Корейский дрифт (СИ)
— С самого детства, всё что окружало меня — разговоры о престиже семьи, деньгах и выгодной партии для меня и брата. Ты хоть раз чувствовала себя так, словно ты не принадлежишь себе, Дана? Хоть раз?! Когда мы пошли в школу, класс, в который попали выбрала бабушка. Когда поступали в ВУЗ, его выбрали за нас снова, как и то кем я должен быть и что делать! Я хотел есть такпокки, а мне подсовывали трюфелей под соусом из каких-то охренительно дорогих яиц редких пернатых! Понимаешь!!! Я и на байк сел, только из протеста! И то! Пока не закрыл рожу так, чтобы стать неузнаваемым, меня трижды снимали с него прямо на проезжей части, прежде перекрыв её так, будто я сын Будды! Попробуй поживи, как вещь, Дана! Я лучше буду жить на сотку в месяц, чем опять стану товаром в собственной семье. Нужен развлекательный бизнес — женим Чжона на старой деве при деньгах и со статусом. Нужны деньги, чтобы не обанкротиться — подсунем в кровать к Ши Вону либо дочь конгрессмена, либо японского миллионера! Меня тошнит от этого!!! И да! Я не привык решать всё силой! Или ты думаешь я бы смог справиться один с десятью охранниками?! Меня тоже запирали в доме и сутками не выпускали! Когда я встретил обычную девушку, с которой учился вместе, знаешь чем закончился мой первый поцелуй с ней? Тем, что на следующий день в её доме была моя мачеха и совала её родителям деньги, чтобы они уехали и дочь свою забрали с собой! И они взяли их и уехали! Как ты не понимаешь, что я не человек, для всех?! Я! Мешок с деньгами!
— Я это… — Славка взяла в руки свою парку и рюкзак, медленно попятившись к выходу, — Пожалуй, поеду к парням в мастерскую. А вы это… Продолжайте свой разговор.
Мы даже не заметили, как она ушла и за ней хлопнула дверь.
— Всё НАСТОЛЬКО плохо, Ши Вон?
— Настолько, Дана. Настолько плохо, что я приводил даже шлюху в дом своего отца, чтобы она играла роль беременной от меня. Делал вид, что у меня отношения с мужиком, только лишь бы меня оставили в покое.
Я медленно подошла к нему и плавно провела по его руках своими вверх, пока не спросила, смотря в глаза:
— Ты мог сбежать давно. Сам, Ши Вон. Мог разрушить всё своими руками, и поставить всех на место. Что тебя останавливает?
Во взгляде Пончика пробежала грусть, и я поняла, что в том доме были и есть люди, которых он действительно любит.
— Брат… и отец. Сперва я терпел ради папы, а потом… Я понял, что для Чжона "Лайтекс" это не просто компания и бизнес. Он и правда хочет так жить, иначе не женился бы на дочери семьи Кан. Аран… Вот единственный человек, который был способен изменить его цель, Мармеладка, — Пончик отстранился от меня и оперся руками в столешницу, — Вот почему я хочу чтобы мы улетели. Я боюсь за тебя. Аран… Мне страшно, что Хальмони или ведьма сотворят с тобой тоже самое, что и с ней.
— Почему?
Мой вопрос был логичен, ведь я видела, что этот мужчина не доверяет никому, а значит не сильно-то и мне верить должен.
— Что "почему"? — Пончик повернул ко мне лицо, и я повторила вопрос:
— Почему ты веришь мне, Ши Вон? Ведь ты понимаешь, что я точно так же могу взять деньги и уехать. Тогда почему?
— Потому что мой брат уже однажды поверил в ту же байку, и лишился семьи и ребенка, о котором даже не знает.
"Я думала, он сейчас соплями всё зальет и начнет в любви неземной признаваться, но этот парень удивил меня опять, ответив по-мужски, и правду…"
— Что произошло с Аран, и как она вообще попала в ваш Тадж-Махал? Я никогда не поверю, что Чжон привел её посудомойкой в свой дом.
Я сложила руки на груди, а хотелось подойти и обнять его, но умом я понимала, сделай это и разговора опять не будет. Мы с ним как спички, стоит прикоснуться друг к другу, и беседу мы опять продолжим в горизонтальном положении, или меня опрокинут на эту столешницу.
