Стражи Мертвых городов

Я метнула на Кристофера быстрый взгляд и сказала:
– То ли Щит, то ли Меч рад присутствовать здесь.
Киара улыбнулась чуть шире и, не сводя с меня взгляда, скомандовала:
– Кристофер, выйди!
– Кира! – в голосе идеального истребителя звучало негодование. Он называет её так по-семейному и позволяет подобные интонации в голосе. Кто он ей?
Киара перевела взгляд на парня и сказала тихо, но у меня аж мурашки побежали:
  
– Крис, если ты сейчас позволишь себе меня ослушаться, я разберу тебя на составные части и потом соберу по памяти. А она меня в последнее время сильно подводит. Я доступно объяснила?
– Кристально. – Вероятно, он скрипнул зубами, во всяком случае, его чётко очерченная линия челюсти стала ещё резче.
Когда дверь за ним прикрылась (не осмелился хлопнуть, надо же), Киара снова обратилась ко мне:
– Я так понимаю, ваше первое знакомство вышло не очень. Я не собираюсь его оправдывать или защищать тебя. Вы не малые дети, разберётесь сами. Ваша задача – притереться в своей Единице, и чем быстрее вы посшибаете друг с друга острые углы, тем лучше. Когда Совет магистров спросил моего мнения насчёт вашего партнёрства, я не раздумывая согласилась. Я не знаю тебя, не знаю глубины твоей проблемы. Но я не хочу, чтобы Кристофер был один. Нас не случайно собирают в Единицы. Истребитель не будет целым, пока его спина не прикрыта хорошим партнёром. Крис считает, что может всё сам, и имеет на это основания. Но я хочу, чтобы ты попробовала.
Я кивнула, слушая внимательно. Киара говорила со мной, как с равной, и это было очень необычно.
– Я дам тебе совет, если позволишь, – продолжила она. – Не разрешай ему себя подмять. Ищи компромисс, но не прогибайся сверх меры. Покажи характер.
– Вы меня не знаете. – Я удивлённо подняла брови. – Может, я истеричная дура, а вы даёте мне такую свободу.
Киара ухмыльнулась:
– Ты же не думаешь, что я не изучила твоё личное дело, Ясмина? А потом, Крис – тоже не маленький мальчик. Он побывал в таких передрягах, какие тебе и не снились. Я ему легко доверю свою жизнь. Если ты не сможешь так же ему довериться, то мы разберём вашу Единицу и будем искать другие варианты. Даю вам месяц. Этот же срок нам с Эриком дали когда-то, и мы вполне уложились. Я очень надеюсь, у вас всё получится. – Она помедлила, словно сомневалась. – И ещё. Не влюбляйся в него. Отношения в Единице мешают концентрации и ставят жизни под угрозу.
– Это вы по собственному опыту говорите? – и опять мой язык летит вперёд разума. Я прикусила губу, но сказанного вернуть было уже нельзя.
Но Киара не обиделась, а звонко рассмеялась.
– Языкастая? Ну и славно, одно из лучших качеств девушки-истребителя, на мой вкус. И вот ещё, называй меня на «ты», на заставе все зовут меня Кира.
Сложная смесь из восторга, благодарности и чего-то особо щемящего грозило выплеснуться из глаз, но я собралась и только вежливо кивнула.
Киара разрешила:
– Позови его.
Кристофер стоял, прислонившись к стене, как и тогда при встрече. Недалеко от входа, но явно не подслушивал. Руки скрещены на груди, голова откинута к стене, глаза прикрыты. Словно всё ему нипочём. Хотя откуда мне знать, может, так и есть.
Когда мы вернулись, Киара опять сидела в кресле, закинув ногу на ногу. Мы встали перед ней, как ученики перед учителем. Хотя почему «как»?
– Призывайте оружие.
Кристофер послушался сразу же. Он плавно повёл рукой, словно зачерпывая, и в ней появилась катана. Красиво, твари его забери. Высокий, крепкий истребитель с длинным, слегка изогнутым мечом, острым как бритва, насколько я в курсе. Киара насмешливо подняла бровь, внимательно глядя на парня. Словно между ними шёл недоступный мне беззвучный диалог. Его лицо было обращено в профиль, и выражение рассмотреть я не могла. В итоге она кивнула, словно разрешая что-то и перевела взгляд на меня. Он тоже повернулся, глядя выжидающе.
Я сделала небольшой шаг назад.
Когда поднимаешься на Башню призыва, ты не можешь заказать оружие. В руку приходит именно то, что тебе предначертано. Нельзя поменять, вернуть или переделать. Когда я втайне от всех пробралась на Башню, я верила, что смогу. Я представляла, как спущусь и похвастаюсь чем-то эпичным, как одногруппники восторженно замрут, а магистры уважительно покачают головами. Что ж, вышло невероятно эпично, не поспоришь.
