Корейский дрифт (СИ)

— Именно потому идиот решил жениться на этом подобии женщины, — перебила Пончика, и бросила голову в ладони.
"Бардак… В этой семье бардак из денег, роскоши, высокомерия и ещё кучи всего, чего я не знаю…"
— Ши Вон, бл***! Объясни мне что происходит наконец ВНЯТНО! Так чтобы я, идиотка, поняла, в какой заднице очутилась по твоей милости. Эта девушка села ко мне в тачку и заявила, что её сестра при смерти, а ребенку не с кем жить и ему нужен отец! Она сказала, что Чжон Вон притащил её сестру в ваш дворец в качестве посудомойки беременную и босую! А потом её просто вышвырнули из страны! И ты знал!!!
— Мармеладка… — он явно испугался и не понимал что со мной делать в таком состоянии.
— Даже не заикайся, а отвечай по-существу, Пончик! Какого хера эта девка чуть до слез меня не довела и что нам с этим теперь делать?! — я так рыкнула, что Ши Вон вздрогнул, а я в шоке наблюдала, как он расплылся в счастливой, дебильной, ухмылке и прошептал:
— Значит, я не ошибся…
— Ты чего улыбаешься? — меня это разозлило ещё больше, но Пончик вообще стал ещё и губу закусывать при этом.
— Ты утратил связь с мозгом? Включи, пожалуйста, свой процессор и ответь на вопросы, Ши Вон, иначе я тебя сейчас колотить начну! И больно будет везде!
На мои угрозы он лишь умолк и кивнул головой, со словами:
— Не надо бить, я ещё от предыдущих побоев не отошёл, — тихо ответил Ши Вон, а я его перебила.
— Рассказывай! Кто такая эта Аран, и как она вообще связана с твоим братом?!
— Она и правда его девушка, и она действительно мать моего племянника.
— Нашего… — резко осекла, и сложила руки на груди ещё дальше отодвинувшись от Пончика, потому что чем больше я злилась, тем больше мне хотелось продолжения банкета.
— Нашего, — утвердительно повторил Ши Вон и сглотнул, — Нашего, но только успокойся!
— Я спокойна.
— Не очень.
— Проверишь?
— Честно?
— Да! — холодно отрезаю, и офигеваю от ответа.
— Боюсь… Ты начинаешь меня пугать, Мармеладка. Поэтому мне придется вскоре прибегнуть к твоему перевоспитанию. Девушка должна быть нежной, а моя жена…
— Оторвёт тебе всё что не так болтается, если ты не прекратишь "валять Ваньку"!
— До сих пор не могу понять, как можно валять человека. Ну дурака валять, да. У нас так говорят. Но чем вам ваш Ваня не угодил?
Мы посмотрели друг другу в глаза и видимо одновременно поняли, что разговора сегодня точно не будет, потому что Ши Вон резко подался вперёд и притянул меня к себе, целуя.
Мягкие движения его губ становились всё настойчивее, а обоюдное дыхание всё глубже. Слегка прохладные ладони усадили верхом, и мне стало снова плевать на весь мир вокруг, потому что я чувствовала и слышала снова тот бешенный стук в его груди. Мягкими движениями рук, меня приручали к себе и я понимала, что вот так действительно стану послушной. Если меня будут любить и дальше так ласково и нежно, мне придется заткнуться и полюбить в ответ.
Рваный вдох вырвался из горла, когда мы снова стали одним целым, а волна приятной истомы напомнила всё тело. Плавно и медленно ласка стала тлеть и разгораться, как огонь между нами. Неспешно, сладко и бережно, огонь только набирал свою силу, пока первый отголосок удовольствия не заставил меня вздрогнуть, и Пончик не прижал меня теснее к себе, мягко, но уверенно направляя мои движения.
Мы словно обнялись, и нельзя было разобрать где чья рука, так сплелись наши тела, сидя в ворохе теплых одеял. Только его дыхание, лицо и глаза, прямо напротив меня и с каждым, всё более резким движением, они соединялось вместе в мой личный коктейль из кайфа. Потому что мне дико нравилось, как менялось его лицо, когда Пончик прикасался ко мне, двигался во мне, и сам получал кайф.
Но всё что началось неспешно и медленно в какой-то момент обратилось снова вспышкой бешенства, из-за которой я сжимала одеяла в кулаках и пыталась поймать связь с реальностью, когда меня опрокинули на спину, и мы уничтожили ещё и старую кровать.
