Сила, способная изменить мир: Вера

— Нас ведет не зависть и не жажда наживы, — Анью смело смотрела женщине в глаза.
— И это я тоже знаю. Завтра я проведу для вас ритуал. Мне нужно время на подготовку всего необходимого.
Жрец повернулся к Анью, она была также обескуражена, как и он.
Либо я чего-то не понимаю в этом мире, либо все женщины мыслят одинаково нелогично…
— Ступайте, я пришлю за вами, когда потребуется, — Радма-Джами насыпала в ступу горсть каких-то красноватых ягод, перетирая их вместе с травами.
— Я благодарна за оказанное доверие, — Анью кивнула шаманке и подхватила его под локоть, уводя в сторону. — Пойдём, не будем мешать приготовлениям.
Она тащила его по кривым улочкам Ул’Дахара, петляя между домами и шатрами.
— Всё складывается просто замечательно. И нам даже не пришлось ловить ворона.
— Вы всерьёз верите в то, что шаманский ритуал откроет дорогу в Морайю? — Аман резко остановился, вырывая руку из её хватки.
— Не то чтобы я верила в шаманские штучки, но я на это рассчитываю, — она скрестила руки под грудью. — Нам её даже уговаривать не пришлось. Пусть проведет ритуал, хуже точно не будет. Ты как хочешь, а я пока пойду прогуляюсь по городу и найду где пообедать, ветры в любом случае найдут, если я понадоблюсь Радме-Джами.
Она развернулась, скрываясь в каком-то из боковых проходов между домами. Аман вздохнул и последовал за ней.
***
Аньюриэль сидела на теплых камнях городской ограды, свесив ноги и смотря на последние лучи заходящего Солнца. Аман стоял рядом, не тревожа её — девушка выглядела очень задумчивой. Что бы не происходило в её голове, это поглощало всё её внимание.
— Не понимаю… Аман, может ты объяснишь, почему за поступок Кассия страдает весь кабайский народ?
— Я тоже не знаю ответа на этот вопрос… — жрец покачал головой. — Не нам, простым смертным, судить решения Богов.
— Наказать одного Касиия было бы и гораздо проще. Молнию с небес послать и всё — большинству людей этого хватит.
— Мы должны принимать божественную волю, даже если не в силах осознать этот великий замысел.
— Тогда молись, Аман, чтобы завтра пошел дождь. Я так пока и не придумала, как создать дождевое облако на всю пустыню… — Анью легко спрыгнула с каменной ограды. — Радма-Джами зовёт нас. Пойдём.
Жрец шел за ней, поражаясь тому, как легко она уже ориентируется в этом городе.
В шатре Радмы-Джами горели свечи, скрытые в светильниках из разноцветных стеклышек и бросающие на тканевые стены сотни разноцветных бликов. Над очагом что-то красное булькало в котле. Снаружи мелодично звенели ветряные колокольчики. Аман сел на предложенное ему место рядом с Аньюриэль.
— Давным-давно существовало в Акрассии великое царство — Кабатия, — верховная шаманка помешивала содержимое котла. — Царство то было таким богатым, что в его столице — священном городе Морайе, даже дома строили из золота… Да, древние кабайцы были очень богаты металлом, но вскоре стали бедны сердцем. Они прогневали Богов и те погубили Морайю, а земли обратили в соляную пустыню. Кабайцы остались ни с чем, кочевники и изгнанники на своей собственной земле. Мы и по сей день расплачиваемся за грехи предков.
Радма-Джами взяла глубокую глиняную миску, с таким же замысловатым геометрическим узором, как и на традиционных кабайских одеждах и наполнила её странным красным супом из котла, передавая Аньюриэль. Девушка аккуратно взяла предложенное угощение, принюхиваясь, словно пытаясь понять, что это.
— Это — ритуальный суп «Посоле», — шаманка наполнила вторую миску протягивая ему. — Это — пища духов. Согласно древним преданиям Кталха, верховная шаманка при дворе короля Кассия, устраивала жертвоприношения, чтобы умилостивить духов. Она использовала для приготовления этого супа человеческое мясо.
Миска чуть не выскользнула из ослабевших пальцев, Аман едва смог её удержать. Аньюриэль приглушенно выругалась на иссиларе, отставляя свою порцию в сторону.
— Сейчас этот суп готовят из мяса бронезавра, — Радма-Джами улыбнулась, довольная произведенным эффектом. — Красный цвет ему придают плоды опунции. Он — часть обряда. Вы должны получить благосклонность пустынных духов.
 
