Грани Света. Хранитель (СИ)
— Я никогда не причиню тебе вреда, Лекси. — едва слышно прошептал он, пристально глядя мне в глаза серьезным взглядом. — Верь мне.
Знал бы он, что я доверилась ему еще тогда, когда села за руль этой проклятой машины…
На улице уже было достаточно холодно, и я слегка замерзла, чувствуя, как меня пробирает дрожь, но не столько от холода, сколько от невроза. На небо стремительно набегали тучи, заслоняя сияющий звездами небосклон. Подул ветер, и я зябко поежилась, на что вокалист с коварной улыбкой кивнул в сторону дома.
Холл встретил нас потрескивающим камином и приятным теплом, укутавшим озябшее тело. На всех имеющихся выступах дома стояли свечи, мерцающие приятным сумрачным светом, не напрягающим глаз. Сомнений в том, для чего меня сюда привез Габриэль не осталось. Они выветрились из головы в тот же миг, как только я заметила лепестки роз, усыпающие лестницу, ведущую на второй этаж.
— Давай, я помогу. — мужчина остановился позади меня, вызывая толпу мурашек по позвоночнику, когда его горячее дыхание обдало чувствительный затылок. Осторожно, будто боясь напугать, он снял с меня куртку. Повесил на вешалку, стоящую у входа. Разделся сам.
Он следил за мной из-под полуприкрытых век. А у меня все внутри затрепетало от его взгляда. Или от страха. Я не знала, чего во мне было больше и что превалировало в данной ситуации. Вроде как он сказал, что не причинит мне вреда, а это значит, что бояться нечего.
Но почему тогда меня не покидает волнение? Может, потому, что я тоже хочу этого не меньше, чем мужчина, воплощающий в себе всю порочность нашего мира?
— Пойдем. — Габриэль говорил на полтона тише, чем обычно, обволакивая меня своим низким голосом. Будто… Соблазняя?
Догадка стала для меня потрясением.
Да ему даже делать ничего не нужно! Если бы я не была такой упрямой, принципиальной и трусливой по части того, что происходит между мужчиной и женщиной, то давным-давно отдалась на милость его умелым рукам, чарующему голосу и волнительным прикосновениям.
Ну, и не стоит забывать о болезненном опыте близких отношений.
Или, наоборот, не стоит вспоминать? Особенно сегодня…
Он привел меня в столовую. Красивая, в белых тонах, посередине длинный стол, а на нем вазочка с фруктами на любой вкус. Рядом с вазочкой стояла бутылка шампанского. Ну, или другого алкогольного напитка. Я сейчас плохо соображала. Все мое естество сосредоточилось только на одном. На хищнике, который не спускал с меня голодного взгляда.
— Выпьем? — предложил брюнет, и тут же откупорил бутылку, не давая мне и шанса сказать «нет». — Тебе нужно расслабиться. Ты слишком напряжена. — Оправдался.
Я одарила его скептическим взглядом.
— Не думай, что тебе удастся напоить меня, а потом затащить в постель. Единственное, на что я способна в подобном состоянии — на сон. — ехидно заметила я, косясь на то, как парень разливает золотистую искрящуюся жидкость по бокалам. — Хотя, ты, вероятно, и так об этом знаешь. — вырвался нервный смешок.
— Даже и не думал, — хохотнул Габриэль, вручая мне до половины наполненный бокал. Пузырьки весело играли на поверхности.
С некой благодарностью приняв от него шампанское, я чуть ли не залпом осушила напиток. Брюнету оставалось только удивленно взирать на меня, округлившимися глазами. Похоже, мне, наконец, удалось его, если не шокировать, то удивить уж точно. Один ноль в мою пользу.
Я довольно выдохнула, со звоном поставив пустой бокал на стол.
— Это ты зря. — отхлебнув шампанского, заметил мужчина. В его глазах застыло непонятное выражение, будто он не мог определиться, смеяться ему или переживать за мое душевное здравие. — Ты ведь очень редко пьешь алкоголь. Почти никогда. Алкоголь может тебя вырубить.
— А может я этого и добиваюсь. — чувствуя, как у меня начали расслабляться конечности, а в голове исчез туман, злорадно ответила я, показав парню язык.
— Да вы коварны, Александра. — хрипло пророкотал Габриэль.
