Грани Света. Хранитель (СИ)

Я настолько увлеклась разглядыванием, что не сразу заметила, как голоса мужчин становились все тише. Остановившись у ларца, инкрустированного по бокам разноцветными камнями, посмотрела на крест, что был высечен в нем. От креста исходила странная энергия. Теплая. Притягивающая. Ассоциирующаяся с приятными эмоциями или же с материнскими объятиями.
Возможно, причиной тому, что я стала более чувствительной ко всему сверхъестественному, была связь с Габриэлем, или же пророчество, появившееся на теле. Утверждать наверняка я не могла. Но факт оставался фактом. Я чувствовала исходящую от креста энергию так, так если бы могла услышать или увидеть ее, но при этом, она находилась за гранью моего понимания.
Протянув руку к ларцу, который относился к тем видам экспонатов, которые стояли вне витрин, я коснулась прозрачных камней. Они и заполняли вырезанное на дне ларца углубление в виде святого креста. Провела по гладкой поверхности камней. Отчего-то сердце забилось чаще, а кулон в виде девятихвостой лисы внезапно завибрировал на груди, как во время спиритического сеанса в фильмах ужасов.
Я испуганно отпрянула, но было уже поздно. Свет полился из креста, заполнив все пространство музея, ослепив. Я испуганно позвала Габриэля, но будто онемела. Мой голос потонул в вязкой тишине, давящей на уши. Я попробовала еще раз, но вновь потерпела неудачу.
Пытаясь сделать хоть что-нибудь, инстинктивно, как это бывало в тех редких ситуациях, когда мне было очень сильно страшно, схватилась за кулон и ощутила, как меня окатывает волнами спокойствия. При этом я прекрасно понимала, что оно было чужеродного характера. Вряд ли бы я была так спокойна сама, находясь в подобной ситуации, когда перед глазами только белое полотно, а уши не слышат ни звука.
А потом все резко прекратилось. Исчезла ослепляющая белизна, и вернулись звуки. Я снова была в сокровищнице, но рядом со мной никого не оказалось. Заозиравшись по сторонам, увидела проход, ведущий на выход из Музея. Так мне казалось на тот момент. И я пошла в ту сторону, надеясь отыскать Габриэля. Но чуть позже, поняла, что заблудилась.
Проходы петляли и петляли, даже и не думая заканчиваться. С высоких потолков и стен на меня с укоризной смотрели лики Святых, Ангелов и великомучеников. А затем они заговорили. Хором. От страха, накатившего в то мгновение, у меня затряслись руки.
— Смерть! Смерть! Смерть! — настойчиво твердили они.
Я не выдержала их давления. Сорвалась с места и побежала вперед, затыкая уши и не разбирая дороги. В музее с каждой секундой становилось все темнее и темнее. А стройный хор голос все не угасал. Наоборот, становился все громче и громче, набатом звуча в голове.
— Ты должна умереть! Тебе не место на земле! Умри! Умри! Умри!
— Замолчите! — крикнула им в ответ, не выдержав.
Почему я должна умереть?! Почему Ангелы и все святые хотят моей смерти?! И где, черт побери, Габриэль?!
Слезы комком подступали к горлу, но я упорно давила их в себе. На очередном повороте, который был точно такой же, как и предыдущие, я остановилась. Выдохлась. Упала. Больше не могла бежать. Но шестое чувство внутри меня буквально кричало: «Опасность».
Чернота окутала меня, подступив со всех сторон, но я так и не успела толком испугаться еще больше, потому что на стенах зажглись старинные подсвечники. Сами, без чьей либо помощи. Пламя плясало, пожирая воск и отражаясь на стенах пугающими тенями.
Грудь сковал первобытный ужас.
Надо было убираться отсюда, но я даже понятия не имела, куда идти. Я просто напросто заблудилась. А архитектура здания, казавшаяся такой простой, на деле оказалась сложным хитросплетением ходов. Причем, бесконечных!
Сидя на коленях, я пыталась отдышаться. Голоса не смолкали, сводя с ума, зондируя одни и те же слова. В какой-то момент я не выдержала и громко закричала. Мой голос эхом отразился от высоких сводчатых потолков и зловеще распространился по всему музею.
Голоса резко умолкли.
Неверяще подняв глаза к потолку, на котором были изображены те, кто пытался свести меня с ума несколькими секундами ранее, я недоверчиво посмотрела на мозаики.
