Любимая для монстра
– И что теперь? Снова проглотить? Она третий раз за два года цены подняла. Скоро мы будем платить две меры золотом за меру ее артефактов!
– Или наши хозяйки начнут готовить во дворах, на кострах. Ведь все бытовые артефакты мы закупаем в Ридиме! – прорычал ничуть не хуже генерала глава торговой гильдии. Потом недовольно добавил: – Еще и наши соседи ропщут, что мы задираем цены за провоз ридимских артефактов по своей земле. Оттого и чужие торговые дома нам мстят, разоряя наших лавочников и задирая цены.
Горы – естественная защита Ридима, однако и ловушка. Из-за магического фона, который и порождал крупные и мощные камни-накопители, Ридим не может использовать пусть дорогостоящие, но быстрые перемещения порталами. А обычных наземных путей, связывающих княжество с внешним миром, всего два, через Фейрат или Солкат.
Главы ведомств дружно возмущались:
– У нас нет выхода…
– …либо воевать с Ридимом, либо скоро придется воевать с соседями…
Атмосфера совещания накалялась. Улыбаясь про себя, я заинтересованно наблюдала за разбушевавшимися мужчинами. В скучной, однообразной рутине дворца неожиданно выдалось настоящее развлечение. Столько экспрессии, самых разных эмоций, в которых я училась разбираться и выявлять их обладателей. Жаль, забыла, что и сама являлась объектом пристального изучения.
– А что бы сделала ты в этой ситуации, дочь моя? – заставил меня вздрогнуть бесстрастный голос князя.
Обернувшись, заметила, что Фолкзан и Хорн, опершийся локтем о стол, смотрели на меня. Пожав плечами, спокойно ответила:
– Ничего.
Меня затопило разочарованное удивление двух самых влиятельных мужчин страны. Однако князь все же решил добиться от меня расширенного ответа:
– Почему?
– Проще подождать на берегу, когда труп врага сам проплывет мимо тебя.
– Эрэта, не время для шуток! – намекнул Хорн.
Улыбнувшись ему и отцу, я милостиво пояснила:
– Нужно выкупить все артефакты по любой, даже втридорога завышенной цене. Как в самом Ридиме, так и у всех наших соседей.
– Вы с ума сошли? Казна Солката почти пустая, а вы нас окончательно разорить хотите?
На худого неврастеника по финансам я даже не взглянула – поясняла исключительно двум мужчинам, решавшим все. Хотя, судя по довольно и коварно скалившемуся главе торговой гильдии, поняла: мою идею он слету поймал и оценил!
– Как только выгребем везде и у всех все подчистую, объявим о полном и строжайшем запрете провоза абсолютно всех товаров и перемещения иностранцев как со стороны Ридима, так и туда по нашей земле.
– Но тогда…
– С учетом созданных запасов артефактов мы спокойно продержимся даже пару лет без особенных трудностей. А как только цена на них вырастет до небес, часть еще и продадим особо нуждающимся, и знатно заработаем, покрыв все убытки и расходы.
– Ошибаетесь! Княгиня Ирдана просто пустит весь торговый поток через Фейрат! – насмешливо бросил один из советников.
На этот выпад хохотнули военные. А я с мрачной улыбкой пояснила:
– Пусть попробует. Хотя я сильно сомневаюсь, что княгиня Ридима, судя по тому, что она столько лет утирает всем соседям нос и вертит нами как хочет, решится заключить договор с Фейратом, где женщина ценится наравне с собакой. И не имеет прав. Уверена, она осознает, что Ридим все еще свободен и не захвачен Фейратом лишь по одной причине – она ведет дела только с Солкатом. А мы всегда защищаем свои интересы.
– Ирдана может годами держать осаду благодаря защищающим ридимскую границу артефактам и вынудит нас самих прийти к ней на поклон, – поморщился генерал.
– Держать-то она может что угодно, только вот кушать хочется каждый день. И желательно не менее трех раз. А камни – несъедобны, – зловеще ухмыльнулся Хорн. – Ведь в Ридиме, кроме артефактов, своего ничего нет, все привозное.
– Значит, закупаем, запрещаем и ждем? – усмехнулся князь.
Глава торговой гильдии без стеснения потер загребущие лапы, уже явно предвкушая будущие барыши.