Его глаза вновь потемнели, и на этот раз я, осмелев благодаря алкоголю, подошла к нему вплотную и, заглянув в его карюю радужку, выдала:
— Ты знаешь, что у тебя почему-то глаза чернеют, когда ты на меня смотришь?
— Что? — не понял меня брюнет. Вопросительно выгнул бровь.
— Глаза чернеют. — повторила, для достоверности покрутив пальцем у глаза и указывая на радужку.
До меня только сейчас дошло, что мы стояли, соприкасаясь телами. А моя грудь с заострившимися от переизбытка эмоций сосками царапала верх его торса, обтянутого футболкой. В его взгляде царил туман и дикий голод. Казалось, он едва понимал, о чем я говорю.
— Это плохо?
— Ты у меня спрашиваешь? — рассмеялась я, отходя подальше от этого рокового соблазна. — Это ты у нас знаток всего сверхъестественного.
— Видимо, да. — тряхнул головой, словно избавляясь от наваждения. — И часто такое происходит? — нахмурил свои четко очерченные темные брови вокалист.
— Каждый раз, когда ты смотришь на меня так, будто сейчас съешь. — фыркнула, сморщив носик.
В голове постепенно поселилась легкость и непринужденность. Волнение и страх неизвестного исчезли, уступив место веселью и беззаботности.
Интересно алкоголь действует на разум.
Поддавшись порыву и любопытству, взяла виноградинку из вазочки, закинула в рот и устремилась к лестнице. Сердце радостно затрепыхалось, когда я увидела бархатные лепестки красных роз на ступеньках. Я не смотрела, пошел ли Габриэль за мной. Меня вело вперед два чувства — любопытство и эстетическое наслаждение.
Мои тайные грезы сбывались с каждым сделанным шагом вперед. Это неудивительно, ведь Габриэль — мой Ангел-Хранитель и он наверняка знает все, о чем я когда-либо мечтала.
Но, черт возьми, до чего же это было приятно и волнительно! Аж мурашки по коже!
Все девочки тайно мечтают о своем первом разе. Чтобы это было, как в фильмах — красиво, трепетно, страстно. И Габриэль воплотил в реальность все то, что я некогда представляла себе одинокими ночами, читая очередной любовно-фэнтезийный роман. В моих фантазиях не было никого конкретного. Был ОН. Тот, кого я полюблю всем сердцем.7c3179
И, похоже, мечты на самом деле имеют свойство сбываться.
Я застыла на пороге комнаты второго этажа, пораженно замерев от той красоты и великолепия, что открылись перед моими глазами.
За спиной, слегка напугав меня, раздался хриплый, рокочущий голос:
— С днем рождения, Лекси. — а вслед за голосом на мои плечи легли горячие ладони.
День рождения? Точно… А я и забыла, что он уже завтра.
Я, пытаясь отвлечься от разрядов тока, пробегающих там, где соприкасалась моя кожа и его руки, сосредоточилась на романтической обстановке комнаты. Она была в нежных лавандовых тонах, как я люблю. На полу у кровати лежал широкий ворсистый ковер, который даже на вид смотрелся мягким и манил к себе, чтобы наступить, прочувствовать ступнями эту мягкость. Большая кровать, едва поместившаяся у края комнаты, вся была усыпана лепестками роз, которые своим красным цветом сильно контрастировали с белыми простынями.
Ироничная сторона меня криво ухмыльнулась. Намекает что ли? Зато другая, которая добрая, чистая и невинная, с визгом убежала в темный угол и забилась в него из-за открывшихся видов «полигона» и расшалившейся фантазии.
На столике у спального камина стояли ароматические свечи, едва заметно дымясь и благоухая ненавязчивым ароматом белого чая и иланг-иланга. Сам камин задорно трещал поленьями, а языки пламени танцевали свой страстный танец, не выходя за пределы кованой железной решетки. Весь дом был заставлен свечами по краям комнат, и поэтому свет даже не нужно было включать — приятный полумрак царил везде.
Но венцом всего этого великолепия было панорамное окно-стена в пол. Оно тянулось во всю ширину комнаты и радовало живописным видом леса. Как я и предполагала, вид за окном был просто завораживающий. Вечно зеленый лес окропил дождь, смочил ветви деревьев, сделав их цвета насыщенными, и лег мелкими частыми каплями на то самое панорамное окно.