Жрец аккуратно попробовал — на вкус было вполне съедобно. Девушка внимательно за ним наблюдала, после чего снова взяла в руки миску, приступая к ужину.
— Черный ворон следует за вами, каруджи… и тьма.
— Я не видела ворона… — Анью внимательно смотрела на шаманку.
— У тебя красивые глаза, дитя. Многое ты ими можешь увидеть, но не всё. Глаза, порой, слепы. Зряче одно лишь сердце.
Ох уж эти загадки…
— Благодарю за мудрость, я приму эти слова к сведению.
Аман знал, как именно она «принимает к сведению», и что этим словам она потом никогда не следует он тоже знал, но продолжал молча есть суп, размышляя о том, какая именно тьма может за ними следовать. Скорее всего мудрая женщина говорила о том демоне, что, как и они, искал Ковчег. Жрец не понимал, зачем демонам сила Первозданного Света, но явно не для благих дел. Оставалось надеяться на то, что обряд завтра пройдёт как следует и Боги будут милосердны к ним.
Поблагодарив Радму-Джами за угощение, они двинулись по ночному городу в сторону своего временного пристанища. В небе светили Луна и звёзды, изредка дорогу освещал квадрат света из чьего-то окна. Аман в очередной раз обо что-то споткнулся, старательно сдерживая порыв высказать всё что думает об отсутствии в городе освещения — посох он оставил в их шатре.
— Старайся идти за мной, — Анью аккуратно взяла его ладонь своей рукой.
— Может просто освещение создадите? — несмотря на перчатку это прикосновение смущало.
— Зачем? Ночь такая красивая… — она, не торопясь, двигалась между домами и шатрами. — Самое время учиться видеть сердцем.
Судя по голосу, она улыбалась. Аман шел рядом, стараясь повторять её маршрут. Поводырь из искательницы оказался на удивление хороший, спотыкаться он перестал. Внезапно девушка замерла на месте, жрец по инерции сделал ещё несколько шагов, натыкаясь на неё. Анью внимательно смотрела на что-то в одной из подворотен. В темноте ночи её глаза слабо мерцали зеленым светом.
— Искатель? — Аман перешел на шепот, не сомневаясь, что она его услышит.
— Не понимаю, выглядит так, будто он высасывает из девушки душу… Но никакого магического воздействия нет.
Что?! Высасывает душу?
На свободной руке искательницы вспыхнуло синее магическое пламя, освещая подворотню. Парочке молодых кабайцев, слившихся в весьма страстном поцелуе потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что у их свидания появились неожиданные свидетели… Девушка вскрикнула от неожиданности, пряча лицо в ладонях.
— Простите нас! Мы уже уходим! — Аман потянул колдунью дальше по дороге, тусклый свет синего пламени, что всё ещё полыхало на её руке, освещал путь. — Вмешиваться в подобное просто не тактично!
— Аман! Аман постой, — она разве что не волоком тащилась за ним, слабо пытаясь сопротивляться. — Аман, наш шатер в другой стороне…
Он замер на месте.
Как она вообще здесь ориентируется?
— Показывайте дорогу, — жрец глубоко вздохнул и медленно выдохнул, отпуская её ладонь.
Аньюриэль развернулась, сворачивая в какой-то боковой проход. Аман шел следом, тихо радуясь, что пламя она не погасила.
— Я сделала что-то не то? — она остановилась, оборачиваясь к нему.
— Вы не понимаете?
— Нет… — она опустила глаза вниз.
И как я ей это объяснять должен?
— Разве Вам не рассказывали о взаимоотношениях людей?
— Рассказывали, вроде… Я прослушала эту часть, не думала, что придется путешествовать в человеческих землях. Рохэндель — закрытый материк, люди редко преодолевают завесу, а силлины и того реже отправляются в странствия.
 
И это после того, как она попрекала меня отсутствием знаний о её расе…
— Люди так проявляют свою любовь друг к другу.
— О! Так люди обсасывают своих мэлдо! Люди странные… — она пожала плечами, возобновляя путь. (* Возлюбленных *)