Апофеоз Империи (СИ)

— Ага, и обвинил меня в организации этого притона, — Император был явно недоволен таким исходом и не пытался скрыть эмоции.
— Вы ещё можете обернуть это в свою пользу, — сказал я и многозначительно замолчал, дабы заинтересовать Петра.
— Как?
— Скажите Громову, что это ваш специалист дал его дочери телефон. Намеренно.
— А в чём смысл?
— Большую часть ублюдков пришлось бы отправить на рудники, и лишь некоторых бы казнили. А так у него появилась возможность лично расправиться с теми, кто измывался над его дочерью. Скажите, что вы подарили ему возможность отомстить. Его дочь подтвердит ваши слова.
— Хитро, но он может и не поверить, — Его Величество запрокинул голову и погрузился в размышления. — Однако может и сработать.
— Если князь продолжит мутить воду, пригрозите опубликовать кадры с камер видеонаблюдения. Да и вообще, пусть лучше помалкивает, что его дочь подверглась сексуальному насилию. Всё-таки это позор для дворянского рода.
— Хм-м-м…
— Пусть радуется возмездию и помалкивает. А на будущее, дайте мне номер проверенного человека, который сможет решить подобную проблему. И в случае необходимости привести с собой целую армию.
Император никак не ответил и вновь перевёл взгляд на лебедей. Те играючи пытались ущипнуть друг друга, подобно дерущимся в песочнице детям. Умиротворяющая картина, что уж тут говорить. Даже я слегка проникся, пока Его Величество обдумывал мои слова.
— Вот надо же было такому случиться, чтобы ты свалился на мою голову, — начал Пётр. — И уж не знаю, кто ты — Божий дар или наказание? У меня такое предчувствие, что на моём столе скоро появится целая стопка папок с делами, в которых будут описаны твои похождения.
— Такого рода документацию лучше не вести. Но вы правы, я не могу долго сидеть на жопе ровно, — я пожал плечами и натянул улыбчивую маску раскаяния. — Как вариант, я могу отправиться в недружественные страны и существенно сократить количество правящих монархов. Раз уж у вас тут повсеместно процветает именно монархия, то дестабилизировать условное Польское Царство довольно легко. Нужно лишь устранить правителя и его наследников.
— Нет, у нас так дела не делаются, — отрезал Пётр. — Существует негласная договорённость: правители друг друга не убивают. Да, бывают казусы, об одном из них, кстати, я и хотел с тобой поговорить.
— Внимательно слушаю, — я перевёл взгляд на Императора.
— До меня дошла информация, что на завтрашнем мероприятии будет совершён теракт. У нас в стране действует группа анархистов, жаждущих моей смерти. Один из них будет на свадьбе. Конечно, мы будем проверять всех гостей, но ходят слухи, что враг изобрёл какой-то новый тип взрывчатки. Его невозможно обнаружить стандартными методами.
— Речь про смертника? — уточнил я.
— Да. А ты у нас специалист по такого рода зазомбированным идиотам. Начало в шесть. Я хочу, чтобы ты прибыл одним из первых в качестве гостя и смешался с толпой. Наблюдай, ищи кого-то подозрительного. Если сможешь вычислить террориста, ни в коем случае его не убивай! Он нужен нам живым для допроса. Передашь информацию Михаилу, а он со всем разберётся. Мы любой ценой должны выяснить, кто задумал меня убрать. Есть вероятность, что замешаны наши соседи.
— Всё хотел спросить, а кто этот ваш Михаил? Не Романов ли часом?
— Как тебе сказать… — Пётр отвёл глаза в сторону. — Мой внебрачный сын. Ты же знаешь, что моя покойная жена только с четвёртой попытки родила сына, а первыми были дочки. Тогда времена были суровые, только-только началась война с Англией…
— Можете не продолжать, — перебил я. — Мне лишь интересно, почему он так дерзко себя ведёт и чем заслужил вашу печатку.
— Миша — это единственный человек, которому я доверяю на все сто процентов. Он уже неоднократно доказал свою преданность. Сейчас он мой первый помощник по общим вопросам. А в последнее время потихоньку перетаскивает на себя вопросы безопасности.
— Но меня всерьёз он не воспринимает, — я посмотрел в сторону лабиринта, из которого доносились игривые возгласы. Похоже, кому-то там довольно весело.