– А что ей помешает наладить с нами отношения, а потом вновь начать пакостить? – уточнил один из советников, молчавших ранее.
– Насколько я знаю, княгиня Ирдана – красивая, молодая и умная женщина. К тому же вдова… – теперь я с намеком смотрела на князя, улыбаясь глазами.
– И у нее лишь малолетняя дочь, в будущем ее можно выдать замуж за нужного нам мужчину, – кивнул Хорн.
Вот эта мысль мне совсем не понравилась. И я поспешила перевести тему на другое, а заодно и себя защитить в будущем:
– Красивая, молодая, умная, по слухам, не жестокая с людьми и способная зачать женщина. Идеальная невеста для оставшегося вдовцом еще тоже очень молодого и весьма симпатичного князя. В конце концов, вопроса о сыне-наследнике с вас, мой дорогой отец, никто не снимал. А если их будет не один и не два, только лучше. И надежнее, для укрепления трона и рода Фолкзанов. Тем более, Ридим скоро может стать нашим.
– Хитра, коварна и умна… – протянул князь, со странной улыбкой глядя на меня.
Предгрозовые глаза князя потемнели, но нахлынувшие было страх и напряжение от его странного взгляда отпустили, ведь я ощутила его довольство, даже восхищение. А вот Хорн едва уловимо хмурился, правда, опять же, негативных эмоций не испытывал.
Совет длился еще не менее часа, обсуждали детали принятых решений, в чем я не участвовала. Наоборот, специально молчала, больше не хмыкая и не улыбаясь. И терзалась сомнениями: правильно ли поступила, позволив себе, попросту говоря, выпендриться? Не лучше ли было промямлить что-нибудь малосущественное, высказанное другими? К сожалению, я обладала одним очень опасным недостатком: мне нравилось чувствовать себя умнее других. И если это случалось продемонстрировать, то испытывала ни с чем не сравнимое удовольствие. Как другие баловали себя шоколадом или сексом, так я позволяла себе «умничать». Благо мозги и жажда знаний позволяли.
* * *Приглашение на аудиенцию к князю мне передали по возвращении с верховой прогулки. Получение не только знаний, но и практических навыков управления данным видом «транспорта», стало для меня таким же жизненно важным, как и владение магией. Ведь Хартан далеко не мир технического прогресса, на машинах здесь не ездят. А вот лошади повсеместно в ходу.
Быстро вымывшись и переодевшись, запах конского пота недопустим, я поспешила в кабинет отца. После большого совещания прошло несколько вполне обычных, спокойных дней и ничего не предвещало грозы, поэтому, кивнув телохранителям, я зашла к отцу с легким сердцем.
Но эмоциональная волна и напряжение, встретившие меня в дверях, заставили насторожиться. Ожидавшие меня мужчины расположились в мягких креслах у пустого камина.
Присев в реверансе перед князем и вежливо кивнув Хорну, я привычно поприветствовала их:
– Темнейшего дня, отец, эйт Хорн.
– Проходи и садись, Виктория, – слишком ровно, подозрительно спокойно произнес князь.
Сохраняя внешнюю невозмутимость, я села на краешек мягкого кресла напротив отца. И с надеждой на хотя бы нормальный исход нашего разговора подняла на него глаза. С минуту, не меньше, мы втроем молчали. Мужчины явно изучали меня, я ждала чего-то гадкого. Видимо, интуиция проснулась. В прошлый раз из-за нее я вытащила нож и чуть руки не лишилась из-за проклятья. Сегодня же…
– Я решил, что тебе пора замуж! – громом среди ясного неба прозвучал бесстрастный приговор князя.
– Позвольте узнать: за кого вы прочите меня? – прошелестел мой голос.
– За Патриуса Хорна.
Я в полном ступоре пялилась на отца, кажется, размышляя вслух:
– Ему восемнадцать, он еще не достиг совершеннолетия и…
– С моего разрешения он мог бы взять тебя в жены и младенцем, – оборвал мой лепет князь.
Я молчала, сосредоточившись на дыхании. Мне не хватало воздуха и слов высказаться. Бессильно переводила взгляд с Фолкзана на Хорна, но оба словно ледяной корочкой покрылись, пряча свои эмоции и чувства.
– Пожалуйста, не заставляйте меня… – «Снова менять свою жизнь» мысленно закончила я. – Позвольте хотя бы самой выбрать…