Пауза затягивалась. В глазах Кристофера заплескалась насмешка, и я выдохнула. Подняла руку и призвала Её. По сложившейся традиции, ни в каких документах не указывался вид призванного оружия. Считалось, что это личное, к тому же на профессиональные качества истребителя это никак не влияло. Знать, что у тебя за оружие могли те, кому ты хотел его показать. Твоя Единица, маги-тренеры, заставные. Поэтому для присутствующих моя «подружка» было неожиданностью.
– Любопытно, – весело сказала Киара.
В руке красовалась коса. Длинное древко, изогнутая сталь. Да, в деревнях такими косят траву, а не ходят на тварей. У Башни призыва оказалось специфичное чувство юмора. Или это она мстила мне за несанкционированный запрос? Единственное отличие от орудия труда было лишь в том, что лезвие оказалось острым с обеих сторон, и сверху, и снизу.
– Да она скорее этим снесёт башку мне, чем тварям, – в сердцах выдал Кристофер.
Злость горечью растеклась под языком, но я сдержалась. Влюбиться в этого? Да я скорее выйду замуж за обитателя Мёртвого города!
– Вот сейчас и узнаем, – веселья в голосе Киары не убавилось ни на пёрышко. Она словно предвкушала какое-то развлечение. – А теперь вперёд. Сражайтесь!
– Не понял, – удивился парень. – С кем?
– Друг с другом.
Я ошалело таращилась на Киару:
– А разве мы не вместе против кого-то должны драться? Мы же тренируем взаимодействие, то есть… – под насмешливым взглядом истребительницы я стушевалась.
– Послушайте внимательно, детки, – сказала она, опираясь ладонями о колени. – Иногда взаимопонимание возникает только после хорошей драки. Возможно, вы не знали, но мы с Эриком устроили отличную битву в первый же день знакомства. И до сих пор считаем, что именно она положила начало нашей Единице.
Я отступила на пару шагов и отвела косу в сторону, показывая готовность. Кристофер тоже отошёл в середину зала, расставив ноги и беря катану двумя руками. Лезвие перечеркнуло его лицо в том же направлении, что и шарм. Сердце прыгнуло под горло и забилось сильнее. Так всегда перед дракой.
Я не стала ждать и прыгнула первой. Длинное древко позволяло держать противника на расстоянии, и первое время мне это удавалось. Борн явно примерялся, изучал меня, словно писарь останки твари. «Что она предпримет, если я стану махать катаной снизу вверх, подныривая под косу? А если я сделаю ложный выпад, а потом проведу контратаку?» Пока мне удавалось довольно легко предугадывать его манёвры.
Мы незаметно переместились в ту часть зала, куда доставали пробившиеся через высокие окна дневные лучи. Катана отражала их, и по стенам заскакали солнечные зайчики. Они отвлекали и, словно поняв это, Кристофер взял такой темп, что у меня перехватило дыхание. С солнечными зайчиками случился припадок, они метались по стенам, точно за ними гнался серый волк.
Я сделала низкую подсечку косой, специально сильно закручиваясь, пригибаясь и оказываясь к противнику почти спиной. Он, конечно, этим воспользовался, шагнув ко мне. Но я не глядя двинула назад древком, метясь в колено. Обычно этот приём срабатывал безотказно, но я чуть не опрокинулась на спину, ведь в это раз рукоять встретила пустоту. Лишь жёсткий выдох противника дал понять, что увернулся он в самый последний момент.
  
Кувыркнулась через спину, выходя из-под удара катаны – было бы глупо рассчитывать, что он не воспользуется моим промахом. Раскрыться пришлось раньше, слишком проворным оказался истребитель. Я замерла, лёжа на спине, зато успела вскинуть руки с оружием и остановить летящее сверху лезвие.
Мы застыли. Вот он, первый кризис боя, когда может произойти перевес в одну из сторон. Он навис надо мной, давя на древко косы катаной. Я не отводила взгляда от его глаз, боясь пропустить момент. Либо он скользнёт оружием вверх, над моей головой, подцепит рукоятью древко косы и дёрнет на себя. Либо, наоборот, двинет лезвие вниз, доставая меня со стороны живота. Если я смогу предугадать его манёвр, то правильные контрмеры выведут меня из-под удара. При условии, что эти серые, как сталь катаны, глаза сдадут мне своего хозяина.