Дионисов. За власть и богатство! – I (СИ)

А причиной была девушка лет тридцати. Высокая, стройная брюнетка, спортивная, даже слегка плечистая, со здоровенной сумкой.
— Дура! Куда прёшь! — рявкнул Рустам.
— Стойте! Вы до Гельсинга подвезёте? — услышал я голос, слегка прокуренный. — До коммерческого порта?
— Ещё чего!.. — начал Рустам, но я его перебил.
— Подвезём, — вдруг сказал я. — Прыгай на заднее сиденье.
Зачем я это сделал? Просто у меня интуиция и нюх на правильных людей. По крайней мере, в прошлой жизни, в бытность алко-медиа-магната у меня это точно было — без неё я бы свою империю не построил.
Ещё вчера только в моём подчинении были сотни тысяч человек. И тысячи из них я знал либо лично, либо хотя бы по фото в кадровой системе, хотя бы минимально — как зовут. Люди — самый ценный ресурс. Не упускать из вида нужных людей и видеть, что люди могут мне дать — вот мой конёк.
Раз уж я решил начинать всё сначала — не стоит таким разбрасываться.
Я сразу почувствовал, что девушка, которая выскочила перед носом нашей машины, когда мы торопимся, и которая движется туда же, куда и мы — может быть нам полезна.
Причём очень полезна.
— Во, спасибо! — услышал я в ответ.
— Петрович, — тихо обратился ко мне Рустам. — Я, конечно, всё понимаю, но мы, вроде как, спешим.
Вообще, Петровичем он меня называл с детства. Отчество я своё не любил и в этой, и в прошлой жизни, и очень захотелось, чтобы он перестал теперь так делать. Но решил разобраться с этим позже.
— Значит, будем спешить втроём. Так эффективнее. В полтора раза быстрее спешить.
— А ещё там под сиденьем… — напомнил Рустем вполголоса. — Сами сказали.
— А вот за это — спасибо, что напомнил.
Я кивнул и вышел, чтобы пересесть. Про чемоданчик, оставленный моим дядей, я уже почти забыл.
Разглядел девушку. Дешёвая помада, черты лица — резковатые, но с нотками аристократизма. Дворянка, что ли?
Если от меня-прошлого остался нюх в части поиска правильных людей, то от реципиента — нюх на определение правильного сословия.
— Тут дверь заблокирована! — сообщила девушка, нервно дёргая за ручку.
— Вместе поедем, — сообщил я. — Проходи в салон.
Она отступила назад, кивнула, сунула руку за пазуху и тут же наставила на моё лицо дуло небольшого, даже элегантного пистолета.
— Стой где стоишь, урод, — процедила она. — Я уже одному тут кишки выпустила, чтобы попасть на этот чёртов рейс, ещё не хватало, чтобы ты…
  
Глава 4
 
Мещанка первой категории
 
Тем временем наша новая спутница медленно пятилась в кусты. И мне почему-то в тот момент показалось куда страшнее потерять её из виду, чем-то, что она может в меня пальнуть.
Главное, не делать резких движений и успокоить. Не спугнуть.
— Тише, тише. Вижу, у тебя ствол — это хорошо, хорошо. Пригодится! Я даже отбирать его не буду. А у меня видишь, нет ничего. И нам надо спешить. Но я всё равно поеду с тобой в одном салоне. Просто потому, что не хочу оставлять тебя наедине со своим имуществом. Смотри, я чист.
Я продемонстрировал пояс и подкладки пиджака. Похлопал себя по брюкам, продемонстрировав, что чист.
Сесть, будучи безоружным, в один салон с незнакомкой, у которой оружие — выглядело полным безумием. Но на это и был расчёт. Девушка подумала с десяток секунд и успокоилась. Кивнула, ствол убрала. Я галантным жестом пригласил в салон. Расспросы начал, когда мы поехали.
— Итак, как зовут? Раз уж нам в одном направлении.
— Ангелина, — буркнула она. — Ангелина… Петрова я. Мещанка первой категории. Неодарённая. С… Ирбита.
Обычно в такой форме не представляются. Прозвучало это как зазубренный текст.
— Не ври, — сказал я, подумав, что вышло слишком резко. — Ты либо дворянка безземельная, как я. Либо эта…
Я хотел сказать «купчиха», но звучало это грубовато. Она снова схватилась за пистолет.
— Я. Мещанка. Первой категории. С Ирбита. Ангелина Петрова. Двадцать девять лет мне, если интересует.
— Да тише ты, тише. Верю. Хорошо зазубрила, вижу. Потом расскажешь свои тайны. Меня зовут Александр.
  
