот Беатрис был мне ответом – и весьма неожиданным.
– Скажешь тоже! Милдрит, какая еще провидица, я по специальности еще и учиться не начала! Я, вообще-то, с вами не пошла, потому что мертвяков боюсь! А ты что, подумала, что я знала, что вас застукают, а тебе не сказала? Нет, ну это даже обидно, хотя такая вера в мое внутреннее око мне, бесспорно, приятна! – продолжала веселиться соседка.
 
Я взглянула на нее с укоризной:
– Ничего я такого не думала! Просто – а вдруг ты интуитивно чувствуешь, куда тебе идти не надо? Даже, может, сама себе отчета не отдаешь, что это дар тебя предупреждает!
– Да ну, глупости, – улыбнулась Беатрис. – Прорицателей с активным природным даром уже знаешь, сколько лет не рождалось? Если у кого-то пассивный отыщут – уже большая удача, а так все сплошь обычные маги, стихийные, просто обученные нужным техникам и пользующиеся подпорками-артефактами! А что не надо по ночам ходить в мертвецкую к покойникам, меня предупреждает не интуиция, а здравый смысл! – заявила она, и гнусно захихикала, пока я, обиженно сопя, разделась и забралась под одеяло.
Нет, ну что за люди вокруг, все так и норовят обидеть бедную меня, даже если сами драконы вовсе, а не люди!
Беатрис погасила светильник, и добавила с улыбкой в голосе:
– Нет, если вдруг что другое смотреть пойдете – то я со всем удовольствием, ты не думай! А покойники… покойники – бр-р-р! Милдрит?
– Да?
– Вас очень сильно ругали?..
Я вздохнула. И призналась встревоженной соседке:
– Просто ужасно! Ректор нас так отчитывал, просто ужас. И куратор там был, и наставник по некромантии, и мне так страшно было – ты просто не представляешь, как… Думала, всё, прогонят. Но повезло, только хранилище в порядок привести заставили, а когда уберем, в мертвецкой будем помогать, там немного совсем, шесть часов в неделю… Правда, не сказали, как долго, но это ерунда, это даже полезно, я же будущий целитель, мне такое полезно… – я уже бормотала, почти засыпая.
– Да? Ну, тогда, хорошо! Ми… Милдрит! Постой! А откуда в хранилище беспорядок взялся?
– Кхм… кхм-кхм, – я прочистила горло, чувствуя, что проснулась. – Ну… понимаешь, мы там стеллаж уронили. На эльфа… Почти… Но эльф не пострадал, на нем, оказывается, защита стоит! Хорошая защита!
– Так. Так! Рассказывай!
Сочащийся любопытством и энтузиазмом голос Беатрис не давал мне ни единого шанса отсрочить рассказ до утра. Но мне и самой уже совершенно, совершенно не хотелось спать!
Слушателем Беатрис была благодарным, отзывчивым: она то стонала от ужаса, то всхлипывала от смеха и всячески сопереживала мне, рассказчику.
– …и тогда эльф как повернет голову! Тут-то я все и уронила, Беатрис. А сама зажмурилась и визжу! А потом слышу – кто-то нам матом говорит “Вы что здесь устроили, придурки? Нам всем теперь хана!” Я глаза открыла, смотрю по сторонам – а нам и правда, хана, невооруженным взглядом видно! А рядом старший адепт Норгис стоит, рот открывает-закрывает, и по глазам видно, что внутри себя по-черному бранится! Ну а потом прибежали драконы, нас всех в кабинет к ректору отволокли, ну а что дальше ты знаешь: завтра мы идем убирать за собой…
Мы с Беатрис сидели рядом на моей кровати, укутавшись в одеяла, и потому я ясно почувствовала, как она качает головой:
– Ну, ладно – вы, у вас хоть оправдание есть, тяга к знаниям. Но Норгис-то чем думал, когда эльфа анимировал?
– Говорит – хотел проучить на будущее, чтобы не было соблазна куда не нужно влезать.
– Да уж. Как был разгильдяем – так и остался, и зачем его только наставник Алвис в личные ученики взял?
– А он что, был разгильдяем? – уточнила я, чувствуя, что выговорилась, и теперь ко мне вновь подбирается благословенная дремота.
– Конечно! Я же тебе про него рассказывала – его отец положенное Норгису содержание в фонд темной отдал, а Норгис, вместо того, чтобы повиниться и прилежно ходить на занятия, стал прогуливать еще больше, потому что начал в городе подрабатывать, ты что, забыла? Ладно, давай, что ли, спать… До первого колокола часа три осталось.