Но кто на это обращал внимание, когда нас обоюдно накрывало наслаждение, и хотелось не замечать вообще ничего, кроме друг друга. Держаться за его затылок и плечи, в попытке не дать сбавить дикий темп страсти.
Я думала, что сожру глазами картину того, как Ши Вон резко и сильно двигается надо мной. Как его мышцы напрягаются, а я смотрю на это и возбуждение становится ещё сильнее. Каждый изгиб, рельеф и каждый его бешеный взгляд всё больше доводит до отупения.
"Испанский стыд…. Я попала…" — била мысль в голове, когда мы прижались головой друг к другу и смотрели вместе на то, как рука Пончика огибает линии моей груди, и мы двигаемся навстречу.
— Красиво… — тяжело выдохнула, и поймала жаркий поцелуй, когда Пончик стал снова наращивать темп, и схватил меня за подбородок рукой, мягко сжимая.
— Совершенно… — он толкнулся вперёд так, что в моём горле застрял стон, а ноги прошила лёгкость, и понеслась к самим пальцам.
Ещё несколько сильных движений, и тело прошил уже настоящий спазм. Сделать вдох было невозможно, а рука сама вцепилась в плечо Пончика так, что он зашипел, но продолжил резко и глубоко двигаться, лишая нас последних остатков рассудка, пока и сам не задрожал всем телом.
— Ты… — сглотнула сухой ком в горле, и рассмеялась, — Решил разнести… здесь всё?
— Нэ… *(Ага) — Пончик прижался лбом к моему плечу, тяжело и глубоко дыша.
— Мы сейчас на пол сползём… — опять хохотнула.
— Нэ… *(Ага)
— Пончик… Ты тут вообще? — опять хохотнула, на что мне закрыли рот самым сладким и ласковым поцелуем — медленно и не отрываясь ни на сантиметр от моих губ своими, выдыхая горячее дыхание, и прижимая меня ещё теснее.
— Мы не сможем… Нормально закончить разговор, если не остановимся… — я разорвала поцелуй, и прижала ко рту Пончика ладонь, на что он лишь тяжело выдохнул, и убито кивнул.
— Нужно… Остановиться, — опять кивок на мои слова, но в глазах я вижу другое.
— Ты не остановишься сейчас? — смеюсь, и получаю уже отрицательный кивок в ответ, ощущая как Ши Вон плавно возобновляет движения и наклоняется ко мне, не смотря на мою руку, которая в принципе уже и не сдерживает его.
— Ненормальный… — выдыхаю и отпускаю лицо Пончика, чтобы поймать его губы, и прижаться теснее, когда огонь начинает опять тлеть и разгораться с новой силой…
Утро наступило в полдень. Вернее оно пришло тогда, когда я открыла дверь доставщику и приняла у паренька в поклоне два пакета с такпокки. Парнишка так на меня посмотрел, словно я драгдиллер и поселилась на крыше, чтобы скрываться от полиции.
Ну, оно не мудрено, учитывая, что моя дверь открылась и тут же чуть не упала ему на голову, потому что верхней петли реально не было. Сарай на крыше был единственным жильем, за которое с меня не потребовали залог в половину его стоимости. Поэтому вход в него охраняли — потёртый диван, и дверь почти как у бабки Нади на даче. Тут я конечно, загнула, но сломать её мы всё-таки умудрились.
Как только паренёк скрылся в проходе, который вел на лестничную клетку, я решила, что свет нам всё-таки необходим, и кое-как залезла с помощью дивана к счётчику, подключив его в кабель.
— Надо убираться из этой халупы, — пробормотала под нос, и заметив покорёженный китайский тазик замерла.
Потом подняла руку и глянула на кольца, а уже потом поняла наконец, что прямо сейчас в моей кровати, в этом сарае, спит без задних ног, мой мужик. И это уже не фиктивный брак, учитывая что мы как-то забыли предохраняться.
— Твою налево… — я опустила взгляд вниз и закусила губу, — Ну ты то, дура, была уже замужем! Знаешь же что такое контрацепция! И что теперь делать?
Я схватила пакеты, которые положила на диван, когда взбиралась к кабелю, и тут же напоролась на злой взгляд, который смотрел на меня из открытого окна, над диваном.
— Только посмей скрыть от меня свою беременность, Мармеладка! Предупреждаю — с этого дня, тебя будет каждый месяц осматривать доктор, чтобы ты нечаянно глупостей не наделала.