Протянул руку, она с некоторой опаской, но пожала.
— А фамилия?
Я подумал, стоит ли раскрывать настоящую фамилию, но все ж сказал.
— Дионисов. Александр Петрович.
— Хм… знакомая какая-то.
— Ну, род древний. С причерноморского побережья. А ты куда плывëшь?
— За океан, — коротко ответила она.
— И я тоже за океан. В Югопольск, континент Мю. Он же — Океания.
Ангелина на миг округлила глаза от удивления, а потом снова уткнулась в окно. Потом сказала, поджав губы.
— Тоже в Югопольск.
А интуиция меня не подводит, снова понял я. Какая-то уж слишком серьёзная череда совпадений.
Значит, я на верном пути!
— О, подскажи, что там по билетам? На какой пароход?
Ангелина снова округлила глаза. А через миг расхохоталась.
— Так вы… тоже беглецы, ага? Даже билеты не купили! Вы хоть знаете, сколько это стоит сейчас, в день отплытия?
— Не знаю. Много, ага?
— Да вообще! — она сразу оживилась, села в более расслабленную позу и стала выглядеть куда более уверенной. — Чë, от сухого закона бежите? Кто-то преследует, да?
— Ага, — соврал я. — Ну, если очень грубо. Назовём это «отступлением в безопасные регионы». Преследует ли кто — пока сказать не могу.
— Я тоже бегу, — кивнула она. — И чего… денег много прихватили? Там всё недешёвое.
— А мы сейчас проверим.
В любых других условиях это был весьма опрометчивый шаг, но почему-то мне показалось, что это позволит мне закрепить доверие. Я выудил из-под сиденья чемоданчик, разобрался с замками, открыл крышку, и…
Помнится, в каком-то фильме из прошлой жизни был эпизод, когда главные герои открывают крышку чемодана, а оттуда идёт яркий свет. Вот примерно такое же случилось и сейчас.
Размером чемоданчик был небольшой, с три моих ладони по длине. Но набит оказался плотно, и весил прилично. Три четверти чемоданчика занимала наличность. В основном — имперки, немного китайской, арабской и мексиканской. Нулей на последних, кстати, было сильно больше, чем на имперках. Ещё в углу лежал свеженький паспорт. Его я отложил на потом, сначала заглянул на то, что он скрывал под собой.
А под ним обнаружилось восемь золотых слитков по фунту или по полкилограмму штука. Две маленьких, по сотне миллилитров бутылки с алкоголем. В одной плескалось игристое, в другой — какой-то крепкий полупрозрачный напиток, то ли коньяк, то ли бренди.
Мне на миг показалось это странным — класть такую мелочь в чемодан, набитый золотом и наличностью. Но потом я прикинул стоимость бутылки вина и понял, что она в этом мире может быть сопоставима с пачкой купюр, лежащих рядом.
Затем открыл паспорт и обнаружил, что фамилия и отчество у меня поменялись, да и повзрослел я на год.
'Александр Платонович де Онисов.
Род. 13.12.1976, место рождения — город Новый Дербент, Колониальное княжество Лимпопо.'
И стоял герб со слоном. С трудом не рассмеялся от дядиной фантазии. И фамилию не забыл, и концы не найти. Пролистал дальше. Страниц было много.
'Место жительства — Столичное княжество, Тверской дистрикт, Покровский микрорайон, ул. Грузинская, д. 27, кв. 6.
Дворянин, статус землевладельца: отсутствует.
Допущен к выезду в колонии и зарубеж.'
Дальше следовало пять пустых страниц с заголовком «землевладения». И в конце:
'Записи о браке — отсутствуют.
Записи о детях — отсутствуют.
Сведения об алхимическом уровне:
Одарённый, уровень — абитуриент.
А вот это было грустным. Я же совсем недавно стал по настоящему паспорту «отличником», то есть на две ступени выше. То есть — мне предстоит снова подтверждать ранг. С другой стороны — сейчас с помутнённым рассудком и частично потерянной памятью я не умел практически ничего. Да и меньше подозрения вызовет «абитуриент». Так что всё это, пожалуй, было единственным из минусов, обнаруженных в чемоданчике.