 
— Вам придётся частенько контактировать, поэтому я подумываю, передать ему твои воспоминания.
— Прошу меня простить, Ваше Величество, — тут же перебил я. — Передача технических знаний была бы крайне нежелательной. Вам ведь под силу выбрать только часть воспоминаний?
— По силам, — Император кивнул и одарил меня недовольным взглядом. — Не могу я привыкнуть к этой твоей дерзости. С момента восхождения на престол со мной никто так не разговаривал. Я понимаю, что у тебя душа болит за Отчизну, но постарайся общаться более…
— Ваше Величество, — я вновь перебил его, но уже более грубым образом. — Позвольте сказать открыто. Конечно, солдат должен переносить все тяготы и невзгоды воинской службы, но я уже давным-давно не зелёный пехотинец. Сам факт того, что придётся тратить время на всю вот эту монархическую мишуру, меня раздражает. Я всё понимаю, и потому готов на публике выказывать вам чрезмерное уважение. Но наедине давайте разговаривать как два обычных мужика.
— Мужика, — Император ухмыльнулся и рассмеялся. — Так раньше называли простых крестьян.
— Возможно, вы сочтёте это грубым, но если мы хотим добиться значимых результатов, то нам придётся открыть множество закрытых дверей. В частности, хотя бы неофициально нужно будет отодвинуть церковь от вопросов технологического прогресса. А иначе, враги, окружившие нас со всех сторон, попросту раздербанят Россию по кускам. И если мы будем тратить время на соблюдения всех норм даже при личной беседе, то так каши не сварим.
— Мне почему-то казалось, что ты не столь прямолинейный человек, — Император достал из кармана небольшой стеклянный кулон, внутри которого находился кусочек абсолютиума. — Знаешь, что это?
— Если взять в расчёт то, что вы носите его с собой… — я ненадолго задумался и внимательно осмотрел кулон. — Возьмусь предположить, что это один из первых кусков абсолютиума, добытых на территории Минской губернии.
— Твоя проницательность поражает, — негромко произнёс Пётр и крепко сжал кулон в кулаке. — С него-то всё и началось. В вашем мире Империя развалилась, а мы смогли устоять во многом благодаря абсолютиуму. Однако он не только позволил на несколько десятилетий возвыситься над остальными народами, но и повесил нам на спину здоровенную мишень. Три из пяти крупнейших месторождений находятся на нашей земле.
— Минск, Южный Урал и Сибирь, — озвучил я, дабы Пётр узнал о моей осведомлённости.
— Верно. Ещё по одному в Африке и в Тибете.
— Кстати, всё хотел спросить: в интернете я практически не нашёл информации про Америку. Там ведь наверняка тоже присутствуют крупные залежи?
— Это долгая история, — уклончиво ответил Пётр. — Но если вкратце, то нам с ацтеками удалось договориться о нейтралитете. Мы не суёмся к ним, они к нам. Конечно, если бы в моём распоряжении были бомбы из твоего мира, то договор можно было бы пересмотреть. Хотя нам и так врагов хватает.
— К слову о врагах. Мне нужен будет список гостей, план здания с фотографиями всех помещений, где потенциально может находиться смертник, — я поймал на себе недоумённый взгляд Императора. — Вы же не думали, что я просто приду на «бал» и найду террориста? Это так не работает. Нужно провести подготовительную работу. В идеале я бы хотел увидеть наработки ваших безопасников. Кто-то уже попал под подозрение? Откуда поступила информация?
— Ох, сколько вопросов, — Пётр натянул маску усталости и отстранённости. Посмотрим, что можно сделать. А что касается потенциальных заказчиков… Проще сказать, кто точно не замешен.
— И кто же?
— Миша.
— Эм-м-м… — теперь уже я преисполнился недоумением. — При таком раскладе вычислить смертника будет крайне проблематично, если вообще возможно.
— Как я понимаю, у тебя не было времени вникнуть в политическую обстановку? — после недолгой паузы поинтересовался Пётр.
— На западе враги, на востоке друзья — ничего не меняется. Разве что турки занимают более агрессивную позицию, в сравнении с моим миром. Но это не мудрено, ведь вы у них Константинополь отжали.