Никогда не думала, что у меня снесет башку от секса с мужиком, но это факт. И проблема в том, что сносило у меня и подгорало только от Ши Вона. Ещё с той ночи под мостом. Это был он…
— Ты права. Чжон не тот человек, который будет выдавать свою женщину за прислугу в собственном доме. Это он приехал за тобой в тот проулок, когда на тебя напали, Дана. Пока я обшаривал всё в поисках документов на наш с тобой развод, чтобы подменить их, и улаживал вопрос с домом во Вьетнаме, это он поехал за тобой, и даже ничего мне не сказал. Только когда нашел, позвонил и сообщил, где ты.
— И часто вы так используете личность Всадника? — нахмурилась, потому что мне это не нравилось, и отчеканила:
— Ты хоть в курсе, что твой брат позволял себе по отношению ко мне?
— В курсе! Потому и бесился после вашей "беседы" в оранжерее омма*(мамы).
И тут меня осенило:
— Он проверял меня?
— Да, прости… — Ши Вон отвернулся, а я заехала ему по хребту так, что он завыл.
— Ты! Самый больной идиот во вселенной, Ким Ши Вон!!! — я опять замахнулась, на что Пончик перехватил мою руку и прошептал:
— Не бей… Больно же, блин!
Он заканючил, как ребенок, вот точно. А я только сильнее разозлилась, и пошла прямо на него.
— Как ребенок маленький! Ты мужик, или где? Вначале позволять мне рот облизывать брату для проверки, а потом ревновать, как сосунок? Дурак, совсем? У тебя вообще отношения были хоть с кем-то? Как баба себя ведёшь иногда!!!
— Не было… — с опаской ответил Ши Вон, а я замерла. Вот встала, как столб, и не могла прийти в себя.
— Погоди! Не надо мне рамён на уши наматывать! Не после того, что было за последние сутки.
— Я же не сказал, что не спал ни с кем! — Пончик вдруг рявкнул, а я отмерла, — У меня не было серьезных отношений. Ни с кем. Потому…
— Ты шутишь? — я вскинула брови чуть ли не до макушки, — То есть ты…
— Я ни с кем никогда не встречался, Дана. Вообще!
— Очуметь… Вот откуда этот детский садик с побегами и прочей хернёй!
Ши Вон выпрямился и нахмурился, смотря на меня совершенно диким взглядом.
— Отойди от меня, — низким и хриплым тоном отрезал, протянув руку вперёд, мягко указывая на расстояние между нами.
— Это ещё почему?
— Потому что я еле сдерживаюсь! — рявкнул, а я вздрогнула, — Потому… Это… Отойди, Мармеладка, и посиди вон на том стуле ЗА столешницей.
"Да, конечно! Уже!!!" — с этими мыслями я схватила его за байку и встала прямо в сантиметре, подняла лицо и почти у губ зашептала:
— Учись сдерживаться, когда мы скандалим.
— А мы скандалим? — послышался шепот, и по моей талии мягко поползла рука, прижав к Пончику.
— Ещё нет… Но очень близко… — подняла взгляд и продолжила, — Что случилось с Аран?
— Она сбежала, после того, как Хальмони пригрозила навредить Арым. Сестра для Аран самый близкий человек, они сироты, — прошептал в ответ Пончик и обнял меня и второй рукой, прислонившись к холодильнику спиной.
— Ты когда злишься, похожа на маленького злобного котенка. Ты знала?
— Не подлизывайся! — я ущипнула Пончика, и задала вопрос холодным тоном, — Ты знал, где Аран была всё это время?
— Нет… — честно ответил Ши Вон и поправил мои волосы у лица, — Я боюсь за тебя… — вдруг прошептал он, смотря на то, что делает.
Плавно огибал пальцем моё лицо и поправлял прядь за ухо.
— Вы действительно не понимаете, что из этого есть очень простой выход — сказать всем правду.
— Ты не понимаешь, как живёт наше общество, милая, — покачал головой Пончик, и грустно улыбнулся, — Узнай все, что у моего брата есть внебрачный ребенок, Аран сразу припишут роль любовницы, разрушившей семью. Для общества наша жизнь, как дорама по ТВ, с той разницей, что для нас это реальная жизнь.
— Тогда давай дадим им этот сериал, — я обняла Пончика крепче, и наконец, увидела в его глазах тень согласия с моими словами.
— Но тогда, мне придется играть…
— Играть роль, Ши Вон. Как в случае с Всадником. Но только так, мы избавимся от бардака вокруг. Какие бы ни были цели в жизни у Чжона, он должен знать, что у него есть ребенок, Пончик. Как и малыш имеет право видеть своего отца.