 
Почему они вдруг замолчали?
Я не знала, что и думать. До встречи с Габриэлем, я бы считала, что сошла с ума, но теперь… Что это было?
Посреди оглушающей тишины внезапно раздались чьи-то шаги. Надежда затопила грудь, придав сил, и я подскочила на ноги, помчавшись в сторону звука. Я бежала в верном направлении. В пользу этого говорили шаги, которые звучали все ближе и громче, отражаясь от стен.
Я не успела разглядеть того, в кого врезалась со всего разбега. Сильные руки обхватили меня, поймав, и тут же прижали к себе. Объятия не были дружелюбными — меня будто в тиски заточили. Чуткий нос тут же уловил запах корицы, исходящий от мужской одежды.
О, нет…
Когда я подняла глаза вверх, то уже понимала, насколько глупо поступила, побежав навстречу «спасителю»…
Это был не Габриэль.
— Ну, здравствуй, Свет Несущая душа. — оскалился белозубой улыбкой обладатель бархатного голоса и гетерохромных, нечеловеческих глаз. — Приятно, наконец, познакомиться с тобой воочию!
Я шумно дышала. От бега или от страха — для меня уже не имело особого значения. Слова застряли в горле. А близость чужого тела причиняла почти физическую боль. Глаза разного цвета — один красный, другой голубой — смотрели на меня насмешливо и с легкой заинтересованностью.
— Невежливо молчать, когда с тобой разговаривают. — и хотя тон его голоса можно было назвать спокойным, мне стало не по себе.
От мужчины веяло опасностью. Нутро выворачивало от ужаса, а волоски на теле встали дыбом. Инстинкты вопили: «Прячься, беги, сделай хоть что-нибудь!» Создавалось впечатление, что я загипнотизированный кролик, смотрящий в глаза змеи, которая в итоге проглотит меня и не заметит.
На языке вертелись тысячи вопросов, хотелось высвободиться из неприятных объятий незнакомого мужчины, но я не могла пошевелиться. Поэтому все, что мне оставалось — стоять и рассматривать незнакомца.
Он был необычный. Неоднозначный. И весь состоял из противоречий. Его глаза и насмешливо «улыбались» и смотрели на меня с презрением. Его волосы были черны, как ночь, но среди них проглядывались белоснежные пряди. Его черты лица были острыми, хищными, но стоило ему ухмыльнуться, как они становились миловидными и приятными, смягчаясь. Он не был таким же высоким, как Габриэль, но и не был столь низким, как Пьетро.
Габриэль…
Мысль о моем Ангеле вывела меня из странного оцепенения — я была и напугана и очарована одновременно. И я тут же пришла в себя, упершись руками в грудь мужчины. Появились силы сопротивляться.
— Отпустите меня! — хрипло произнесла я.
Вместо ответа, он положил мне руку между лопаток и еще сильнее придавил к себе. Склонился к моему лицу максимально близко, обдавая своим горячим дыханием. Сердце затрепыхалось в груди, словно крылья колибри. Я дышала через раз.
— Я отпущу тебя тогда, когда сочту нужным, ангелочек. — угрожающе низко пророкотал мужчина, почти касаясь губами моих губ.
Я замерла. Его аура подавляла. Заставляла подчиниться.
В эту минуту, в эту секунду, больше всего на свете я желала, чтобы Габриэль оказался рядом. И только сейчас я поняла, насколько ничтожны были те передряги, из которых брюнет меня вытаскивал. Я буквально кожей ощущала, что именно сейчас я вляпалась по самое «нехочу».
И на этот раз мой Ангел-Хранитель не сможет мне помочь…
— Хм… — выражение лица мужчины стало задумчивым, когда его рука, лежащая между лопаток начала путешествовать по спине. Я вздрогнула и дернулась всем телом, испытывая отвращение на грани с необъяснимым трепетом. — А ты не такая уж и чистая Душа. В центре твоего Света уже поселилась червоточина. Тебе повезло, что она ничтожно мала.
Я не понимала, о чем он говорил. Поэтому просто пыталась высвободиться из стальных объятий. Дергалась изо всех сил. Но все было без толку.
— Если ты меня сейчас же не отпустишь… — сердце колотилось в горле от страха, но я старалась не подавать вида.